Приют странника

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Приют странника » Окрестности » Покои посла


Покои посла

Сообщений 1 страница 30 из 37

1

Гостиная

http://www.pixic.ru/i/9020Q0s4a3q3R3t5.jpg

Кухня

http://www.pixic.ru/i/n0f0K044M3y1s6B7.jpg

Спальня и кабинет

http://www.pixic.ru/i/l020k0q4P3k313g3.jpg

Бильярдная

http://www.pixic.ru/i/U0D0K084j363q5R1.jpg

Личная гостиная

http://www.pixic.ru/i/u000W0N4y3h3R2l5.jpg

Ванная

http://www.pixic.ru/i/n0R0809403L3l2B9.jpg

0

2

покои ариев >>>
Не ответил посол ни слова на брошенную ему в спину реплику об инвалидах, лишь плечами передернул, как только поднялся на крыльцо отдельного крыла, в котором размещались его личные покои. Трикстеру было слишком много места здесь одному, вполне можно было бы обойтись жилищем поскромнее. Безумие вотана потихоньку сводило его с ума, и хоть ярл отказывался себе в этом признаться, тяжелые депрессивные состояния на фоне старательно подавляемых беспричинных страхов возникали всё чаще и чаще. Единственное избавление от них Лангеланн нашел в алкоголе, поэтому бар всегда был забит под завязку, а на журнальном столике в гостиной соседствовал с пухлым томом «История мировых войн» коньячный бокал и уже наполовину пустой графин с Хеннеси. Книга была прикрыта газетой, из которой было выдернуто две страницы – разворот с объемной статьей о недавнем крушении НЛО недалеко от Монте-Верди. Кое-какие абзацы были выделены зеленым маркером. На полочке над камином лежала одинокая полупустая пачка Lucky Strike. Окна распахнуты, и в воздухе висел легкий аромат хвои. Асмунд любил гостиную больше остальных комнат – за камин, который по вечерам создавал в комнате уютнейшую атмосферу, домашнюю и даже в чем-то интимную. Несмотря на маску неколебимой уверенности в себе, собственных действиях и решениях, посол до сих пор испытывал ощущение потерянности, которое в личных покоях порой усиливалось до чувства отторжения. И тогда он бывал хмур, замкнут, нервничал и легко раздражался, а подчиненным влетало по полной программе даже за малейший проступок.
У посла редко бывали гости. Даже телохранителям он нечасто позволял остаться, потому как ему редко требовалась охрана в вечерне-ночное время суток. Разве что в те дни, когда Асмунд предпринимал попытки приобщиться к праздности вечернего отдыха жителей деревни, либо посещал собрания СПИЗ в Скальном. В остальное время он предпочитал отпустить дружинников заниматься своими делами. Исключением был лишь Хрольф – он был волен остаться, ежели ему того хотелось, а мог и уйти, если посчитает нужным.
Ярл дождался Экланна, затворил дверь, машинально щелкнул собачкой-замком, скинул обувь и отправился закрывать окна. Златовласая толпа во дворе постепенно рассасывалась, на постах застыли силуэты часовых.
Надеюсь, что у мальчишки хватит ума не вести человека в терем, – в голосе Асмунда сквозила усталость. Он закрыл окна, постоял в размышлениях минуту-другую, потом потянулся и зевнул. Запустил пятерню в волосы, собирая их на затылке, потом взглянул на телохранителя. – Ты, кажется, не успел поесть. Пойдем.
Пиджак отправился на диван, а арий - на кухню. Сам он был не голоден, но ему хотелось кофе. В отношении Кая проявилась черта гостеприимного хозяина дома, потому что нужды играть жесткого и властного лидера не было, и можно побыть самим собой. На кухне он ополоснул руки, открыл холодильник и уставился в его недра, забитые продуктами. В принципе, что было на столе у дружины, обычно было и у ярла, но в то же время он позволял себе экспериментировать с земной кухней, а потому разнообразие того, что можно съесть и выпить, было большим.
Что ты хочешь?

+2

3

>>> покои ариев

Кай шел за послом след в след на расстоянии в несколько метров, чтобы не создавать ощущение преследования. Хотя… преследование уже успело войти у него в привычку, такая его разновидность, как ведение цели. Часами он мог следовать за своим объектом, ничем не выражая своего присутствия, особенно на городской территории. Иногда, правда, приходилось одевать защитные очки, чтобы не отсвечивать глазами в темноте, но сейчас в глаза било яркое утреннее солнце и Айс щурился, не то по необходимости, не то из удовольствия. Чем, собственно, он был доволен? Да, почти всем. Разве что не удалось покарать язвившего нарушителя, но не дело об такое чучело мараться, так что это даже к лучшему.
И вот они дошли непосредственно до апартаментов посла. Асмунд впустил его внутрь, заперев дверь, чего, собственно, дружинник не ожидал, ожидал он сидеть под дверью, как и положено сторожевому псу.
Он тут же разулся вслед за послом, чуть обомлев от увиденного. Он разглядывал великолепно-сибаритскую гостиную; она оказалась даже величественней, чем каюта его капитана на флагмане Космофлота. Кай никогда не думал о таком. Если о чем и думал он, то о жестком мате в углу большого тренировочного зала, новые доски которого еще пахнут пихтой. Где-нибудь на отдаленной базе, высоко в горах.
К счастью, посол почти постоянно находился к нему спиной и не видел на его лице неподобающего интереса к окружавшей обстановке. Кай не знал точно, что такое музей, но чувствовал себя именно в нем – лучше ничего не трогать.
Асмунд ощущался ему усталым: много мыслей, страха, безумия, много алкоголя в комнате, одинокого безумия, которое не можешь разделить, оно всегда только твое, параноидальные страхи, ответственность за миссию и за людей, вверенных ему…
Да мало ли что утомляет ярла.
Почти сразу Асмунд направился закрывать окна, и Кай едва удержался, чтобы не проверить надежность замков.
Айс наблюдал движения ярла – все выдавало в нем усталость тяжелой ноши бытия. В этом «музее» посол ощущался каким-то «домашним».
Непозволительно так думать о ярле.
Господин посол скинул пиджак, и его статная фигура вырисовалась еще четче. В нем присутствовал некий шарм, не свойственный боевым командирам.
Кай проследовал за ним на кухню. Вид открытого холодильника вогнал ария в некое подобие ступора, он не смог определить некоторые продукты по их внешнему виду.
Что ты хочешь?
Многозначительный вопрос, то только не тогда, когда практически заглядывая из-за плеча, изучаешь холодильник. Особенно, в то время как мимо его речевого центра проносилось: ничего не надо, не стоит беспокойства, господин посол; раз пустили в дом и предлагают – значит, это правильно.
– Мне бы мяса, – а чего еще мог требовать вечно жаждущий действия организм. Хотя Кай вполне мог пару суток не есть и не обломаться.
Дают – бери, это не подачки, значит, так положено быть.

Отредактировано Кай Экланн (05-12-2012 16:01:16)

+2

4

Посол кивнул и уголки его губ дернулись вверх в намеке на улыбку. Возможно, и к лучшему, что он не видел всё это время лица опешившего от незнакомой обстановки дружинника. По крайней мере, Кая это избавило от пространных рассуждений на тему культуры быта землян, а Асмунда - от размышлений о том, к чему стоит приобщать свою дружину, а к чему нет. Вряд ли кто-нибудь из них изъявит желание остаться на Земле.
А если и изъявят, то они мужики умные, быстро разберутся, что к чему. 
Мясо так мясо, – ярл кивнул и извлек из холодильника две глубокие миски, герметично закрытые крышками: с тушеной с овощами бараниной в одной и отварным картофелем, обжаренным с зеленью до золотистой корочки, в другой. Стоило открыть контейнеры, как по кухне поплыл аппетитный запах. Впрочем, Лангеланну есть не хотелось, он достаточно съел в трапезной, пока общую трапезу не прервали. Поэтому он положил еды только на одну тарелку – Каю, и отправил в микроволновку на разогрев. – Садись, не стесняйся.
Было во всем этом одновременно что-то привычное и непривычное, правильное и чуть выходящее за рамки. Во всех культурах вселенной дом – святыня, а кухня и спальня – это святая святых. В спальню, слава Всеотцу, Лангеланн еще никого не пригласил, но то, что, по сути, чужак допущен на кухню, могло бы сказать о том, что ярл доверяет Экланну намного больше, чем следовало бы доверять непроверенному человеку. Конечно, должность обязывает того защищать, подчиняться и всё такое, но в то же время это превосходный шанс подобраться к послу вплотную, когда он расслаблен, его внимание отвлечено своими заботами, и он ничего не ожидает. Блаженны безмятежные, ибо не ведают они мук подозрительности.
Послу, конечно, не приходило в голову, что к нему могут подослать убийцу, но на Халагазе это было обычным делом в кругах высшего чиновничьего аппарата, потому коллеги по цеху, как правило, были еще те параноики, и запросто слали на смерть родных, стоило поддаться лишь тени подозрений. Да и на чутье свое Асмунд полагался, ведь лично отобрал хлопцев в дружину, отсеял всех, насчет кого возникали хоть малейшие сомнения. Так почему бы не ослабить внимание хотя бы на некоторое время?
Микроволновка пискнула, оповещая о том, что время разогрева закончилось. Лангеланн вынул тарелку, которая дымилась ароматным паром, поставил на стол перед Экланном, снабдил дружинника вилкой и корзинкой ароматного хлеба, после чего взялся за джезву. Он собирался сварить кофе.
Как тебе Земля, Кай? – Асмунд наполнил джезву водой и поставил на сильный огонь. В ожидании, пока вода закипит, он вынул из навесного шкафчика пачку молотого кофе, после привалился бедром к столику рядом с плитой и бросил на телохранителя заинтересованный взгляд. – Сильно отлична от того, с чем тебе приходилось сталкиваться?
Вне сомнения, Асмунд вдоль и поперек изучил дела своих дружинников. Некоторые удивили тем, что вызвались сопровождать Лангеланна. Может, их привлекла новизна встречи с не-арийской расой, а может, просто хотелось новых впечатлений от путешествия. Предполагать вслепую Трикстер не решался, а потому очень хотел узнать, что же побудило сотоварищей на большое космическое путешествие.

