Приют странника

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Приют странника » Планеты и пространства » ФИО. Драккар «Аноис»


ФИО. Драккар «Аноис»

Сообщений 1 страница 18 из 18

1

http://s7.uploads.ru/RGAk2.jpg

Внутри

http://sg.uploads.ru/VfitX.jpg
http://s4.uploads.ru/I2hrT.jpg
http://sa.uploads.ru/0OUmx.jpg
http://sg.uploads.ru/QGi2O.jpg
http://s5.uploads.ru/VzvWI.jpg
http://sd.uploads.ru/4lUyq.jpg
http://sg.uploads.ru/gni1q.jpg
http://sh.uploads.ru/tBYNx.jpg

0

2

Свуп при подлете к драккару активизировал сцепку силовых полей обоих кораблей и, ведомый автоматикой захвата, плавно преодолел не только расстояние между кораблями и входной пандус, но весьма аккуратно совершил посадку в нижней секции – грузовом трюме, одновременно коснувшись пола моментально открытыми боковыми и торцевой панелями десантного отсека, используемыми при максимальном открытии в качестве полозкового шасси. Гостей уже встречала небольшая группа из команды корабля, вооруженная разнообразным оружием.
Клеменс потянулся в кресле первого пилота со словами «Мля! Вроде не был две недели – а как будто год пролетел!» и с упоением вдавил кнопку аварийного отстрела фонаря свупа. Который в тот же миг, отскакивая как мячик от пол, потолка и обоих стен трюма, с веселым грохотом улетел вдаль.
Кливси! Стармех! Не надо на меня смотреть так, будто уже видишь, как твой гаечный ключ уже пробил мою голову навылет! Вот смотри – махнул не глядя! Если раскурочишь эту лоханку и наведешь терки с нашим суперкарго, то на вырученное от запчастей бабло сможем торгануть авиетку круче, чем была! – разбитной бас старого пирата заполонил почти все ощущаемое пространство.
Пом, кстати! – продолжил Харлок, - Включи продув нижней палубы, а то эти неудачники… - многозначительный жест правой рукой капитана обвел пару-тройку трупов и их многочисленные ошметки, буквально вмороженные в стенки трюма. – Нас до добра не доведут! Как оттают – скинь за борт и маячок не забудь – мы ж не звери какие!
Выбравшись из пилотного отсека свупа, «Драхен» снял штурмовой шлем от брони и, наподдав его ногой в сторону дальнего шлюза, прорычал:
Дальний космос – не игрушка! В одну сторону билет…
И тут же шагнул к десантному отсеку.
Лейхен, цепани на этого вялого котика мою штучку, – с этими словами Клеменс кинул в сторону Юнги небольшой блестящий диск, - И на форсаже дуй в мою каюту. Подготовь бухло и хавчик. Будем дорогих гостей встречать!
Выдержав дипломатично драматическую паузу, он продолжил:
Лорды, лэрды… И остальные товарищи. Добро пожаловать на борт драккара «Аноис» под предводительством лихого контрабандиста, отчаянного пирата и просто приятного в общении верноподданного ФИО известного в широких кругах, как адмирал Свободного флота Клеменс Харлок по кличке «Драхен»! То есть меня, – сделав изящный реверанс по всем правилам высоких искусств Сетха, капитан поклонился, – Собственной персоной. Прошу пожаловать в капитанскую каюту для душевного и, в случае обычной бюрократической волокиты Ориона, продолжительного разговора по душам!
Развернувшись, Клеменс без лишних слов зашагал в боковой коридор.

Отредактировано Клеменс "Драхен" Харлок (Сегодня 13:21:16)

+6

3

Лейхен незаметно поморщилась. Она не любила те моменты, когда ее наставник «включал режим пирата». В смысле – такого… эээ… киношно-книжного пирата. С одной извилиной – круглой такой, ровненько по краю пиратской банданы. Прежде всего это сказывалось на лексиконе, и выросшей среди бомжей степной рыси всегда хотелось сжать зубы. Потому что начинал чудиться тот, почти забытый, запах подвалов и брошенных домов. Тоскливый запах… Ну, у тех, кто бомжей и пиратов знал только по книгам и фильмам, ассоциации, вестимо, были иными. Для них все это казалось некой экзотикой, видимо. Во всяком случае, она не раз замечала, как в глазах даже серьезных мужиков зажигался детский, совершенно мальчишечий восторг, когда папаша Харлок становился таким. Наверное, им в те моменты мерещился попугай на его плече и карта Острова сокровищ – за поясом.
Кстати, Лейхен неожиданно остро обрадовалась, оказавшись, наконец, «дома». И, едва убедившись, что ее «подопечных» пасут – быстро, словно ящерка, выбралась из тяжелой брони. Успела улыбнуться и помахать парням, для которых была любимицей – на правах единственного ребенка. Да еще и девочки. И как раз поймала кинутый Харлоком диск.
Броня так и осталась лежать там, где ее бросили, а вот оружие девочка быстро разместила по карманам колета из бежевой кожи. Его передал один из встречающих, и теперь он был накинут поверх трика специального назначения. В таких, обтягивающих тело от шеи до пяток, легких защитных комбинезонах работают спасатели, скалолазы, и прочие мирные люди «опасных» профессий. Трик неплохо спасает от разного рода мелких повреждений. Во всяком случае, обувь в нем не нужна даже при ходьбе по острым камням, а переохлаждение не получишь даже на северном полюсе – он сам поддерживает нужную температуру. Лейх выпросила себе золотисто-коричневый трик на свой второй день рождения, встреченный на корабле. И таскала его почти постоянно, часто надевая даже под обычную одежду. Ценя и собственную защищенность, и то, что этот наряд совершенно не стесняет движений. Правда, перчатки обычно отстегивала. Колет же поверх носила ради многочисленных карманов в основном. И потому что классно смотрится. Этакий сплав средневековья и современности. Классно, что на пиратском корабле каждый одевался так, как ему нравилось. И Лейх особо не выделялась. Ну а когда обнаружилось, что ее трик подходит вместо трика брони – это вообще оказалось везеньем. И, кстати, помогло ей сейчас «разоблачиться» так быстро – не снимая самую сложностягиваемую часть.
Шагнув к «котику», которого все еще удерживал незнакомый ей мужчина, девочка вздохнула. Потом нащупала в кармане нож, и, стараясь действовать аккуратно и быстро, распорола на все еще лишенном сознания теле одежду – в районе грудины. Уффф, вроде получилось не поцарапать. Прижала диск к коже, выполняя поручение Наставника, и подержала так, методично отсчитывая положенные секунды. Все, готово. Теперь он никуда не денется.
Харлок уже ушел, и мелкой пришлось пробежаться (по пути касаясь в приветствии протянутых ей крепких мужских ладоней – что было приятно… все же, как ни крути – а тут ее дом сейчас), чтобы успеть в каюту раньше него.
Так… «бухло и хавчик»… «Водка? Виски? Первач? Что?» – коснулось ее недоумение «вора и пирата», когда она тенью скользнула мимо. Действительно – неизвестно просто, что он там подразумевал. Но не вино – это вот точно. С закусью все примерно понятно – бутеры. В капитанской каюте вроде был мельхианский твердый сыр. Вот его она пока и нарежет. И тосты сделает. А там, глядишь, капитан, блин, и про бухло ответит – что взять и откуда. Потому как о тайнике за его креслом ей знать, вроде, не положено. Это не означает, что она не знает… но зачем демаскировать свои «лишние» знания? Это приведет лишь к лишним печалям.

