Приют странника

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Приют странника » Будущее » Особенности национальной охоты


Особенности национальной охоты

Сообщений 31 страница 37 из 37

31

[dice=7744-1:6:0:Степень офигения Посла. 1-2 – удалось сохранить контакт с ГОРНом и контратаковать. 3-4 – контакт потерян, Посол обескуражен, контратаки не будет. 5-6 – бессознанка]

Бальдр, вопреки ожиданию ярла, не напал, а начал выводить недавних противников на разговор. Засомневался ли он в своих способностях справиться с двумя или в нем вдруг проснулся голос разума – как знать. Асмунд истолковал это по-своему, моментально включив посольскую привычку переходить от боевых действий к дипломатии, как только это становится возможным. В данном случае это означало только, что стремительного броска из-под руки телохранителя не последовало, однако больше ничего в Лангеланне не поменялось – ни холодный, прищуренный, взгляд, ни отдающий сталью голос.
Поубавь свой гонор и вспомни, кто ты есть. Если честный арий – место твое в общем строю, если же...
В состоянии вотана даже резкий и короткий замах казался плавным движением танца, и Асмунд успел-таки разглядеть летящий к лицу кулак Рагнара и одновременно с этим понять, что собственная рука запаздывает блокировать удар на какую-то сотую или тысячную долю секунды. Единственное, чего понять он не успел – как? почему? – это была именно рука Бриньюльфа, которому к тому моменту он начал доверять чуть ли не больше, чем самому себе. Резкая боль разлилась по лицу одновременно с ослепительной вспышкой, белее царившей вокруг белоснежной равнины, и сразу за этим наступила темнота. Единственная мысль, мелькнувшая напоследок, была о том, что во всей этой картине что-то было нестерпимо неправильным и невозможным – то ли этот самый снег, то ли предательский удар Харальда.

Отредактировано Асмунд Лангеланн (14-09-2018 19:52:33)

+4

32

Но пришла зима, холодны небеса,
Под покровом вьюг пролетает век…

Кажется, навсегда плоть Имира укрыл саван – мягкий, пушистый и смертельно холодный. Кажется, всегда, едва ли не от начала времен, Исгер Лиутрад Аннар Дален шёл по этой бескрайней… почти бескрайней равнине – горы-то, кажется, и совсем не приближались, стояли застывшими серыми валами у самого горизонта. Белесый пар изо рта таял в воздухе, беспощадно отнимая тепло с каждым выдохом. 
И сама уже, словно снег, бела,
Но я буду ждать тебя все равно…

Кто его тут ждет? Кто их ждет? Почему надо идти? Ответы терялись в сияющем мареве, колком от малиновых, зеленых и желтых искр, вспыхивающих в медленном, качающем ритме волн зимнего моря, всплывали из памяти прочно забытыми или никогда никем доселе не выпетыми словами.   
Только белый снег – стал весь белый свет…
Ослепительно сверкающий, он был глубоким и рыхлым от мороза, ноги коченели, Арну казалось, что он бредет по снежной целине мучительно медленно. Или медленным был мир вокруг? Цепочка глубоких вмятин-следов тянулась уже на пол-поля, фигурка легко одетого скальда терялась на нем, наверное… если смотреть с высоты. Но было ли кому оттуда смотреть? Жили ли здесь боги… то есть другие боги, кроме синеликой Хель?
И сама уже, словно смерть, бела,
Но я буду ждать тебя все равно…

Нога снова ушла в сыпучее-белое-смертельно-холодное по колено, Ис моргнул, и за движение века опять все изменилось, будто его перенесло, телепортировало в то место, куда он так трудно и долго брел. Или словно в мгновение ока вокруг него развернули другую панораму. Одни боги знают почему, но он знал, что это не хитровые… вывернутая голограмма, а действительно реальность, что небо, снег, оказавшиеся вдруг куда ближе горы – настоящие. И ярл, Элг и Бальдр – более чем реальны.
Они, в отличие от окружающего …всего, не молчали. Гул их голосов не был ровным, он перебивал, пробивал скачками пиков на шкале несуществующего эквалайзера накатывающие раз за разом строки, хотя звучавшие под этим небесным пологом, почти видимые из-за слетающего с губ пара слова собратьев во плоти Арн различал хуже. Слов опять было слишком много, и это безмерно раздражало Аннара. Ярл (да ярл ли он вправду?..) неуместно-лицемерно-подозрительно-некстати вещал, будто на собрании старейшин, Бальдр огрызался задорно, как мало битый салажонок только из зигогейра, и лишь умница-Рагнар молча сделал неообходимое – развернулся, да заткнул кулаком фонтан красноречия. Сказать, что Исгер это одобрил – все равно, что не сказать ничего, он крепче зажал кровившее плечо, и в наступившей наконец тишине поймал здравую мысль, что коли-ежели господин Лангеланн от мощного хука (вот она, школа Скари, ай, как видна!) рухнул, что твой сноп, значит, никакой он не ящер в обличье. У ГОРНа бы и голова не мотнулась от такого. А раз так…
Элг, Хоук, нам к тем горам надо, – вымолвил Арн хрипло, мотнув светловолосой головой на невысокие и теперь недальние вершины. – Там пещеры могут быть, – ему ли не знать, он в хагалазских подгорных норах два года ныкался. – Да даже если нет – от ветра укроют. Берем ярла – и туда. Здесь околеем все.