+3

5

Кай присел на ближайший стул, облокотившись на спинку. Кухня разительно отличалась от общей столовой «летающих казарм». Она была уютной. Он понимал смысл этого слова, но не мог дать этому качеству однозначной оценки. Уютно – это хорошо или плохо?
Для посла, наверно, хорошо, для солдата – плохо.
Даже холодная еда пахла восхитительно!
Неужто я настолько голоден, – недоумевал арий.
Благодарю, господин посол, – чуть склонил голову Айс, пододвинул к себе тарелку, поставленную перед ним на столешницу. Он взял вилку и начал есть. Не торопясь, как обычно, без жадности, тщательно пережевывая пищу. Если нужно было спешить, он предпочитал не есть вовсе, чем заглатывать кусками. А сейчас спешить было некуда.

Как тебе Земля, Кай?

Исполняя свои «задания», он облетел и объехал почти всю Метрополию и много чего повидал, но хотелось еще и еще.
– Мне здесь нравится. И климат хороший, – честно ответил Кай, не упомянув при этом ни про вотан своих товарищей, ни про наличие где-то рядом ГОРН. Ему казалось, что это не имеет отношения к вопросу.
Кай всю жизнь чувствовал себя своим и на своем месте, и совсем чужим, которому нет места нигде. Эта амбивалентность давно стала привычной. Здесь он тоже был чужим, и что?
Язык землян, а как он успел выяснить, язык тут был не один, их было множество, не составил бы проблемы, у Кая была прекрасная память и способности к обучению. Пожелай он остаться, а о таком желании, в его понимании, и думать было преступно, языковой барьер не стал бы проблемой, как и культурный.
Все земляне безумны, причем каждый по-своему.
Странности Кая не казались бы здесь вопиюще странными.

Сильно отлична от того, с чем тебе приходилось сталкиваться?

Он ответил не сразу.
Айс не смел упоминать ни о поручениях, ни даже об отлучках с флагмана Космофлота. Его немного беспокоил вопрос: знал ли посол, чем он занимался на Халагазе и не только там? Что приставлен защитить жизнь Асмунда ценой не только своей, но и любой другой жизни, ибо как никто другой в дружине имел опыт холоднокровного убийства, без гнева, страха и жара сражения.
Если ярл спросит напрямую – Кай врать не станет. Зачем-то же его порекомендовали в дружину.
– Довольно сильно отличается, но, мне думается, что так и должно быть, ведь это чужой мир, – отвечая, он посмотрел на посла снизу вверх, встретив его взгляд.

+2

6

Пока Экланн раздумывал над ответом на вопрос посла, вода в джезве закипела. Асмунд извлек из ящика стола ложечку, убавил газ и засыпал кофе. туда же ложечку сахара, и принялся помешивать напиток.
– Многие наши соотечественники сбегают на эту планетку в поисках лучшей жизни, – точнее было бы упомянуть временной отрезок, в течение которого происходит эмиграция, однако Лангеланн опустил этот момент. Достаточно того, что она вообще происходит. Лангеланн не понимал причин, по которым это когда-то случилось, и почему случается снова и снова. Несмотря на довольно жесткую политическую ситуацию в империи и традиции, которые никому не приходит в голову менять или отбрасывать за ненадобностью, арию родина давала всё, что только может пожелать доблестный воин. Слабости духа ярл не признавал, равно как не признавал в мужчине потребность в подчинении и доминировании над собой к примеру женщины, у него, карьериста до мозга костей, не укладывалось в голове, как можно хотеть чего-то кроме признания Империи. Музыканты, поэты, писатели, художники и прочие деятели искусства, люди, которые по складу характера были индивидуалистами и ставили собственную самореализацию превыше коллективности идеалов идеологии ариев, по глубокому убеждению Асмунда занимались недостойными воина вещами, ибо искусство есть удел женщины. А женщина существо слабое, пусть и отличаются иные силой воли. – Если бы у тебя была возможность, ты бы попытал счастья?
Этим вопросом Лангеланн ничего кроме праздного интереса не преследовал. Он допускал абсолютно всё. Кроме, конечно, совсем невероятных ситуаций. Мир-то, естественно, был чужим, но не более чужим, чем, скажем, родные планеты многих представителей так называемых молодых рас в СПИЗ. К физическим особенностям типа климата и состава атмосферы привыкнуть можно, а вот как принять отличный от твоего образ жизни?
– Ты уже успел познакомиться с кем-нибудь из землян? Как они тебе? – кофе был готов. Ярл снял джезву с огня, достал кружку и осторожно налил в неё напиток. После поставил кружку перед дружинником, ополоснул джезву холодной водой, снова наполнил её и поставил греться. – Я, если честно, в толк никак взять не могу, на кой Хагалазу дипломатические отношения с расой, которая уступает нам, и уступает прилично.
Это всё равно что взять под патронаж ораву пацанят из зигогейра и говорить всем, что нашел себе могущественного союзника. А может статься, что и Лангеланн чего-то не понимал, и его миссия заключалась совершенно не в том, чтобы от имени арийской империи заключить с Землей союз. Сам бы он с удовольствием объявил землянам войну.

+2

7

Краем глаза Кай наблюдал за действиями посла.
До чего хорош наш ярл, и статен, и с дружиной добр, абы кого во главе не поставят. Все хорошо и правильно происходит на нашей родине.
От горячей еды ему стало жарко, он стянул с себя трикотажную куртку на молнии через голову, примостил ее на спинку стула, оставшись в черной майке, с неброской эмблемой сборной, слева, там, где сердце.
Если бы у тебя была возможность, ты бы попытал счастья?
Кай задумчиво улыбнулся, глядя в тарелку.
– Нет. Оно того не стоит, с меня вполне достаточно посмотреть.
Покривил ли душой арий – нисколько, ибо Кай ничего не планировал, вообще никогда ничего не планировал, просто жил, как жилось. Но… чем Лофт не шутит, всякая мысль могла прийти в его голову, причем совершенно неожиданно, и ничего, кроме смерти, его не остановило бы, даже чувство вины. Возможно, Кай успешно бы вписался в этот мир, но заняться ему здесь было нечем.
Вот вернешься «домой» и снова будешь убивать - такая простая, своя и словно чужая мысль промелькнула у него в голове. Принюхиваясь к аромату кофе, он хмыкнул:
– Ну… если этот странный оборванец - человек, то можно сказать, познакомился.
Чашка кофе стукнулась донышком о стол, Кай удивлённо посмотрел на чашку, потом на посла, при этом выражение лица у него было непередаваемым. Ему и в голову не могло прийти, что тот варит кофе для него, простого дружинника.
Даже Андхриминир, что кормит эйнхериев а Валхалле, им кофе точно не варил.
Он уже открыл было рот, чтобы сказать что-то лишнее, но Асмунд уже отвернулся к плите, поэтому он продолжил по делу.
– Мало времени у меня было, чтобы понаблюдать за землянами. Думается мне, что они плохие воины, хотя их физические тела очень похожи на наши.
Последняя же фраза заставила ария чуть нахмуриться:
Ярл не знает, зачем мы здесь? Не к добру это, но видит только Скульд.
– А я знаю, зачем я здесь – вас защищать! – вид чашки кофе явственно подогрел интонации его голоса. – Я хотел бы понять, что у людей на уме и на сердце, но не думаю, что у меня получится.

Отредактировано Кай Экланн (06-12-2012 21:03:22)

+2

8

Каждый новый мир приносит с собой массу новых возможностей, которые прозорливый человек ловит и делает на них состояние. Себе кофе Асмунд варил в молчании. Слова Кая были бесхитростны, но посол привык к тому, что чужая душа - потемки. Люди зачастую оказываются совершенно не теми, кем их видят другие. Производимое впечатление лишь искусно (или не очень) подаваемая часть информации – та, которую люди хотят скормить окружающим себе в пользу. Уважение, страх, отвага, геройство, таинственность и прочие характеристики – лишь дым. Дым, который тает, стоит лишь задеть за живое и затронуть сокровенное. Хотел ли этого Асмунд?
Пожалуй, это было бы любопытно. Но не сейчас. Всему свое время и свое место.
Когда кофе сварился, Лангеланн достал вторую кружку, осторожно налил в неё ароматный напиток. Потом достал из холодильника сливки, поставил на стол. Придвинул стул и сел напротив дружинника, задумчиво провел пальцем по ручке кружки и глянул Экланну в глаза.
– Что тогда стоит того, чтобы быть счастливым, Кай?
Было время, когда посол сам размышлял на эту тему. Для чего всё это, какова конечная цель существования разумных существ. Ведь не войной единой сыт человек. Всё преходяще, проходят войны, кто-то что-то выигрывает, кто-то что-то проигрывает. Что же ждет в итоге? Когда добился цели, что дальше? Асмунд пока не сделал выводов. Он знал, что еще не прошел свой путь, но усталость от погони за эфемерной радостью взятия новой планки иногда брала верх, и арий нет-нет, да подозревал, что есть в жизни что-то еще помимо выполнения госплана.
Лангеланн добавил себе в кофе сливок и меланхолично помешивал ложечкой в кружке. Взгляд его скользил по крепким плечам телохранителя, по широкой рельефной груди, обтянутой черной тонкой тканью майки, задержался на ключичной впадинке и лениво обласкал ключицы, поблескивающие влагой пухлые губы, после чего Асмунд отпил кофе и удовлетворенно покачал головой. Непринужденно откинулся спиной на спинку стула и отвернулся к окну. Улыбнулся на слова Кая о цели его пребывания в дружине.
Безусловно, безусловно.
– Зачем? – легкое недоумение слышалось в спокойном голосе посла. – Всеми разумными существами руководят реализованные и нереализованные амбиции, а что на сердце... У нас слишком мало времени на философию. Хотя я всегда полагал, что для того, чтобы понять другого, нужно сперва разобраться в себе. 