+5

4

«Младой представитель Сов», умевший кое-что, согласно привычкам тотемного животного, способного неплохо так мимикрировать под окружающую среду, будь то снег, палая подпревшая листва или кора дерева, никогда еще так виртуозно не маскировался под столб. Вот уж точно, сомнительной полезности опыт – быть запертым в скорлупе собственного тела и от нечего делать (и от «делать нечего» – с сожалеющей интонацией) работать голопроектором.
Но потеха скоро закончилась – ему самому сменили сценарий, картинка вокруг стала зыбкой, будто марево над тем ягодно-медовым варевом в бабушкином медном тазу на треноге, и наконец-то, наконец-то он смог двигаться… сперва еще собой и не совсем по своей воле, еще изумляясь подчиненности собственного организма, независимо от его желания плотно и правильно сжавшимся пальцам, шагнувшей вперед ноге, выброшенным вперед с рассчитанностью и силой паровозного поршня рукам, попадающим выше лба, носа, в подбородок, горло и грудь очутившейся впереди фигуры, тоже размытой, нечеткой, темной… но весьма ощутимой кулаком. Ольгрейн никогда прежде не умел так. Его не учили этому… его не этому учили – боевые стили Сов мягче и плавнее, почти без резких движений, Дети Лунной Ночи нападают на противника из тьмы беззвучно и неожиданно. Крупное тело лорда Эйо, пусть и якобы запущенное за века без тренировок, откликнулось идеально, опять-таки на клановых особенностях позволяя развить сразу полную скорость реакций и движений. О, Сова лишь выглядел грузным, но на деле был впа-а-алне спортивен. Талант не только не пропьешь, но и не проешь… особенно если ты дуэнде, и в праздности не прогуляешь. Дракон, чтоб у него лично крылья поотсыхали, классно и у всех на виду похерил многовековую маскировку тихого психа-затворника. Вывел, называется, из сумрака, согласно малоизвестному племенному проклятью Сов.
Уже понимая, что делает и зачем. сугубо по своей воле Оли сгреб со стола распятого на нем, порезанного и кой-как ушитого Шангхара – не оставлять же его врагу? – и взвалил себе на плечо, ничтоже сумняшеся. Просыпаться ему не надо… И дергаться не надо, во избежание, так что пальцы сами легли на шею правильным образом – чуть нажать – и снова спит... Как покойник.
Дальше Лейт шел как в коридоре между стенами непроницаемого тумана, не видя ничего, кроме темного прямоугольника открытой двери в конце корабельного трапа. Если бы он видел убийство четверых бойцов отряда дуэнде – от всей совиной души проклял бы будущего тестюшку еще раз: тот лишил своих «марионеток» не просто жизни, но возможности вернуться в клановые Моря, возродиться в новых телах, обрек на судьбу призраков, веками тающих в небытии и постепенно превращенных тоской в злобных преследователей всего, что еще живет и мыслит – единственный по-настоящему непростительный для дуэнде грех. Но он не видел. И потому, аккуратно сгрузив бесчувственного Тигра на пару разложенных сидений, осел рядом прежним бескостным грузным мешком, и закрыв глаза, пытался справиться с сосущей тоской – он не простился с Таонгой… он бросил товарища, который никогда не вернется домой. Сердце болело так, что хотелось удавить ближайшего соседа.