+2

9

Счастье для Кая было скорее отсутствием несчастья, да и тема это его особо не интересовала.
Если я ем, когда хочу есть, сплю, когда хочу спать и сражаюсь, когда этого требует мое сердце – я счастлив.
О еще одной своей потребности он не упомянул: когда Кай хотел секса, он обычно его получал. Родина-мать, воистину, давала своим сынам все, что нужно для счастья, особенно тем из них, чьи запросы были умеренны.
Айс сделал глоток кофе, отмечая, что Асмунд его разглядывает.
Амбиции движут людьми? – сам арий ничего подобного в себе не ощущал, но… –Если так говорит ярл, значит, так оно и есть.
А вот разбираться в себе необходимости он не ощущал. Внутри Кай чувствовал прямо-таки звенящую ясность, а иногда пустоту, ту самую, что может быть и формой при необходимости.
Кай, наконец, доел все, что было на тарелке, поднялся с места и направился к раковине. Так он был приучен, вот ключевое слово в формировании его личности.
Многолетняя муштра сделала свое дело, но было в нем и то, чего она извести не смогла. Кай Экланн был и оставался клиническим психопатом, так бы назвали это на Земле. Его спонтанность, порой нелинейные выходы из ситуации, так же, как и наслаждение процессом смерти, и другие эмоциональные особенности коренились именно в ней. Здесь, в чуждой обстановке эта его «болезнь», начинала проявляться все отчетливей. И, в общем-то, посол отчасти был прав в некоторых сомнениях по поводу своего телохранителя. Но, по крайней мере, вотан Каю точно не грозил.
Вымыв свою тарелку и промокнув руки полотенцем, дружинник развернулся с намереньем вернуться за стол. Вид посла, в лучах солнца, лившихся из окна, восседающий в позе скучающего мыслителя, вызвал у Кая своеобразную реакцию. Он подошел к нему, коснулся плеча, осторожно прощупывая мышцу по направлению к шее.
Ваши дельты напряжены, посол, от этого и голова болеть может. Могу я предложить вам расслабляющий массаж?
Ярл слишком много думает, все проблемы от этого.
Сам Айс долгими размышлениями не страдал, большая часть его поступков диктовалась либо уставом и правилами, либо мысль приходила внезапно, уже в готовом виде, причем с качеством «истины в последней инстанции». Кай не только одним движением мог шею человеку свернуть, легко и ненавязчиво, но и в мышечном строении тела разбирался неплохо, интуитивно, на основании огромной практики. Когда ему было нечем себя занять он тренировался, отрабатывал удары и броски, повторяя их до онемения в мышцах и тумана в голове, потом расслаблялся, растягивался и начинал по новой, с параноидальным упорством.

+1

10

Простота мотивов Кая снова вызвала улыбку на тонких губах. В теплых, хоть и осенних, солнечных лучах посол пригрелся, и ему было лениво снова разводить мысленную полемику. Было хорошо сидеть вот так и ощущать, как понемногу освобождаешься от того груза задач, которые поджидают за дверью покоев. Хотя бы на час. Он меланхолично наблюдал, как колышутся кроны деревьев за окном, сделал еще глоток кофе и подумал, что понимание секрета привлекательности «чужого мира» станет еще немного ближе. В скором времени.
Однако, истинно привлекательным этот мир станет тогда, когда я увижу его покоренным, стоящим на коленях у ног своего императора.
В воображении тут же нарисовалась картина этого райского уголка, лежащего в дымящихся руинах. Не то чтобы Асмунд желал землянам зла – нет, он был арием незлобливым и на ровном месте не страдал заочной ненавистью к потенциально покоренным. Его возбуждал сам факт «пришел, увидел, победил»: не зря любимой главой в истории Земли у Лангеланна был период римских завоеваний, а любимым полководцем того времени – Гай Юлий Цезарь Октавиан. Множество его изречений Трикстер охотно бы взял на вооружение. «Разделяй и властвуй», «Прокладывать себе дорогу силой», «Двадцать три года – и ничего не сделано для бессмертия» (вот здесь крылась особая каверза, ибо тщеславие ярла никак не могло согласиться с тем, что к великим делам арии допускаются лишь в тридцать, когда лучшая часть жизни уже за плечами и жизненная энергия уже не бьет с той силой, как била в юношестве, растраченная на оттачивание навыков и знаний, а также на совершенствование искусства любовных утех в чужих постелях), «Война дает право завоевателям диктовать покоренным любые условия», и многие другие, родившиеся в голове столь юного завоевателя, величайшего полководца и политика древности. Другой великий завоеватель, Александр Македонский, тоже немало сделал для расширения границ своей империи, но Цезарь был первым. И останется таковым. От разыгравшейся фантазии по телу разлилась сладкая нега, и Лангеланн вздрогнул от прикосновения, с неохотой возвращаясь в реальный мир. Помедлил, прежде чем повернуть голову и взглянуть на Экланна – масляный блеск в глазах и едва заметную краску на скулах дружинник мог счесть слишком вызывающими и компрометирующими.
Что? Массаж? – предложение оказалось неожиданным. Массаж Асмунд любил, равно как и иные тактильные ощущения, и не мог с уверенностью сказать, только ли этого ему хватит для расслабления. Впрочем, способов расслабиться существует множество, и не все из них обязательно ведут в одну опочивальню. – Я бы не отказался.
Он поднялся, но замешкался, размышляя, куда направиться. Про кофе посол уже забыл. И лишь на периферии сознания теплилась мысль о том, что всё это как-то неправильно и выбивается из привычной системы координат, в которой жил ярл. Ощущение прикосновения таяло в теле сладкой истомой, и Лангеланн прикусил нижнюю губу, чтобы не выдать себя ничем, кроме этой черт пойми откуда взявшейся нерешительности, которая выдула из разума всё, оставив тлеть лишь предвкушение, золотыми искорками пляшущее в зелени глаз.
Пойдем, – всё же в гостиную.

+1

11

Внезапное предложение дружинника явно пришлось Асмунду по вкусу, но взгляд его Кай на свой счет не принял, он ведь еще ничего не сделал. Он успел только скользнуть взглядом по его губам, прежде, чем тот поднялся. Пружинящим неслышным шагом Кай последовал за ним. Арию определенно требовалось узнать ярла лучше, а разговоры разговаривать - не дело для воина, к тому же он не считал, что вполне подходит послу в качестве собеседника.
Одного поглаживания хватило Каю, чтобы синхронизироваться по дыханию.
«Поместите ваше сознание в низ живота, не спрашивайте, как это сделать, просто делайте», – учил наставник, «чтобы подойти к «другому» вплотную нужно отодвинуть собственное эго, растворить его в воздухе».
В данный момент сознание следовал переместить в ладони, из центра которых уже начал исходить жар, Кай ощущал, сжимая и разжимая кулаки, ощущая легкое покалывание в кончиках пальцев.
«Вдыхайте и выдыхайте, сконцентрируйтесь на этом, вы – это ваше дыхание, позвольте вашей силе течь плавно, без рывков».
Кай полностью присутствовал в каждом моменте своей жизни, ему некуда было уйти из реальности, мечтанья его не привлекали, а непосредственное планирование никогда не отнимало много времени. Иногда ему казалось, что он ощущает течение времени, как оно ускоряется, во время тренировки, и как замедляется в момент боя, когда огневые лучи неспешно прорезают черное пустое пространство, за миг до беды. А иногда время и вовсе останавливалось, теряло свою размерность, покидало пространство, просто оставляя Кая в трех измерениях в вечности.
О том нельзя рассказать, да и незачем.
…«амбиции», – в голове всплыло слово, произнесенное ранее послом. – Я обязательно подумаю о том, что такое амбиции.
Легкая горчинка во рту - послевкусие кофе. Некоторые вещи настолько распадаются в ощущениях на вкус и запах, что это не может не удивлять.
Свет из окна. Тягучий как мед; теплый, скорее для глаза, нежели для кожи. Неспокойная арийская кровь, разогнанная принятой пищей; спина ярла-направляющего, ведущего, идущего впереди.

+2

12

Покои ариев

До покоев ярла Ис не так чтоб спешно, но быстро дошел, ходить быстро, при всей неторопливости, он умел. Особенно когда знал, куда идти, а тут как не знать – все ходы да переходы в тереме вдоль-поперек исхожены, шагами измерены. Правда ровнехонько до дверей личных ярловых покоев. Никто, кроме самого посла да дядьки Хрольфа в них не бывали, посторонние туда не допускались, никто, собственно, против такого порядка не возражал, понимая, что начальственная ноша тяжка, и несущий ее должен где-то отдыхать и сил набираться.
В общем, для Арна за дверным полотном таилась земля неизвестная, и ступив за порог, он еле удержался, чтобы не разинуть рот по-детски. Эдаких хором не приводилось еще видеть Далену, не только на родной Беркане, но и на Хагалазе. Роскошь тутошняя, конечно, была несколько музейного толка, но это придавало ей особого шика только, ведь натуральные материалы – дерево, ковры, ткани...
Однако ни самого Лангеланна, ни Кая, за ним пошедшего, не было ни в прихожей, что еще понятно, ни на кухне, куда Лиутрад заглянул, привлеченный вкусными запахами. Вот те раз! – удивленный дружинник не знал, куда податься, и потому, остановившись в коридоре, с полминуты, не меньше, переминался с ноги на ногу, и только потом нерешительно подергал за ручку одной из дверей. Та отворилась, явив помещение со странным столом, затянутым зеленым сукном, да еще и с бортиками. Но и тут тоже никого не было, да что ж такое! Вот, правда, за следующей дверью Исгер нашел и посла, и Экланна, увидел, то есть, мгновенно и без напряжения становясь навытяжку. 
− Позвольте доложить, ярл. Звонили из госпиталя, велели передать – у Элга вотан. Он жив, не ранен, никто не пострадал. − Арн умолк на вдох, и добавил почти не по-служебному: − Забрать бы его оттуда… 

Отредактировано Исгер Дален (15-12-2012 13:21:07)

+1

13

Нужно будет распорядиться, чтобы вынесли вон эту нефункциональную роскошь. Размякну...
Солнце щедро залило гостиную золотистым теплым светом, в котором поблескивали металлические и лакированные элементы мебели. Сама тишина в доме, казалось, светилась, заполняя собой пространство и время, ленцой растекаясь в жилах, призывая к спокойному, праздному полуденному отдыху. Мелькнула мысль, что Асмунд что-то упустил. Ярл не хотел предаваться анализу, снова ловить за хвост непослушную интуицию, которая всё еще дыбила шерсть подобно напуганному коту, и мягкой лапой гладила сознание «они рядом, ты знаешь, ты видел, пробовал, чувствовал дыхание на своей коже и взгляд, прожигающий насквозь... как опаляет прохладно-заинтересованный взгляд ледяных глаз идущего следом». Вигвар... ГОРН, который не убил, но явственно обозначил свою территорию. Лангеланн потер висок. Его отрезвляет гость. Заставляет находиться здесь и сейчас, снаружи своего теплого безумия, которое и на безумие-то пока не похоже, так, на приступы шизофрении, которые крайне редко случаются на людях и хранятся здесь, стоит только остаться одному.
Что там в гостиной, арий придумать не успел. В комнате был посторонний. И не где-то там за диваном поджидал, а за дверью. Не чужак, конечно, свой, но менее неожиданным от этого его присутствие не стало.
Странно, я же запер дверь, – подумал посол. Потом нахмурился. – Ведь запер? – Он помнил, что замок щелкнул. Посмотрел недоуменно-вопросительно на Экланна, словно тот мог угадать, о чем думается в это мгновение послу, и ответить, так же безмолвно. – Черт... Ведь запер? Или нет? – Ярл снова потер висок, до тепла под пальцами растер кожу, пытаясь всё же вспомнить, не померещился ли ему этот факт. и был ли он реальным. Мысленно заскулил от бессилия и заставил взять себя в руки.
Позволяю. Докладывай, – и после, ошарашенно: – вотан?! Прямо так и сказали?
Чудесники эти земные врачи. Сколько же арийцев у них лечилось, что проклятие Древних определить могут?
С кем ты разговаривал? – а может быть, это и не земные врачи вовсе? Взгляд сделался сухим, напряженным, ярл поджал губы, переступил с ноги на ногу и нахмурился. –  Забирайте. Убедитесь сперва, что он в состоянии переместиться из Приюта сюда. И без суеты, лишнее внимание нам ни к чему. Я приду позже.
Чего эти праздношатающиеся стоят. Скоро потянутся паломниками к калитке на простачков-северян таращиться, да семечки с ними за жизнь лущить. Асмунд умолк, еще раз смерил Далена испытующе взглядом, после чего махнул рукой, мол, свободен. Тронул Кая за плечо, обогнул кресло, но в последний момент передумал.
Исгер, – окликнул он дружинника, – ты как в мои покои попал? Дверь была не заперта?

+3

14

Как же просторно здесь, светло, и свет радостный, медовый, как в летний вечер на Беркане, из раннего детства сохранившийся в памяти. Исгеру казалось даже, что запах он тоже ощущает – медовый, пряно-сладкий, недвижный, малость застоявшийся будто. И снова мелькнул образ глыбы янтаря, солнечно-желтого, с пузырьками и мушками внутри. Правда, в таком камне уж точно никогда не застывали мягкие цветистые диваны, вместе со звенящей тишиной навевающие ощущение полуденной неги, низкие журнальные столики и мягкие наверняка ковры, по которым так хотелось походить босым… но служба - дура, так что стоял Ис не по команде «вольно», а тянулся макушкой к потолку, грудь колесом, будто на плацу. И неважно, что посол в этих покоях выглядел иным – не военачальником уже, а вельможей, хоть и статным, но вальяжным, сам-то Арн ни в какое другое качество не переходил, как был дружинником, так им и остался, чай, ведь не в гости пришел, а с вестью, и с вестью недоброй. Вон и ярл, говорить разрешивший, ее услышав, перестал висок свой тереть, посмурнел, посуровел, аж взгляд заострился, черты ровно подсохли, а голос стал строгим. Струхнуть, конечно, Дален не струхнул, но еще больше посерьезнел.
− Да не, − пояснил, будто бы и робко даже, подавляя желание тоже перемяться с ноги на ногу. − Что вотан, не сказали, только что без памяти нашли, лежал так, а после буянил. Ясно же, почему. 
Нет, ну правда же, ясно. У Исгера и сомнений не возникло ни на миг, что с дроттином, и сейчас не появилось – накрыло, с головой накрыло бешенством, даром и проклятьем одновременно.                         
На разрешение Асмунда, хоть и данное с досадой, Арн улыбкой не просиял, как он умел порой, сдержался, только кивнул молча, понял, мол, исполним в точности, не извольте беспокоиться – под белы рученьки приведем, если надобно будет. Выдеержав пристальное, но короткое разглядывание, похожее чем-то на душ холодный – так же колко да неуютно с тепла-то, и повинуясь недовольной ярловой отмашке, скальд уже развернулся и пошел к выходу, когда его снова окликнули и остановили вопросом. Разворот у бравого дружинника вышел прямо образцовым по другой неслышной команде – «кругом», и спокойный, честный, хотя несколько удивленный взгляд Лиутрада встретился с напряженным взглядом посла.
− Да просто – повернул ручку, и вошел, − бесхитростно ответил Аннар. − Заперто не было, дверь-то я открыл.

Отредактировано Исгер Дален (20-12-2012 19:32:02)

+1

15

Кай стоял молча, в полутора метрах по диагонали за спиной посла. Нет, не навытяжку, это уж точно. Кай перестал настраиваться на массаж, хотя при данных обстоятельствах задача расслабить Асмунда усложнялась, он уже настроился, поэтому стоял в положении готовности к броску, при этом напряженным совсем не выглядел: колени чуть согнуты, небольшой наклон корпуса вперед, взгляд прозрачный, сканирующий.
Ярл повернулся и взглянул на него как-то растерянно, потом с силой потер висок.
…вот именно от тяжелых мыслей болит голова, но я это исправлю, – кончики пальцев вздрогнули от легкого покалывания.
Вот, значит, оно как, дроттина настиг вотан. Сам по себе, или встретил кого?.. Плохо, что люди видели, тем более, что забрали к себе в здание, – кисти рук едва не сжались в кулаки. – Смогут ли по-тихому…
Отправив дружинника, посол повернулся к Каю, дотронулся до плеча. Жест этот Айсу понравился, он выпрямился и расправил плечи, но потом…
Ты как в мои покои попал? Дверь была не заперта?
Ис лихо развернулся в дверях.
Ах, вот в чем дело!
Кай был уверен, что ярл запер дверь, он слышал характерный щелчок.
Заперто не было, дверь-то я открыл.
Может, замок неисправен, надо будет глянуть потом.

+1

16

Асмунд ожидал услышать всё, что угодно, кроме того, что хотел услышать меньше всего. Он пару раз моргнул, понимая, что либо возраст уже не тот – бодрячком бегать после вотана, то ли с каждым разом (а они, эти разы, были, к счастью, довольно редкими) приступы оказывают всё большее влияние на память.
Этого еще не хватало. Досадно. – Ярл тяжело вздохнул, опустился на диван, огладил ладонью подбородок, размышляя, после кивнул Исгеру.
Спасибо. Что ж, ладно, не буду тебя более задерживать, – он помолчал, после чего прибавил: – Исгер, я был бы очень тебе признателен, если бы ты… – кто же из них следующий по старшинству после Рагнара? Музыканты и стихоплеты. – Передай остальным, что в моем присутствии нет нужды вскакивать по стойке «смирно», –пожалуй, так. Лангеланн не считал отмену армейско-уставного поведения существенным ослаблением дисциплины. В конце концов он не имеет к армии особого отношения. – Отдохните от армейского распорядка и буквы устава. Насколько это возможно.
Всё равно не успеют попрать основу арийского образа жизни за то время, которое отпущено дружине на Земле.
Сводобен. Навести Торнбьенсена и погляди, что можно сделать, и не требуется ли ему помощь. После отдыхай, тебе необходимо восстановиться как можно раньше. И еще... без геройства. За это наказывать буду без поблажек.
Тот же жест, мол, топай. Когда за Даленом закрылась дверь, посол поднялся с дивана и снова закрыл её. Подергал ручку – заперто.
Хм. Чудно, – пробормотав себе под нос, он пожал плечами в растерянности. Сходил на кухню, плеснул в стакан воды и накапал туда несколько капель женьшеня. – Замок нужно будет менять, – слова эти не были адресованы Каю, который словно тень следовал за Асмундом, но как смолчишь о том, что только что сбило с толку? Лангеланн сделал пару глотков, но не успел дом остыть после визита Исгера, как в гостиной зазвонил телефон.
Опрометчиво, – прокомментировал арий методичные и раздражающие трели аппарата. – Не возьму, пускай продолжают, – но через несколько секунд звук стал просто невыносим. Кто догадался снабдить арийского посла средством связи, которое было настолько бессмысленным, что оставалось только развести руками, ярл понятия не имел. На корабль звонить, что ли?
«Алё, капитанский мостик, говорит Земля. Я Ася, и я упоролся. Сообщите дальше».
Блондин хмыкнул. Так, со стаканом в руке, и отправился прекращать трезвон, выматывающий, обязывающий подойти.
Посольство Норвегии.
Однако никаких «простите, не туда попал» Асмунд в трубке не услышал. Более того, собеседник на том конце провода словно одолжение делал, снизошел ответить на звонок.
Выпрашивал-выпрашивал секретаря, но министерство оказало огромную услугу своей филигранно сложенной драгоценной дулей. Теперь всей этой ерундистикой занимайся сам. Конечно, дел у меня больше нет других. Пить, кутить и по телефону трепаться. – Лангеланн бросил косой взгляд на Экланна, ухмыльнулся, с удобством расположился в кресле и елейным голосом добавил на родном языке:
Это я вас внимательно.