+2

5

Что бы ни намечалось, а получить время на ленивую регенерацию Фарэй не ожидал. Пока Тигрика обрабатывали в опербоксе, он сосредоточил внимание на собственной руке. Ускорить процессы, подстегнуть метаболизм, усилить питание регенерирующих тканей – привычная дуэндийская практика, однако же энергоемкая. Фарэй выпотрошил стоявший у стены синтезатор и распихал по карманам несколько протеиновых батончиков с витаминами и стимуляторами. Он пренебрег этикетом и пару батончиков загрыз на ходу, продолжая наблюдать за Ольгрейном и утихомиренным Тигрой, – оба явно были «вне себя», под контролем доминирующего сознания. Дожевывая батончик, Фарэй бесплодно поразмышлял, а каковы же сейчас пределы возможностей «капитана Харлока», но бросил эти мысли вместе с оберткой в утилизатор на корабельной площадке. Будут факты – будут выводы.
Или не будут.
Спокойное возвращение на Сетх приобретало совершенно иные перспективы. Непохоже, чтобы Беленький планировал его именно таким. Если «Харлок» затеял похищение, то – кого? Не спрашивая уже, зачем? Его выбор озадачил Фарэя, в нём не было смысла.
Кроме, разве что кроме Тигра, остальные и без того собирались улететь с Амриты. Официально, спокойно.
Холодная и неприятная возможность ловушки Фарэем тоже была принята во внимание. Сейчас все они – мишени. Охрана Амриты и Амадора имеет серьезный повод уничтожить «заложников» вместе с «похитителями». Не в этом ли состоял замысел провокации?
Но Фарэй и не подумал помешать Харлоку. Слишком азартным стал внезапный оборот событий, и слишком дразнил любопытство. Которое, говорят, погубило кошку – но то была не сетхианская кошка.
Жесткое сиденье свупа, на которое он поспешно упал, не собираясь выворачивать кишки при взлёте, поубавило Фарэю и азарта, и интереса, но перелет до корабля был достаточно недолог.
Отвык ты, батенька, от приключений, засиделся, нажрал задницу, скорбя по былым победам. Небрежность, с какой Харлок прикончил лишних в своем сопровождении, вернула Фарэя в ощущение привычного, родного мира; грудь расширилась от свободного вздоха. Корабельный воздух ворвался в отсек, а ухарски отлетевший в стенку колпак свупа швырнул в прилетевших вихри самых разных запахов. Фарэй поднялся, машинально поправил растрепанные порывом волосы. Рука болела с переменной силой; он достал из кармана ещё один батончик, – не от голода, а ради строительных материалов на регенерацию – но команда Харлока о еде и выпивке пообещала что-то более приятное.
Как долго он собирался держать Тигра в беспамятстве? И снова возник вопрос: что обусловило выборку? Напрашивался ответ: случай. Все вывезенные были дуэнде, и только. А ведь их могло и не быть в эти минуты у медиков. Ради чего было пробираться в медицинский сектор – подводный, помимо прочего – в середине хорошо охраняемого комплекса?
Ради случайно подвернувшихся дуэнде?
Всё дуэндийское в Фарэе восставало против подобной ерунды. Мысль об отводе глаз напрашивалась сама собой. Левой рукой берем карту, правой показываем другую.
«Аноис»? – переспросил Фарэй, с легкой улыбкой. – Прекрасное имя… для корабля.
Он рассматривал разношерстную публику, что встречала своего капитана, и пока лишь запоминал увиденное. Потом будет время сравнить наблюдения с Беленьким, тот всё же больше имел дело с иными расами и мог лучше понимать их невербалику.

+4

6

«Оборионился». Только что по необходимости новоизобретенный им лично глагол как нельзя более полно отражал состояние господина… Лорда Камо, в эти стремительные минуты молчаливого, как памятник самому себе. В него за морозно-узорчатыми, филигранно-ледяными щитами белого вмещалось все – сдержанное изумление, смятение… И практически полное непонимание того, что и зачем вообще происходит. Как ни рассматривай на поле Игры игр в этой партии не тобой расставленные фигуры, с какой стороны ни ходи вокруг этого воображаемого стола – яснее не становилось. Фигуры знакомы от и до – кроме внезапно ворвавшиихся – но смысл их захвата ускользал при любой попытке анализа.
Выкуп? Если пираты, значит, заложники и выкуп – стандартный же ход, – сунув руки в карманы плаща, Таэль наблюдал сразу за всем – за «разминкой» отключенного от мира Совы, за ворующим съестное Наставником – понятно зачем, ранка глубокая и неприятная, за взваливанием на плечо полудобровольным носильщиком легендарного в прошлом Тигра… и продолжал недоумевать. – Выкуп, да-да. Как раз тех собрали, прям-таки точечно и прицельно, от кого собственные кланы отказались сразу, еще при пленении. Какой выкуп? За них никто гроша ломаного не даст. – На свой счет главный ксенопсихолог орионского Космофлота тоже не обольщался – Империя прекрасно обойдется без такого украшения, как он. Кстати, может, как раз в этом дело? Император решил устроить ему красивую гибель? Вот это было бы заба-а-авно… практически у себя на глазах, за мгновения до прибытия. И какой случай изобразить скорбь по поводу тр-р-рагической гибели верного сына отечества и преданного слуги государства, и какой повод закрутить гайки на Сетхе!
Дойти до корабля Дейланн совершенно не рассчитывал. И потому, гибко присев в кресло свупа, удивлялся еще сильнее. Четыре пешки смели с доски, вот так запросто, но ради чего? Ради четверых никому не нужных? – загадка вернулись в исходную точку, будто бессмысленная и надоедливая сказка про белую антилопу. Вот ею-то себя лорд белый Леопард и чувствовал весь полет, а особенно – сбегая по трапу уже внутри корабля. Интерьерчик с трупами, как и манера поведения главного похитителя, сомнений не оставляла – каноничные пираты, просто как из детских мечт. Что там дальше по законам жанра? Сундуки с сокровищами, абордажи, плененные красотки, кракен?
Кракен… – задумчиво прищурившись, повторил Дей вслух, и тихое слово после приветствия с полушутовским поклоном капитана развеивало ощущение пародии на. – Капитан Харлок, вы не забыли, что кракен вне Сетха ничего не даст?