Отредактировано Асмунд Лангеланн (13-02-2013 14:47:27)

+1

17

Скользнувший по нему взгляд и перемещение в кресло Кай воспринял, как призыв к действию.
Арий помедлил секунду, но по тону голоса посла он понял, что дело не первой важности. Если бы послу хотелось, чтобы Кай ушел, он подал бы иной знак.
Айс обошел кресло, встав за его спинкой. Абсолютно не имея желания вникать в суть разговора, он опустил ладони на плечи посла. Через тонкую ткань рубашки он чувствовал жар кожи Асмунда, которого ничуть не охладила вода, скорее наоборот. Тот тоже должен был чувствовать тепло его ладоней, сильных и надежных. Кай чуть надавил, чтобы ярл мог почувствовать, как напряжены и приподняты его плечи. Подобный зажим виделся Каю символичным, напряжение, возникающее от неспокойных, тяжелых мыслей.
Будто на спине груз какой лежит, и давит, а тело сопротивляется его тяжести, не дает ему упасть с плеч.
Как только напряжение осознано, оно может быть снято. Плечи под ладонями опустились, чуть расслабилась спина.
В то же время, когда связанного, беззащитного, ударяют дубинкой по спине, он тоже сгибается, втягивает голову в плечи, защищаясь.
Сдвинув рукой разметавшуюся шевелюру Асмунда, Кай провел большим пальцем по правой стороне шеи, ближе к позвоночнику, вдоль волокон, почувствовал натяжение связок, едва наклонив голову посла в бок. Ребра ладоней уперлись в основание шеи, подушечки больших пальцев синхронно-симметрично прогладили сверху вниз вблизи шейных позвонков, с чуть увеличивающимся давлением ближе к плечам, вынуждая податься чуть вперед, наклонив голову вниз.
Одними губами, на родном языке:
Рубашку бы снять, господин посол, так сподручнее будет, – гортанным шепотом, тревожа дыханием светлые пряди.
Конечно, он осторожен.
Я всегда осторожен с тем, кто ценен, только вы, господин посол, еще не ведаете этого.
Рубашка падает, куда пришлось упасть ей.
В этом положении сложно расслабить спину, но можно, на земле это кажется, называется «поза наездника» – локти стоят на бедрах, кисти сведены, может даже ладони обхватывают друг друга, предплечья параллельны полу, спина округлена; позвоночнику теперь не нужно удерживать вертикальное положение. Да и непослушные пряди неопределенной, в понятиях Айса, длины, свисают вниз, под действием силы тяжести, обнажая мощную шею ярла.
Массаж всегда начинается с поглаживаний, широких, медленных.
Здесь говорят «спешка нужна при ловле блох», но на Беркане нет блох, и на Хагалазе тоже. Неплохо бы масла, но вполне хорошо и так.
Руки Кая сухие и горячие, не известно, как это чувствуется кожей Асмунда, но сам Кай ощущает тончайшую пленку, поддерживаемую силами слабых электрических взаимодействий, таких же по силе, как поверхностное натяжение жидкости, почти не заметное глазу, но необоримое для насекомых. Вероятно, ничего этого не существует в действительности, и это лишь искаженное самой личностью Айса восприятие ее.
Руки гладят спину, в направлениях от позвоночника к бокам, начиная с плеч, чуть оттягивают кожу с крупных и твердых спинных мышц, пощипывает всей пятерней, легко и четко, и снова успокаивающие поглаживания. Ему кажется, не он так чувствует, что некая невидимая сила, потенциальная, пока спящая в этом сильном теле, но постоянно рвущаяся наружу, начинает вибрировать спокойнее от этих несложных движений.
Теперь плечи посла. Кай чуть расправляет их, разгибая, прижимаясь грудью к основанию шеи и плечам, перегибаясь через кресло, не очень-то удобно, но ничего. Торцы больших пальцев упираются в плечи, а остальные в грудные мышцы. Едва слышный шепот тела: пощелкивание суставов, сухожилий, мышц, это ничего, это очень правильно. Не в силах сдержаться, возвращая посла в предыдущее положение: спина расслаблена и изогнута по правильной дуге, он проводит ладонями по грудным мышцам, отрывая их от поверхности кожи в сантиметре от сосков, возвращает руки на плечи, и уже сильнее и жестче начинает симметрично разминать трапециевидные мышцы плеч.

+2

18

Лангеланн понятия не имел, о чем думает Кай во время массажа. Возможно, размышляет о жизни, а возможно, что сосредоточен на своих действиях, ощущениях, к которым примешивается осторожность – уверенная ли, неловкая ли, кто его знает. Послу было немного неловко в молчании, которое сопровождалось ровным дыханием телохранителя. Он сцепил пальцы, локтями уперся в колени и постарался максимально расслабиться. Как и нужно было, ведь это конечная цель любого массажа. Арий выкинул из головы все докучающие мысли и прикрыл глаза, позволил себе плыть по течению, унестись ощущениями, которые дарили сухие ладони Экланна. Правда, вздрогнул, когда Кай вдруг прижался к нему грудью, и рдели скулы от естественного ожидания, которое вдруг показалось донельзя неприличным. Нет, неправильным. Пусть Кай на кухне и выпалил столь горячо и порывисто, зачем ему быть подле ярла, Асмунд ничего естественного в этом не находил.
Может, потому, что он тебе, батенька, понравился? Ну а что – статный, мощный, красивый, всё, как ты любишь. Гулять так гулять, верно? Разбежитесь после этой твоей посольской миссии, а там и забудете друг о друге благополучно. А пока есть возможность, чего ж время терять?
Гладят горячие ладони, мнут мягкую податливую кожу, и послу кажется, что они стараются пробраться туда, где живет его еще живое, старательно ото всех сохраняемое «я». Он чуток, насторожен, разумом понимает, что всё это ерунда, что не надо искать скрытых смыслов там, где их может и не быть, но не может, не может противиться накатанной дорожке, по которой рискует понести дрезину.
Тебе ведь неудобно? – спрашивает он, чтобы сломать повисшую в доме тишину.
Хрольф бы уже давно изворчался, а то и вытолкал Лангеланна из кресла и затолкал на тахту в излюбленном «для тебя же стараюсь, бестолковый». В его голосе, когда усталом, когда недовольном, всегда слышны неведомые выросшему без отца арию теплые нотки, которые на Земле называют отеческими. Спокойнее от них. Они пробуждают ощущение нужности, не картонное «ты нужен своему народу», а человеческое, часто понятное без слов, такое дорогое сердцу, которое вынуждено принадлежать само себе. Странно, ново, необычно, чуть горчит привкусом чилийского вина. От такого сложно отказаться, и к этому, к сожалению, как и ко всему хорошему, быстро привыкаешь, заранее зная, что конец неизбежен и скор. Асмунд снова вздрогнул, на этот раз от неожиданной ласки, и схватил Экланна за руку. Потом, впрочем, расслабил пальцы, погладил запястье и кисть и отпустил, подпер ладонью подбородок и сказал, глядя на ножку дивана напротив:
Кай, у тебя превосходная боевая подготовка. Даже слишком… для пилота. Если не хочешь, можешь не отвечать, но были ли у тебя иные обязанности кроме пилотирования?
Его разбирало любопытство. На фоне дружинников-скальдов, в которых безумство творчества угадывалось в каждом вдохе, Кай Экланн выделялся слишком явно, слишком другим был. Асмунд часто задавал себе вопрос, почему его выбор в конечном итоге пал именно на этого ария, ведь к рекомендациям старых друзей он относился с доверием, а тут поглядите, харизматичный богатырь с послужным списком, который до того безупречен, что кажется подделкой.

+1

19

Ваша правда, господин посол, – арий посмотрел в сторону тахты.
Когда Асмунд схватил его за руку, Кай не вздрогнул, потому что и сам прекрасно понимал, что этим поглаживанием недвусмысленно выходит за рамки расслабляющего мероприятия. Но… на его провокацию ярл ответил благосклонно.
Почему вообще Кая тянуло к послу? По разным причинам.
Не пустая формальность или желание быть ближе к начальству, ничего недостойного, но свое собственное понимание обязанностей телохранителя и иррациональная симпатия, которой арий иногда доверял, когда не было причин для обратного. Чувствовал ли Кай возбуждение? Ровно в той мере, в какой ощущал разнообразные реакции Асмунда на свои действия. Ощущал в полной мере.
Ледяные глаза Кая смотрели не в пустоту, в эти моменты он находился в состоянии тотального восприятия. В технологичной культуры ариев сразиться со зверем – варварство, коим не брезговали на Земле в свое время. Вот то, о чем иногда фантазировал Айс.
Вопроса Кай ждал, но не мог сказать, что очень хотелось ему рассказать о всех своих обязанностях, тем более, что посол не давил. Он вдохнул чуть глубже, чем требовалось:
Я исполнял разные приказы: в космосе, воздухе и на земле. И… – он чуть замялся, – не все они отражены в моем личном деле.
Нечасто волновало ария, как прозвучат и будут восприняты его слова, но вот сейчас волновало. Именно здесь, на Земле, на территории врага, ему было очень важно доверие командира, в другом бы месте заменил бы его ярл в пять секунд и забыл, а здесь не все так просто, ярл должен полностью доверять дружине, а уж телохранителю тем более.
Рассказать самому? Да какой после этого массаж…
К тому же Кай вообще понятия не имел, как о таком следует рассказывать. Он знал, что скажет на военном трибунале: я исполнял приказ, и если я не смог отличить правильное от неправильного и нарушил закон, я заслуживаю смерти. Но… это была просто форма ответа, никак не коррелирующая с тем, что Айс чувствовал и мыслил внутри.
А что до подготовки… я очень люблю рукопашный бой, – в этих словах можно было услышать улыбку. Это была его вторая страсть, после той, о которой говорить было нельзя.
Последний подход, и Кай расслабил руки, чуть касаясь кожи плеч подушечками пальцев; последние прикосновения, ладони обнимают и поддерживают затылок, большие пальцы массируют основание черепа.
С большим уважением я отношусь к физическому телу, я… отнял много жизней, господин посол.
Как мог, так и сказал.
Закончив массаж поглаживаниями, в этом положении он уже сделал все, что было возможно. Кай улыбнулся:
Если моя квалификация массажиста вас устраивает, ярл, я готов продолжить в более удобном месте. Диван подошел бы намного лучше…

+2

20

По ножу ходишь, по лезвию, со смертью танцуешь сладкое танго.
Свободной ладонью Лангеланн снова огладил живот и грудь телохранителя, снова легко коснулся шеи губами, дразнил дыханием. Ему нравилось – нравилось ощущение литого рельефа великолепно сложенного тела, скульптор коего дрожал едва заметной дрожью напряженного возбуждения, живо отзываясь на прикосновения и слова; нравилась открытость, с которой Кай обнаружил свое темное прошлое, и ведь не отрицает, не опровергает слов ярла, молчанием подтверждая его догадки; нравилось ощущать под пальцами спящий вулкан, неистовство силы, осознанной и подчиненной железной волей сына арийского народа; нравилось признать, что в этом Экланн, пожалуй, обставит своего господина, потому как неистовство вотана невозможно подчинить и направить в нужное русло.
Прикорми дракона, тан. Подчини себе стихию, и будешь возвеличен над герцогами и королями.
Чем мне отплатить тебе за твое послушание? – тихо спросил Асмунд, с улыбкой собрал его волосы в кулак, несильно потянул, чтобы Кай поднял голову, и вдруг прихватил его кожу зубами – не сильно, так, чтобы не осталось следов. Языком провел мокрую дорожку от ключицы до уха, прижался влажными губами к бьющейся жилке, пропустил мягкие волосы меж пальцев, а пальцы второй руки снова обласкали губы ария, – Приоткрой, – чуть слышно, чтобы тут же толкнуться пальцами в теплую влагу, провести подушечками по кромке зубов – и вниз, мимолетным мазком по груди.
Словно музыкант, который настраивает новый музыкальный инструмент. Ему непременно необходимо исследовать все его изгибы и обласкать все углы, познакомить с собой, со своими руками, чтобы инструмент откликнулся, признал и принял нового хозяина, ведь только после этого он сможет слушаться и звучать так, как хочет музыкант.
Влажными подушечками Асмунд обвел нежную ореолу соска, прежде чем сжать плотную горошину пальцами, пока зацеловывал линию челюсти, подбородок, избегая настоящего поцелуя – на то были свои причины. Он пил реакцию Айса, словно мед, и она пьянила, жидким огнем вожделения распространялась по жилам, подгоняя наплевать на подобие игры и поскорее вкусить от формально запретного, но по факту такого доступного и невероятно сладкого плода. В паху уже давно тяжелым жаром токала похоть, и Лангеланн вжался бедрами в бедра телохранителя, с удовольствием отмечая, что тот не менее возбужден. Ладонь скользнула от соска ниже, пальцами по прессу и нырнула под резинку спортивных штанов, туда, где в её лодочку удобно легла горячая плоть.
Так ты поцелуешь? – арий снова потянул Кая за волосы, провел языком по широкой груди, мазнул по подбородку и заглянул в синие глаза. – Или хочешь, чтобы я приказал?

Отредактировано Асмунд Лангеланн (13-02-2013 14:59:51)

+1

21

Здесь и сейчас заканчивалась территория слова, и начиналась вотчина удовольствия. Подчинять и подчиняться – две стороны монеты, невозможные одна без другой. Брать, отдавать, отдаваться... Что, на самом деле, можно взять, а что отдать? Неведомо.
Давно ли чужие руки трогали его горячее и твердое тело? По меркам Айса – довольно давно. Ярл касался его властно, как и положено военачальнику, но Кай и не думал ему препятствовать.
Он поднял голову, подставляя шею под ласки посла. Жест открытости: подставить глотку вожаку стаи в знак подчинения и за это не быть растерзанным... Пустить его пальцы в рот, едва успев обхватить их губами.
Кай прикрыл глаза, но не совсем, чтобы иметь возможность поглядывать на Асмунда. Замереть, но не стоять столбом, так что руки дружинца неспешно оглаживали все до чего дотягивались.
Критическое приближение к эпицентру, расходящегося волнами предвкушения. Кай толкнулся в его руку, прижимаясь к Асмунду сильнее.
...хочешь, чтобы я приказал?
Ты уже... приказал...
Кай едва мотнул головой. Преодолевая сопротивление руки в волосах, он приблизил лицо и коснулся губ своими, вдохнув выдох.
Он уже предложил Асмунду свою жизнь, примкнув к миссии в качестве его телохранителя, неужто он поскупится предложить и свое тело. К тому же ему принципиально нравился сам процесс соития, а не мелкие его подробности.
Здесь, в этом земном дворце, в огромной комнате, залитой теплым светом, все немного иначе, чем металле и пластике тесных флагманских кают, кровати которых не многим мягче, чем пол под ногами. В полной темноте или же наоборот в ярком мертвенном искусственном свете, почти что вечных ламп. Ощущения, бушевавшие в теле, только начинали проникать в сознание, заполняя его таким же прозрачным спокойствием и тишиной заброшенных в пустыне бункеров, когда в двадцати метрах над головой бушует песчаная буря.
Поцелуи – это личное? Вероятно... Когда они опустятся ниже, будут ли они от этого более личными?
Следующее касание губ увереннее и четче, с языком, ласкающим внутреннюю поверхность, правая рука легла на ягодицу, другая между лопаток.
Поцелуи Кая не жадные, глубокие, влажные, и даже нежные, в его понимании этого слова.

+2

22

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

Отредактировано Асмунд Лангеланн (13-02-2013 15:21:33)

+1

23

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

+2

24

Снова не то, промахнулся опять, и на этот раз Лангеланн смотрел, не отрываясь. Не нужно было выстраивать сложные логические цепочки умозаключений и выводов, чтобы догадаться о том, о чем догадываться не очень-то и хотелось. Более того, Асмунд опасался думать об этом, и сейчас, когда догадка сама собой вдруг родилась в голове, боевой дух иссяк, словно кто-то перекрыл невидимый вентиль. Ярл поднялся на ноги и цепко взял Экланна за подбородок. В глаза смотрел, потом чуть повернул его голову, затем, в конце концов, тряхнул растрепавшейся шевелюрой и отстранился.
Одевайся.
То, что настораживало посла в телохранителе, то, что он проглядел и то, о чем тщетно пытался додуматься, наконец стало очевидным и видимым. Вернее, ощущаемым. Арий четко осознал, что все его дальнейшие попытки привести Кая в чувство потерпят крах. Хотя бы потому, что чувств попросту не было. Перед ярлом во всей своей красе предстало то, что некоторые ученые еще пытаются вывести, неустанно трудясь день и ночь в засекреченных биолабораториях Империи. Идеальные солдаты, лишенные эмоций, чувств, сожалений, тяги к жизни. Того, что называется душой. Модификаты, совершенные внешне и пустые внутри. «Усмиренные», чья жизнь подобна черно-белому кино. Не способные на безумства, не знающие радости открытий чудных, не имеющие возможности познать счастье любви и боли потерь, ощутить вкус к жизни. Безликие тени, обреченные вечно блуждать в тумане простого и понятного Ничто.
Теряющий разум арий, чья психика подверглась разрушительному воздействию вотана, приходит к подобному же результату. Не способный отдавать себе отчет в том, что он делает, он превращается в бесполезное и крайне опасное существо, обреченное на бесславную смерть. Призраки арийского кошмара, с очередным приступом подкрадывающиеся всё ближе и исчезающие всё неохотнее. Асмунд полагал, что всегда готов встретиться лицом к лицу со своими страхами. Но в этот раз шутка мироздания оказалась слишком тонкой для понимания ярла.
Отправляйся в Приют Странника, проследи, чтобы дружина вывезла оттуда Рагнара тихо и по возможности мирно. Вечером присоединишься ко мне в Скальном. Встретишь Хрольфа, передай ему, что я хочу его видеть.
Из коридора голос посла слышался чуть искаженно. Тихо хлопнула дверь в ванную, одежда Асмунда так и осталась лежать на полу и диване, там, куда была брошена в порыве, который теперь казался арию попыткой призвать дождь в пустыне.