+2

7

Харлок, приложив к сенсору ладонь, шагнул в неярко освещенную каюту. Каюту капитана драккара. Проходя мимо кресла, мимоходом и особым образом пнул панель обшивки за креслом и выхватил из открывшегося сейфа бутыль коферума – весьма дорогого, изысканного, запрещенного во многих областях Ориона, а потому контрафактного пойла.
«Виски, ром и вино – мечи на стол из бара!» – мысленно коснулся Клеменс сознания Лейхен невесомым ветерком.
Насчет диска он не сомневался – этот поводок разрабатывался и делался по специальным заказам охотников на иногда опасную, изредка неизвестную фауну открываемых планет. Достаточно было упомянуть такой факт, что диск, настраиваясь на особенности строения нервной системы жертвы мог полностью ее обездвижить.
Скинув наружный экзоскелет с пластинами основной брони, Харлок плюхнулся в свое кресло, устало кинув приглашение так называемым заложникам с детальной схемой прохода к своей каюте.
Теперь осталось завершить нынешний по внешнему виду, но не по сути и скрытому смыслу, бардак степенной беседой. Перед которой Клеменс снимет тиски своей неправильной «магии» с будущего лэрда Змей (уж чего-чего, но резюме каждого «похищенного» с Амриты он успел пролистать на экране HUDа своего шлема), осторожно приведет в чувство Шангхара. А между делом перекинется парой слов со старым знакомым и, может быть, получит кое-какую информацию.
Замечательное имя, Фарей! – согласился бывший лорд Змей, – Какой корабль – таково и имя.
Только так. Точно отмеренными не только звуками, словами. Но и оттенками осколков смысла в каждом донесенном звуке. Так, как общались Драконы.
И – да, уважаемый ксенопсихолог Великого флота Солнцеликого! В этой каюте Вы можете называть меня моим настоящим именем, – Харлок поставил на стол небольшую – высотой буквально два пальца толщиной – пирамидку. – И попробуйте мне поверить, что стремиться к кракену, обладая тем флотом, который у меня есть, и тем возможностями, что дают лавры неуловимого, заметьте, контрабандиста, мне – ни к чему.
А теперь, господа, прошу вас составить мне компанию! – очертив правой рукой стоявшие вокруг стола кресла, Олл задумчиво повертел в руках бокал.

Отредактировано Клеменс "Драхен" Харлок (Сегодня 17:23:25)

+5

8

Вообще Лейхен давно ориентировалась в капитанской каюте, как у себя дома. И, наверное, в том не было ничего странного – учитывая, сколько времени она там проводила. Все ж ученик, не хухры-мухры. И уроки чаще всего были тут. Ну и… гм… наказания – тоже тут. Иногда и сутками сидела, осваивая что-то особо сложно дающееся. А сложно давалось ей почти все, имеющее отношение к пиратскому мастерству. Так что Харлок порой просто за голову хватался от непонятливости ученицы. Но это все лирическое отступление. А главное в том, что каюту Лейхен знала, как свои пять пальцев.
И потому ворвалась в нее, подобно меленькому вихрю. Она не спешила и не мельтишила. Она словно бы… танцевала. Даже мелодия какая-то чудилась, и сплетались все эти подняться-на-цыпочки-достать-тостер/наклониться-поставить-на-стол/выпрямиться-шаг-влево-за-сыром/шаг-вправо-за-ножем как бы в одно действо. Единое плавное движение, части которого перетекали друг в друга. Не перерываясь. Ну, танец – иными словами.
Причем, не смотря на видимую плавность движений, все получалось довольно споро. Вот уже и тосты вкусно пахнут подрумяненной корочкой, и сыр разложен на тарелочках и напоминает нежнейшие лепестки приятного, почти янтарного цвета (бывает же и бледный янтарь), и крошечные тарталетки забиты какой-то острой ароматной смесью, где в основе угадывается все тот же сыр, только мелко натертый, какой-то густой соус и травы. Колбаса тоже нашлась, и сейчас лежит, как и сыр, тонкими лепестками. Красно-розовыми, в крапинках жира. И бокалы нужной формы сияют прозрачными боками, а салфетки свернуты в замысловатые цветы. Ну и таки да – заняла свое место та самая заветная бутылка, из тайника Харлока. И к ней прибавилось немало стеклянной тары из бара, хранящей в себе самое разное содержимое.

Сама Лейхен, правда, успевала не только священнодействовать, собирая на стол «хавчик», но и материться про себя, на чем свет стоит костеря капитана. Мысленно – можно, тем более что какой-никакой щит у нее был, и при попытке чтения мыслей она бы успела остановить свой поток сквернословия. Но, блин, в самом деле… хорош приказ? Собрать на стол что-то такое, что и подать не стыдно, не так и просто в короткое время. Особенно, если больше всего хочется в свою каюту и хорошенько умыться. Нет, вообще-то для нее видеть смерть не впервой. Но именно этих четверых было как-то особенно жалко. Они были ее стаей… пусть и не долго. Нет, она не собиралась по ним плакать, еще чего! Разве они бы плакали по ней, умри она в гетто? Но… блин, но вот просто – умыться и немного побыть в тишине, а?

Закончив с сервировкой, девочка прихватила лично себе запотевшую от холода бутылку какой-то газировки, как раз модной среди молодежи, и аккуратно отошла к стене, садясь прямо на пол и упираясь в ту спиной. Отсюда ей будет удобно и вернуться к столу – что-то кому-то подать, и выйти из каюты за спинами всех… да и вообще – тут она будет видеть все, сама оставаясь почти не заметной. Хватит и того, что она была вынуждена заканчивать сервировку при чужих взглядах – конечно, успеть до появления гостей вот прям все было не реально. Но Лейхен сделала вид, что просто не видит чужаков, слишком занята делом. Только полыхнувшие уши могли выдать, что это не так – но поди разгляди их еще под светлыми прядями волос.
Как и всем, кто уже вошел или только входил в каюту, Лейхен было интересно: что ж такое скажет папаша Харлок? Нет, приблизительно она знала – что-то услышала, о чем-то догадалась, а что-то было и сказано непосредственно ей. Но именно приблизительно. И это напрягало. Обычно Наставник объяснял все ясно, четко, внятно. Ну, то есть, для таких тормозов, как она как раз. Но не сейчас… в ситуации была недоговоренность, запах сложной игры. Многоходовки. Именно такие игры всегда любила мать Лейхен, и потому сама Лейхен никогда не бывала от них в восторге. Игра – это всегда опасность. Особенно если крестовина игры не в твоих руках. Пусть и не тебя дергают за веревочки… вроде бы – не тебя. А там – кто знает? Настороженные круглые кошачьи глаза пристально наблюдали за происходящим и за чужаками. Сама же юная кошка стремилась стать незаметной – еще одна «магия», доступная рысям и каракалам. Не то что они сливались с фоном, нет. Просто… чужой взгляд их как-то обходил. Ну, естественно, если не искал специально.

+4

9

Кракен? Фарэй послал эмпатическую нотку сомнения Беленькому, но без приглашения к мысленному разговору. Рано. Он хотел получить факты. И какие-то из них Драхен (...ну не мило ли, лорд Дракон, и так непритязательно!..) изложит сам. Скорее всего – факты. Достоверные, проверяемые, логичные. Не все, не той логикой, что движет его поступками на самом деле, но вполне пригодные быть принятыми за истину.
Фарэй последний раз послал в руку команду на интенсивное исцеление и отключил локальную болевую передачу. Он оценил изысканный горлодер, извлеченный ради гостей Оллом… А впрочем, нет. Теперь и, вероятно, навсегда – Клеменсом. Да, есть плюсы в контактах с контрабандистами, есть.
Тончайшая нарезка снеди, по сути очень простой, и искусная сервировка столь же простых приборов оттеняла встречу дуэнде, придавала ей утонченный аромат истинной встречи лордов. Фарэй рассеянно глянул вокруг и почти совсем забыл о своем намерении, но старая привычка переговорщика к деталям преодолела очаровательную магию малышки-Каракала.
«Спасибо, юная леди», – учтиво послал Фарэй мыслеимпульс. – «Вы истинная хозяйка этого маленького торжества».
Торжества. Бесспорно. Они – так или иначе, вне Амриты, живы и в некотором допущении – свободны.
Фарэй принял бокал коферума, с полной сосредоточенностью вобрал его аромат всеми органами чувств, фиксируя в памяти миг наслаждения. Мир подождет, а миг радости останется с ним.
Отодвинув от стола стул так, чтобы удобно расположиться, Фарэй подождал, пока Дракон подаст пример, по праву хозяина застолья, и взял с тарелки восхитительный рулетик.
Дракон, Каракал, Сова, Тигр, два Леопарда, – констатировал он очевидное вслух. – Неплохо, для начала.
«...и в присутствие приближенного к Императору союзника обеих сторон, к тому же Белого».
Эту мысль Фарэй не стал озвучивать. Наверняка Клеменс учел такой нюанс.

Отредактировано Люций Фарэй (Сегодня 17:51:29)

+5

10

Хм. Даже имя корабля странным образом укладывалось в стандартную, если не сказать стереотипную, романтично-пиратскую схему. Пусть не имя потерянной\погибшей возлюбленной, а имя дочери – тоже ведь сентиментально почти до слащавости. Да и дочь, в той ситуации, в какой оказались оба представителя семьи Амат, с полным основанием можно было считать потерянной, – именно этому Дейланн (это имя стало все-таки более привычным) слегка улыбался – нельзя было не оценить иронию момента. – Во всяком случае, до нынешнего, для обоих, вероятно, знаменательного дня. Уж больно было похоже на то, что леди Аноис о внезапном прибытии блудного папеньки ни сном, что называется, ни духом. Конечно, все дуэнде актеры и притворщики от природы, однако так эпично запороть сватовство дочери… – лорд Камо свернул в нужный коридор, согласно впечатанной во внутреннее зрение схеме расположения помещений с указателем и крестиком на месте капитанской каюты. – Собственно, чем не цель? Выглядит, конечно, мелковато, но и ради меньшего войны затевались… даже не только у дуэнде.
…но это если не учитывать того, что этот брак, как бы ни была, по слухам, строптива леди Аноис, (и опять же, по слухам, весьма вероятная лэри) до крайности выгоден Змеям. А настолько подгадить собственному клану едва ли способны и дочь, и отец, лэрд, как-никак, пусть и бывший.
Да, флот решает многое, мой лорд, – входя в каюту, господин ксенопсихолог с профессиональной мягкостью улыбнулся. – Но, вероятно, не все?
…у Фламинго тоже был славный флот, у Горностаев, вымерших в этом уже десятилетии, у… Драконов?.. – правда нестерпимо горчила, и даже мысленная интонация осталась оборванной, потому что деловитый танец снующей челноком по покоям лорда маленькой хозяйки завершился, и его результат являл собой иллюстрацию в конце практического занятия по этикету «Как собрать изысканный стол, когда в наличии только фамильная посуда и минимальный запас провизии с вечным сроком хранения».
Моя леди, – учтиво поклонившись девочке, Дейланн не мог не отметить ее старания и умения. – Ваш наставник может по праву вами гордиться. Честь сидеть за таким столом.