+1

25

Кай смотрел на посла практически без выражения, что тот сейчас хотел увидеть в его глазах, арию было неведомо. Он, конечно же, удивился неожиданному повороту событий, но никак внешне этого не показал. Весь букет его телесных ощущений сошел на нет почти мгновенно по команде "одевайся". Он мотнул головой, словно прогоняя видение. В команде ничего непонятного не было, поэтому он тут же подобрал свои шмотки с пола и натянул на себя.
Что это с ним? Ну, да мне, наверняка, не понять.
Легкое разочарование сменилось полным вниманием к словам посла, но ответить - приказ понял, было уже по факту некому, ибо ярл удалился освежиться. Кай еще пару секунд постоял неподвижно, прикидывая весь план перемещений в пространстве. Покидая покои, он просто прикрыл за собой дверь, не имея возможности ее запереть.
Арий точно знал, куда идти, не зная откуда, он просто знал, как обычно. Память вобрала в себя тысячи мелких деталей, картинок, звуков, запахов и обрывков фраз, и теперь, минуя логические цепи, просто направляла вперед.

>>> Палата интенсивной терапии №3

Отредактировано Кай Экланн (13-02-2013 15:41:24)

+2

26

Ящерица, не просто «разделавшись» с одним из ариев, но успев с наслаждением глотнуть столь освежающего духа бесподобной хмельной ярости, пребывала просто в великолепном расположении духа. Выражалось это, впрочем, в незаметных для человеческого глаза помрачениях ауры одного из древнейших и опаснейших существ во всех Мирах – белоснежно-электрические разряды, лишь сильнее оттеняющие глубокую и всепоглощающую тьму.
Под  неслышную музыку она шла, двигаясь легко и безупречно непринуждённо, всюду естественная и приятная, в любом помещении или под открытым небом, раскрытая чужим вопросительным взглядам, или же, напротив, сокрытая ото всех, включая электронные очи камер слежения, столь примитивных, но, тем не менее, весьма надёжных устройств. Всё это сейчас подчинялось сугубо её воле, и, как было чрезвычайно редко, Принцесса колебалась на той самой тонколезвийной грани совершенного Порядка и безудержного буйства Хаоса.
Мягко и нежно очерченные губы дрогнули в мечтательной улыбке, и из-под светлых ресниц она бросила манящий, и в то же время робкий взгляд украдкой на очередного посетителя/обитателя/служащего этого важного в своей первостепенной роли объекта – самого Приюта. Опешивший человек – а это, несомненно, был именно человек, представитель Земной фауны, - ответил странной кривоватой улыбкой, явно не понимая, отчего ему улыбнулось это изящное создание.
В горле заклекотал едва сдерживаемый смех – но, что хуже, когда ящерица машинально облизнула губы коротким и нелепо-широким языком – она уловила аромат этого живого тела, горячей и, наверняка, очень приятной на вкус крови, и желудок её предательски стиснулся. ГОРН была голодна.
Не то, что бы она не могла сдерживать подобное низменное чувство… просто ей совершенно не хотелось этого делать. Обычно. Но сейчас ей предстояла более утончённая забава – с хозяином того чрезвычайно милого арийца, который нынче, надо полагать, уже пребывал в покое одного из реабилитационных кабинетов.
Темноволосый мужчина, на её изысканный вкус выглядящий как аппетитная дичь, поднялся, и сделал шаг вперёд – даже несмотря на то, что «девушка» продолжала свой неспешный «променад». Со стороны, впрочем, её прогулка действительно казалась бесцельной, но Принцесса, подчиняясь вековым условностям своего вида, считала неприемлемым лишний раз демонстрировать _возможную_ скорость реакции. Однако сейчас такое внимание ей было ни к чему, к тому же, чем ближе он подходил – тем ярче ощущался его запах, и тем сильнее ей хотелось есть. Нет. Неуместное желание.
Имплант, вживленный в тело царской особы, послал неощутимый физически импульс, заставляя не дошедшего до неё каких-то пяти шагов мужчину словно споткнуться, и сделать шаг в сторону, уставившись на один из информационных плакатов. Не то, что бы ему было так важно узнать о расписании горнолыжных экскурсий, но… сейчас это ему показалось более интересным, чем созерцание светловолосой особы.
Лиза едва ощутимо шевельнула пальцами, будто собирала нечто невесомое в горсть, и направилась в сторону стоящего чуть на отшибе бревенчатого одноэтажного сооружения с угловатой и покатой крышей. Согласно имеющимся у неё данным – а этой информации она доверяла всегда, - здесь обитал ярл, он же, по совместительству, посол от лица Арийского народа, Асмунд Ингвар Трюггви Лангеланн. Имплантированный посол Арийского народа. Меченый. Но строптивый. И амбициозный…
Девушка снова мягко улыбнулась, и каблучки её процокали по каменной кладке перед крыльцом к такому нарочито… простецкому дому. Она не совсем понимала подобного пристрастия Ариев, но не могла не согласиться с тем, что в подобной примитивности есть некоторая прелесть. Дикарство, свойственное этому непокорному, тянущемуся к язычеству народу.
Ярл находился во всём доме один. Вновь язык скользнул по губам, раздвинутым всё в той же нежной улыбке, и Принцесса шагнула вперёд, небрежно сдвигая в сторону стеклянную дверь, потянув за ручку. Вот так в жилище посла раз за разом проникали странные, и, как в данном случае, совершенно нежелательные личности.
Запах дерева, зелени и воды окутал её шелковистой поволокой, и ГОРН, как и положено было её «шкурке», деликатно оглянулась, тем не менее, безошибочно проходя по немногочисленным помещениям этого домишки. Чуткий слух улавливал звук льющейся воды, и, кажется, даже биение могучего сердца в груди этого красивого зверя. Если бы девушка знала о происходящих ранее событиях, она, несомненно, изрядно повеселилась над иронией происходящего, но расположилась она со всеми удобствами в личной гостиной посла. Собственно, о том, что это – его _личная гостиная_ - она не знала, просто эта комната была смежной с ванной.
Следовательно, ярла, по выходу из купальни, ожидал очень странный и неоднозначный сюрприз в лице чрезвычайно миловидной девушки с внешностью типичной арийки, скромно занимающей одно из кресел, обтянутых цветастой обивкой.

+2

27

Посол появился в дверях гостиной буквально через десять минут. Он был совершенно не одет: с мокрых волос капала вода на плечи, бедра обхватило плотно темно-синее полотенце. Асмунд остановился на пороге, глядя на гостью прозрачными зелеными глазами, которые сейчас были, как драгоценные изумруды. И словно совсем не удивился тому, что его дом вновь посетили без спросу.
Подхватил бокал со стола и плеснул себе немного коньяка, который выпил, направляясь к одному из кресел, где лежал халат. Не то, чтобы посол ждал объяснений, он вообще сейчас не был склонен к визитам – даже если это очаровательная девушка с пронзительно голубыми глазами.
Лангеланн подхватил одежду и накинул на плечи, отворачиваясь от вторженки и скидывая полотенце в сторону, затем завязал пояс и развернулся на 180 градусов, чтобы тоже опуститься в кресло напротив и чуть приподнять брови, как будто этим самым задавал ей несколько бессловных вопросов, первым из которых являлось «Какого черта вы тут забыли?», вторым «И что же вам надо?», третьим – «Желаете говорить?».
Ладони спокойно легли на подлокотники, расслабленно и выверенно Асмунд ожидал объяснений. Он давно уже полагался только на себя и инстинкт выживания, так что не строил иллюзий, как многие арии, насчет стратегии поведения.
Пальцы покрутили возвращенный бокал, как световую иллюзию, через которую с легкостью можно разглядывать утонченную блондинку, меняя ее в гранях стекла. Опустошенная голова и попытки выудить из себя эмоции заканчивались лишь тем, что бокал наполнялся вновь.
Затем оглядел обстановку: девушка вписывалась в дурацкую цветочную гамму, как статуэтка, взятая с верхней полки, чтобы украсить своей персоной молчание этого тяжелого дня.
Уголки губ Асмунда поползли вверх на долю секунды. Но затем выражение лица обрело стоическое спокойствие истинного норда, а не балаганной куклы, к которой привыкли все окружающие.
Безмолвие шло этому дому, в молчании порой рождается само откровение. И истинный путь воина в том, чтобы слышать разум, а не поддаваться скоротечным эмоциям, тогда бесценными становятся победы и поражения.
Солнце ложилось бликами на волосы принцессы, ее милое личико заслуживало того, чтобы просто любоваться, а не заниматься выяснениями и вопросами сейчас, так что Асмунд без зазрения совести использовал минуту, которая выпала ему с картами судьбы. А еще он смаковал вкус коньяка: теплый, чуть обжигающий, он был похож на солнце, устроившееся в его гостиной с нескрываемой грацией.
Посадка головы, то, как держит спину красавица, заслуживало отдельного разговора. И эта милая ниточка жемчуга...
Асмунд опустил глаза, пряча улыбку под ресницами.
А пауза становилась медовой и длинной, как и спиртное, проливающееся в желудок огнем.