+2

11

Клеменс, склонив голову, в упор посмотрел на Лейхен немигающим рептилоидным взглядом. И, без лишних слов, медленно и уверенно положил ладонь на подлокотник кресла, остающегося свободным и расположенным справа от него.
Тут же обратился к Эйо, моментально сняв те барьеры и нюансы внешнего управления, которым тот был подвержен в последнее время: - Ну что же, будущий лэрд клана Змей, позвольте поднять с Вами бокал за удачно осуществленную операцию в истинном духе предков, что даровали нам обряд кражи избранника клана, идущего дорогой, завершающейся супружеским ложем! И одновременно – за окончание прежних Ваших мытарств и огорчений!
Суровый, если не сказать – плотоядный – взор был устремлен к Ольгрейну поверх нарочито медленно поднятого бокала.
- Начало, несомненно, неплохое, уважаемый лорд Фарей. – продолжил Харлок. – Но все же, что бы оно заиграло всеми красками дебюта, придется приложить некоторые усилия… Особенно в сложившейся ситуации. И, что собственно примечательно, на определенном этапе начинающейся игры – совместные, возможно, усилия.
- Впрочем, обращая внимание на нюансы, что окружают пребывание на этом борту столь высокопоставленной и отнюдь не рядовой для Сетха фигуры, - весело подмигнул Клеменс вошедшему, - определенные выгоды из полученного нами положения мы получим. Какими бы гротескно глупыми и предугадываемо простыми они не были.
Фразу про сервировку стола Клеменс благоразумно пропустил мимо ушей.

+3

12

Лейхен сдержанно улыбнулась – чего не сказали слова незнакомого ей представителя кошачьих, то сказала изменчивая музыка его движений и мимики. Ее цель достигнута. И бабушкина, кстати, тоже. Именно матриарх клана Каракалов нещадно гоняла юную степную рысь (а тогда – и вовсе еще ребенка) натаскивая буквально правильно сервировать стол. Даже очень простую еду можно подать так, что у сидящих за столом будет ощущение праздника. Сейчас же Лейхен (по своему личному почину) хотела создать немного иное – ощущение именно торжества. Торжественного приема высоких гостей. Может, из чистого упрямства и в пику харлоковскому «хавчику и бухлу»… А, может, по каким-то иным причнам. Как знать.
О, а вот и второй гость подтвердил - своей цели она достигла. Отлично!
Девочка салютнула в ответ на благодарность открытой газировкой и чуть склонила голову в кивке-поклоне, принимая добрые слова обоих мужчин. Молча. Отвечать, даже мыслями, ей пока не хотелось. Зато все сказанное запоминалось в точности. И про Кракена, и про то, к каким кланам относятся присутствующие – сама она определять кланы вот так, с ходу, не умела.
И тут буквально в висок ей вонзился взгляд Наставника. Ощущение - как от раскаленной спицы, если не хуже. Лейхен замерла, и рывком обернулась. Проследила взглядом за ладонью Харлока и молча заняла указанное место - на кресле рядом. Замирая с прямейшей спиной - но умудряясь при этом создать впечатление некой небрежности позы, свойственной любой кошке.
Он верно угадал - она стремилась к дистанции, памятуя о карцере. Да и перстень, спертый на корабле, жёг карман. В общем, неуютно ей было рядом с драконом... Но - он в своем праве. Что же тут спорить? Остаётся пытаться выглядеть достойно.

+1

13

Сову вело. Конечно, совам не привыкать летать в темноте, в ночном беспросветном лесу, вовремя набирая высоту, снижаясь, чтобы пролететь по-над ветками, виртуозно вовремя, без единого шороха пером, складывая крылья, чтоб скользнуть между сросшимися стволами, и расправляя их вновь для бесшумного, как во сне, парения над серебристой травой в изморози. Примерно так шел Ольгрейн в своей тьме – на звук, на ничтожную искру света… и, кажется, этой свечой за много миль был огненный язычок самой искренней ненависти.
На входе, как раз в яркий, полный уже свет, его отпустило, шатнуло, он оперся ладонью о стену, сбился не только с шага, как та сороконожка, что задумалась, с какой ноги ступать, но и с дыхания. Может быть, и от гнева. Вероятно это он на следующем вдохе и шаге раздул ноздри короткого носа совиного лорда, оглушенного всем – слишком сильными собственными чувствами, запахами сыра, трав и пряностей, освещением, под которое еще не сузились зрачки почти желтых глаз. И словами, ирония которых показалась оскорбительно неуместной.
Мы не на Сетхе, мой лорд, – зло, хоть и негромко напомнил он, вплывая в каюту. – Расовые обычаи имеют смысл лишь там, где создавались. Вы лишили посмертия и Родины четверых ради моего брачного ложа? И после этого сетуете на вымирание собственного рода?
Благосклонности он явно не искал. Да и не верил уже ни во что. Видимо, только фарса он и сам заслужил за двухвековой спектакль. Ну а как еще? Нелепый толстый турист в мятом летнем костюме среди изысканного пира – конечно, фарс, водевиль и оперетта со всамделишными, даже для дуэнде необратимыми смертями. И все-таки… Наверное, чисто на навыках, вбитых бабкой, он занял единственно правильное, свое по церемониалу сватовства место за столом, поднимая бокал в ответ.
Желаю всем процветания. Леди, лорды.

+1

14

Совиная эскапада выглядела неуместно как сам Сова, и это было нормально. В понимании Фарэя, привыкшего к Ольгрейну за все эти сотни лет. Леопард усмехнулся ласково и понимающе, он действительно понимал, хотя, по счастью, не разделял, какие муки переживает Сова с каждой смертью дуэнде в «Амрите». Путеводы-Совы, их участь была сгустком страдания с каждым уходящим вне Сетха.
Ольгрейну придется посетить Сопорис, когда это будет возможным, там его поймут и ему помогут такие же Совы, их поддержка необходима ему как можно скорее.
Фарэй использовал сострадание к собрату по заключению, как прикрытие для мыслей, занимавших его сейчас куда больше. Пока фоном он пережевывал воспоминания «Амриты», пока сочувствовал Ольгрейну, пока уважал юную Каракалочку, пока изумлялся воскрешению Дракона в облике пирата – многопотоковая обработка всего, что он знал, и оценка того огромного, чего еще не знал о современном мире, сплетала в мозгу Леопарда своих «кракенов». Наличие у Дракона пиратского флота. Освобождение Императором нескольких заложников. Репутация дуэндийского штурм-подразделения – и репрессии, какими может обернуться для него нынешняя акция Дракона. Все так же непонятная связь между этой акцией и присутствием Императора на орбите Амадора, случайное совпадение – или?
И, наконец, быть может, самое мучительное и важное. Потери дуэнде и уровень восстановления расы за минувшие двести лет.
Личные, потаенные мысли Фарэя скрывались глубоко под всеми этими. Зэн, пропавший без вести. Лэри, которую он не смел называть по имени даже мысленно все эти двести лет, лишь – «моя Лэри», бесконечно любимая и чтимая… бывшая… супруга. Фарэй отличался от большинства дуэнде и тщательно скрывал это отличие – он был однолюбом. Для него была лишь одна Лэри.
Но этим мыслям сейчас не было места, не было времени.
Он поднял бокал, отвечая Ольгрейну лишь этим жестом. После требуемой этикетом паузы, вновь перевел взгляд на Клеменса.
Мои поздравления вашей дочери и вам, лорд Клеменс. Ваше приглашение на маленькое семейное торжество было воистину оригинально, в духе вашего клана. Что вызывает естественную догадку: вы хотите поделиться с нами чем-то, кроме душевного семейного счастья, не так ли? Хотя предлагаю подождать, пока Тигр перестанет скрежетать зубами и перенесет вендетту на лучшее время… Дхаран, ваше здоровье. Уже с нами?

+2

15

В чужом пиру похмелье – кажется, так это называется? Ощущение собственной неуместности здесь, точнее, не найденности собственного места в этом секторе пространства на этом отрезке времени, не покидала. А раз неизвестны они, непонятна и желаемая от него роль в этом спектакле, и оптимальная линия поведения. Конечно, можно было выстроить свою, исходя из собственных интересов, но, опять же, для того неплохо бы понять, в чем же они сейчас состоят, согласно существующему положению вещей и с учетом целей присутствующих здесь. Это лорд Фарэй, черный, со всем нажитым опытом, которого у него на четыре века больше, (как и нахрапистости – черная же ветвь клана), мог вот так запросто делать, что считал нужным и занимать место, которое счел для себя не только подобающим по рангу и статусу, но и удобным, приятным лично себе во всех отношениях. Воспитаннику же его скромному, оторванному от корней, но с почтением и желанием вновь к ним прильнувшему, полагалось пребывать возле наставника и старательно не отсвечивать. Это сложно, когда весь в белом и щиты бликуют морозным льдом, но ведь «сложно» и «невозможно» – понятия совершенно не тождественные, уж лорд Камо это знал как никто со своих тринадцати, а значит, практически всю жизнь.
А за щитами и в учтивом помалкивании в кресле рядом со старшим Леопардом так уместно и даже комфортно воспользоваться временем передышки в сорвавшемся в безумную чехарду мельтешении событий, чтобы обработать результаты уже полученных наблюдений… И получить изрядную порцию новых. Объекты-то попались преинтересные. Сова вот… Действительно ненормальный, и даже не как все Совы, но при том, как ни странно, совершенно по-совиному, объяснимо, наставник это тонко подметил. Дейланн тоже не преминул сочувственно взглянуть и в знак разделения скорби понимающе опустить ресницы – психолог он, или где?
Что совершенно не помешало тоже приподнять бокал и отпить из него, буквально пригубить, поддерживая поздравительный тост, из-под ресниц же наблюдая за юной Степной рысью. Она явно нервничала, хотя для своих лет и положения держалась неплохо. И все же главной фигурой сейчас был господин пират. Вот его и послушаем со всем пиететом.

+1

16

Неуютность – малая из зол, что могла случиться с Лейхен. Клеменс, ровно выверенным в соответствии с традициями четверть поворотом головы и учтивым ее наклоном на пять градусов, безмолвно представил Юнгу собравшимся, как свою воспитанницу. И тут же повернулся к Эйо.
Совенок продолжает пощелкивать клювом? И даже не хочет получить по нему в ответ? Полноте! Можно даже сделать вот так…
- Мы не на Сетхе, - эхом предыдущего вопроса начал Дракон, - Именно поэтому не должны забывать, откуда вышли! Что же до четверых смертей…
Первое обоснование. Как вы могли заметить, свуп – не резиновый, а перегруз при взлете мог привести к тому, что скорости нам не хватило бы и, как предсказуемый результат, сейчас Вы не бросали бы мне обвинительные слова.
Второе обоснование, вытекающее из первого. Если бы мы просто оставили штурмовиков на ВПП Амриты, можете мне подсказать, бывший ее обиталец, что бы с ними случилось, кроме обычного военного трибунала? После подтверждения информации, что налетом руководил бывший глава разведывательно-диверсионных сил клана Драконов? И – по совместительству – бывший такой же обиталец. Не подскажете? Правильно. Вас не было на том уровне, где содержали меня. А с учетом падких до экспериментов над неведомым орионцев, всю группу заперли именно на «моем» уровне. Изучать, пытать, резать… И про них однозначно никто никогда бы не узнал. Такой, честно сказать, фиговенький аналог смерти. Что характерно – тоже без посмертия.
Ну а третье обоснование… Попробуйте на досуге провести на «поводке» группу из четырех дуэнде. Две недели. Без перерывов.
И, кстати, запишите себе в актив, профессиональный плакальщик. Не четыре смерти в этом эпизоде на мне висят. Догадайтесь, в какой отпуск убыл настоящий командир спецназовцев?
Так что, уважаемый и дорогой моему сердцу зятек, не оборионивайтесь! Оно Вам не к лицу. Хватает и того, что Вы безропотно просидели на Амрите, не попытавшись хоть как-то повлиять на ход заточения.
К Вашему сведению, на вымирание собственного года я давно не сетую. Более того – с момента передачи родового перстня моей дочери, клан Драконов перестал существовать официально. На ее пальцах в медпункте, проницательный Вы наш, был именно он.
Присоединившись к тосту, Клеменс пригубил напиток, и утвердительно кивнул Фарею.
- Не мог отказать себе в удовольствии пригласить на свадебный ритуал близкого знакомого! Знаете ли, все эти войны, грабежи приводят к тому, что в нашей жизни начинает не хватать именно таких вот маленьких радостей… - ментальный импульс, посланный Харлоком, разблокировал механизм силков и в данный момент Шангхар мог свободно двигаться. – Не уверен, лорд Фарей, что наш старый знакомый Дхаран может так быстро прийти в себя после такой череды приключений, свалившихся ему на хвост. Дайте же ему освоиться на новом месте!
Что же до Вас, Дейланн, то спешу Вас уверить в самой острой необходимости Вашего пребывания на борту драккара. Надеюсь, средства связи с Солнцеликим у Вас при себе?