Отредактировано Асмунд Лангеланн (08-04-2013 12:02:26)

+2

28

А вот ящерицу, кажется, это молчание не тяготило ничуть. Впрочем – нет, нисколько не «кажется». Она наслаждалась сдержанным спокойствием ярла, тонкой и скульптурной лепкой лица в частности и фигуры в целом, капельками воды – несколько секунд, прежде чем халат занял своё место на плечах мужчины, но этого было достаточно, его движениями и, конечно же, запахом. Последний, впрочем, был слегка подпорчен сильной алкогольной нотой, но об этом пристрастии ария ей было известно. Очень хитро, ничего не скажешь. И, в то же время, настолько просто! Да, определённо, у этого теплокровного был потенциал.
Асмунд пил коньяк. Жгучий, с едва ощутимой сладковатой нотой вкуса и характерным запахом «дубовой бочки», тот скользил по его рту, и вниз – по пищеводу, оставляя по себе в определённом спектре видения ярко вспыхивающую полосу. Почему-то этот факт раздражал девушку. Глубоко, за всеми «внешними» мыслями она могла бы объяснить, что эта самая «хитроумность» посла была ей неприятна, поскольку означала крах одного из множества винтиков прекрасной и отлаженной системы, и пусть даже это можно было обернуть себе на пользу – ни о чём хорошем это не говорило. Но с этим она разберётся позже.
Игра в гляделки была неравной, особенно при учёте того, что как бы ни двигался посол, какую бы позу не принимал и какие бы ухищрения-забавы – типа того же бокала – не использовал, взгляд серо-голубых глаз находил его везде. Создавалась, должно быть, даже пугающая иллюзия того, что, окажись он неким чудом сейчас же за спиной у белокурой девушки – этот взгляд найдёт его и там.
Не смогла в какое-то мгновение удержать себя от естественного для ГОРН жеста, в её нынешнем исполнении, как уже упоминалось, выглядящего весьма неоднозначно, и кончик маленького розового язычка скользнул по аккуратным губам. Да. Вот так – намного лучше. Так его запах коснулся основного обонятельного органа, и Лиза отчётливее ощутила всю ту умопомрачительную гамму.
Однако же, забавность… сейчас чувства голода она не испытала, и мысленно отметила это как вполне законный плюс своей безупречной подготовке.
Нет. Сюда она пришла, увы, не обедать, а вершить политику. Ведь, если вдуматься, ярл был достаточно любопытной пешкой на шахматной доске галактических масштабов… любопытной хотя бы потому, что именно ей, пройди она через все испытания кровью и смертями – или же проскользни в стороне, незаметно, за чужими спинами, прикрываясь более яркими баталиями – стать, несомненно, одной из сильнейших фигур. Что ж… по-своему это соответствовало и её задумке, вот только с незначительными, право же, коррективами.
Да. Выдержки ярлу было не занимать, и вот то самое безумие, расшатывающее его хрупкую психику, подталкиваемое сдерживаемым вотаном, лишь усугубляло прелесть его борьбы. Он был забавным. В чём-то посол даже был подобен двум её любимым – но не любимейшим – игрушкам, ариям-близнецам, что должны были прибыть в ближайшие часы дабы заняться своей очень показательной деятельностью: охранять Принцессу. Но в то же время в нём отчётливо ощущался этот надлом… и Лиза сейчас была увлечена тем, что рассматривала в мыслях несколько вариантов развития ближайших событий. Сломать? Починить? Оставить всё как есть? Три ветки, дробящиеся на несколько вариантов каждая, и все по-своему манящие…
В мыслях возник образ того самого беловолосого арийца, в котором она не столь давно пробудила вотан, и губы её невольно снова разошлись в подобии мечтательной улыбки. Почему бы и нет?
Я рада встретиться с вами, посол, как с одним из первых представителей СПИЗ, которых я имею удовольствие видеть на Земле. В качестве жеста доброй воли и выражения миролюбивости намерений, я могу предложить вам задать интересующие вас вопросы… как к равному вам в терминологическом смысле послу ГОРН, – девушка, привычно модулируя голос, могла бы, наверное, очаровывать исключительно им, даже без вот этой безупречно-светлой внешности, но, выверенный и просчитанный до мелочей, этот коктейль должен был производить вдвойне серьёзное впечатление.

Отредактировано Лиза (08-04-2013 19:47:51)

+3

29

Арий отставил бокал в сторону, продолжая через ресницы смотреть на гостью, даже не пытаясь уйти от ее взгляда. Лишь убегая, доставляешь удовольствие охотнику. Сопротивляться Асмунд не собирался. Он не был таким уж глупцом, как многие упрямые его соотечественники, но мудрая природа позволила достаточно понять и природу ГОРНов.
А потому от взгляда посла не ускользнул характерный жест языком по сладким губам, которые, несомненно, заслуживали самых страстных поцелуев. Если бы только... Она... Кто не позволила произнести себе даже своего имени, так скупо назвалась «терминологическим смыслом». На этой фразе Асмунд даже улыбнулся более открыто, что делал весьма редко.
Я рад вас приветствовать в своей странной скромной обители, посол, – поприветствовал принцессу, которая смотрела на него, конечно же, как на кусок хорошего бифштекса. Несомненно, арий не имел представления об ожидаемых охранниках ариях - вот скажите на милость, разве не смешно такой высокоорганизованной расе столь слабые и никчемные куриные ноги в роли защиты? Не слышал он и мысли о трех путях, по которым собралась пойти принцесса, иначе бы... впрочем, девушка, которая вошла в его дом без приглашения и собиралась якобы вести переговоры сейчас, еще была интересна мужчине через толстое стекло его наблюдательности и умиротворения, которое растекалось воображением по его венам с коньячным дымом желаний, которые посылала сама принцесса:
Обворррррррожи меня. Обворожи своими взглядами, богиня, и каждая твоя чешуйка станет странным рисунком моего сознания... Обворожи... Там, где ступишь ты, тебя приму без сопротивления...
Но я не был готов к визиту столь высокой особы. Надеюсь, вы простите мне мой внешний вид?
Хоть прощай, хоть не прощай.
Темным зеленым туманом заволокло глаза ария, что поднял взгляд на ГОРНа...
Хоть пробуй, хоть мани... всегда найдется небо в той дали...
Арий не без интереса огладил взглядом вычурную чистоту и гладкость ткани платья, как будто телесная оболочка белокурой красавицы волновала его меньше ее сути.
И конечно, я отвечу на все ваши вопросы, дорогая госпожа.
«А сколько ключей у тебя есть от моих темниц?»
Но не обещаю, что на все знаю ответы...
Арий плеснул себе золотистой жидкости еще, опустошил очередной бокал, выпивая залпом.
Да, ты права... Я весь пропитан этой гадостью... Найди же ключ... Или бесполезно... С чего начнешь, прекрасная львица?
Арий помолчал немного.
Хотя вы ведь хотите, чтобы все было наоборот, – сказал он, словно выплывая из темноты на мгновение. – Чтобы я вам задавал вопросы... – и добавил про себя «Острые шипы пробили кожу, острые шипы пробили сердце, острые шипы... капли крови рисунком выведу на подписи вечности».
Асмунд помолчал, он мог спросить про артефакт, про намерения ГОРНов, мог поинтересоваться чем угодно, но развел руки в стороны, сдаваясь.
Посол, как мне избавиться от вашего импланта? Навсегда.

Отредактировано Асмунд Лангеланн (08-04-2013 22:34:30)

+5

30

Приятный голос… ящерица могла это оценить, пожалуй, как мало кто другой, и эти бархатистые обертоны, раскатистые и мягкие интонации… да. Они, определённо, были ей по душе. А его слова – пустой звон, как если бы щёлкнуть кончиком ногтя по краю бокала. Долго, протяжно, красиво… но ни о чём.
В отличие от его мыслей. Неуловимые, нежные, по-своему трогательные – они были кое-чем странным для принцессы ГОРН. Наверное - отсутствием той всепоглощающей и чистейшей ненависти, охватывающей любого «свободного» представителя этой расы. И, конечно же, не только этой. Это было так… освежающе ново!
Девушка склонила голову к плечу, заставив шелковистые прямые волосы текуче скользнуть вниз, укладываясь изящными завитками поверх груди, очерченной – но в то же время достаточно скромно прикрытой тканью платья.
Свет, пронзающий стёкла, иглами впивался в изумрудные глаза посла, подсвечивая ореолом мнимой святости светловолосую макушку принцессы, а та, в свою очередь, терпеливо молчала, катая в мыслях камушками его слова. Небрежные движения ладонью по столу, шорох твёрдых горошин… звон.
Вопрос.
Секундно-неуловимая дрожь ресниц, разошедшиеся чуть шире в улыбке мягкие губы, и удовлетворение, смешанное с умиротворением… увы – неощутимое арием, а, впрочем, ему и не следовало чувствовать этого.
Бесподобное чувство правильности, наслаждение от правильности сделанного хода, от выбора. Пусть – мимолётное, мгновенное, но это того стоит. То, за что Лиза от души любила саму свою суть.
Движение ладони, почти театрально-плавно скользнувшей вверх, будто призванное, чтобы ярл любовался самой формой узенькой точеной кисти, совершенными пальцами, беззащитной и хрупкой косточки, выступающей на запястье… и утвердила локоть на подлокотнике кресла, ладонью очень естественно, и с какой-то кошачьей грацией подперев этой самой ладонью головку, склонившуюся к плечу не то кокетливо, не то… устало. Хотя, если подумать, откуда той усталости взяться?
Жест этот, впрочем, мог дать понять послу, что принцесса не торопится никуда, и, соответственно, не позволит торопиться куда-то ему.
Вотан ему мешал… кто бы мог подумать, не так ли? Ощущать этот незримый ошейник, стягивающий сознание, вынуждающий отравлять себя – капля за каплей, дарящий боль и безумие. Совершенный инструмент.
Как ярл.
Это сделать достаточно просто, мой милый посол, – тихо, всё с теми же кроткими и нежными интонациями проговорила, лаская взглядом его черты, без усилий проникая за преграду изумрудных глаз, наслаждаясь измученным его разумом. – Если за это возьмётся кто-либо из наших учёных. В случае с вашими, или даже ДАЛийскими умельцами – не поручусь, что после этого вы не останетесь слабым и безвольным пустым овощем. Кстати, вы можете звать меня – Лиза…
Скромная улыбка, опущенные на мгновения ресницы, и сознание, ласкающее сейчас тот самый издёрганный источник его страданий. Ему не жить долго при подобной боли. Он истает свечой, и уход этот будет бессмысленным, бесполезным. Принцессе не нравился подобный исход.

Отредактировано Лиза (09-04-2013 01:33:26)

+3


Вы здесь » Приют странника » Окрестности » Покои посла