+1

17

Лейхен заученным жестом поклонилась присутствующим. Безразлично, зато тщательно - выдерживая предписанный градус, длительность и тд. После чего практически самоустранились, лишь благовоспитанно пила газировку. Маленькими глотками, не переставая держать спину прямо, и не забывая про локти, коих не должно было быть на столе. Правда, наливать напиток в бокал она не стала, прихлебывала прямо из бутылочки. Слушала разговоры, запоминая сказанное почти дословно. Наблюдала из-под полуопущенных (взгляд, типа, долу – как и положено отроку… тьфу.. этой.. как ее… отроковице!) пшеничных ресниц. И только на Сова на миг вскинула глаза – с понимающим сочувствием. Он, единственный, сказал то, что думал. Остальные играли в навязанную Наставником игру, старательно «держа лицо», пряча истинные мысли и чувства. Ей так и чудились роскошные карнавальные маски – причудливо изукрашенные золотом, серебром, жемчугом и драгоценными камнями. Полузвериные, полушутовские. Позвякивали насмешливые бубенчики. Сложные напевы чужих мелодий сливались, переплетались, путались в сознании.
Лейх тряхнула головой, сделала большой глоток колючей от пузырьков газа и совершенно ледяной жидкости. Плевать, из карцера она все равно без серьезной простуды не выйдет. Чуточку раньше, чуточку позже – какая разница? Зато ледяной комок, прокатившись по горлу, помог разогнать подкатывающуюся сонную усталость. Девочка вновь перевела взгляд на полноватого мужчину в светлом костюме. Он, значит, птица… надо запомнить, что Совы не сдержаны и искренни в эмоциях. Смотреть на него было равнозначно отдыху. Его мелодия была ясной и простой, без накруток отзвуков других, скрываемых чувств. Лейхен улыбнулась своим мыслям. Она нашла себе «якорь», что поможет продержаться до конца разговора и последующего за тем наказания. Может быть, она даже немного «потянет» его энергии… девочка не знала – правда ли она берет энергию у других, или это ее такая мысленная игра. Но, если намечала «жертву», чувствовала себя легче.
Информация о перстне поразила ее. Так вот что она сперла? Пальцы невольно скользнули в карман, и перстень занял вновь место на пальце: теперь девочка страшилась его потерять. Только повернула так, чтобы видно было лишь гладкое кольцо - обратная сторона перстня. А сам он скрывался в сжатой левой ладошке.
Снова отпила газировки. Закашлялась. Быстро обернулась на Харлока. И вновь - почти замерла.

0

18

Ольгрейн лишь раз вскинул глаза – когда Дракон заговорил. Что в этом взгляде было? Неприязнь. Острая, неприкрытая неприязнь, совершенно искренняя, скрывать которую лорд Эйо не просто не хотел – нужным не счел. Потому что начинать родство с недопониманий – нехитрое дело, но дурное. Да, так на Сетхе делали часто, но это же не обязательная программа – мягко стелить, но жестко спать потом все века совместных бытностей. Совиный лорд не был строптив, и глуп тоже не был, остывающий уже – действительно остывающий, а не умело прибираемый в душевные закрома – гнев мешался в коротком прямом, том самом исподлобья-яростном взгляде на старшего со вниманием – к старшему же и мудрому. Потому что будь он хоть сто раз своенравен и сумасброден, как все Драконы, ему должны были быть известны и подлинный смысл, и цена того, что он сделал. Совиный долг – напомнить об этом. Просить прощения за то, что он Сова и, единственным в «Амрите», видел таких неприкаянных бедолаг воочию, так же, как сейчас видел гостей за столом? Ради предков!..
Должно быть, Вы правы, мой лорд, – коротко и устало признал Сова. – По-своему. Но даже если Вы не сетуете, мне-то еще размножаться, простите. С Вашей причем дочерью, а предки такие вещи прощают с трудом. – Лейт опустил плечи, не только веки, закончил негромко, оставляя так и нетронутую выпивку. – Надеюсь, из знакомого нам обоим прóклятого рая всех постояльцев отпустят раньше, чем их сведут с ума или выпьют цицимине.
Оли умолк и хмурился, все такой же нелепый и взъерошенный, вовсе не потому, что переваривал обиду – что он, птенец, что ли, безмозглый? Думал он… о своем, о де… о совином: почему ни разу за двести лет не видел тех дьялов, о которых только что говорил лорд Олл. Основных версий навскидку было три: либо тот солгал за-ради самооправдания, либо орионцы сумели как-то убить и души тех, кому не повезло попасть на «те самые уровни», либо… они все-таки нашли себе на Амадоре если не Море, то физическое Озеро душ вроде священного Й`хо Й'иранти.
Но ведь это невозможно?..

0


Вы здесь » Приют странника » Планеты и пространства » ФИО. Драккар «Аноис»