Отредактировано Исгер Дален (16-09-2018 00:56:57)

+3

33

Если ты честный арий... – а вот эти слова чуть ли не свели на нет все то, что Асмунд говорил до этого. Уж Бальдр-то знал, что он честный арий, а вот с самим Асмундом надо было разобраться.
А сам ты... – договорить не успел: то, что телохранитель сделал с послом, заставило Бальдра изумлённо поднять брови. Он окончательно переставал понимать, какие фоморы здесь творятся. Вроде же все было логично, если так можно было подумать, но сейчас… Арий тряхнул головой, пытаясь выстроить в голове хотя бы какую-нибудь четкую схему дальнейших действий.
Ясно же, что если посол ещё был готов говорить, то стоящий перед Григом Рагнар был сейчас этакой темной лошадкой. Стало понятно, что драться с ним за посла нет смысла, чтобы там не вопил воитель внутри, желающий хорошей драки. Все-таки слова Асмунда сделали свое дело, заставив усомниться. Слишком уж неожиданно Бальдр оказался в этом месте, о котором были смутные воспоминания. Так же, как и о том, кто представился Исгером. Кстати, а почему тот вроде то рядом, то где-то не здесь?
Снова мотнул головой, избавляясь от жужжания назойливых мыслей, вносящих сумятицу. Кажется, ему сейчас была нужна чёткая команда, что делать, такая чёткая, чтобы он не сомневался, а просто последовал и все.
И что дальше? – спросил он у Рагнара, словно раздумывал, признавать или нет того главным. Но тут появился Исгер, разъясняя, что делать дальше. И с его словами пришло осознание мороза, заставляющегося ежиться от холода. Раньше он не замечался из-за того, что все внимание было на цель, но стоило расстерять внимание, как сразу окружающий мир взял своё.
К горам, так к горам. – Бальдр развернулся было и сделал первые шаги, но что-то заставило обернуться и внимательно посмотреть на Исгера. Те слова про струны не давали покоя. Кровь на плече будоражила, хотелось ещё пустить, но вместо этого Григ оторвал кусок подола, подошёл и криво перевязал рану Исгера.
Идёмте, – он развернулся поспешно, снова сосредотачиваясь на горах. С послом пусть разбирается тот, кто его вырубил.

+2

34

Посол поддавался, счищая с себя, как слои с луковицы, все защитные барьеры, все выдуманные поколениями отрицания, все казавшиеся им непроходимые блокады, обнажая сердцевину созданной расы. Открытое пространство, в котором плавал незавершенный, покореженный имплант. Доверие истинного творения к своему Франкенштейну. Это бы было трогательно до слез, если бы другие творцы были у ариев – чистые, преисполненные всех достоинств, высокодуховные, гуманистичные и благодарные. Но достались им ГОРНы – грязные, преисполненные недостатков, бездуховные, эгоистичные и неблагодарные засранцы. Самое забавное, что высокоморальные, только мораль то у расы специфическая.
И эта нежданная обнаженность еще и усугубилась беспамятством. Вот уж Рагнар удружил, так удружил. Принц аж подавился мгновением сладкой благодарности. Вот уж все благие намерения ведут в ад. Не сложно было понять, какой глубинный мотив дернул руку ария, и впечатал ее в скулу посла. Только эффект это дало совсем неожидаемый. Асмунд стал еще более податливым и покорным ретранслятором. Остатки возможных еще защитных барьеров критичности пали, распахивая девственное поле для программирования.
И ГОРН загрузил. Мощнейшее видение, смывшее своим напряжением, своей наполненностью, целостностью, призывом, кристальной честностью, накалом и катарсисом все снега, окружающие ариев. Раскрытый разум посла сгенерировал в себе и передал пакетом сопереживания и Исгеру, и Бальдру всю картину новой реальности и нового знания.
Молодость Земли, лавовые кратеры, химическая гарь в воздухе, осколки на орбите, впоследствии сросшиеся Луной или выбившие ложа под океаны в теле планеты, черные платформы спекшихся камней, и спускающиеся из красных небес могучие корабли. Асмунд, Исгер и Бальдр стали полностью включены в реальность происходящего. Это они, в воспеваемых теперь только в балладах и закрепленных в легендах только за богами великолепных доспехах, выгружаются на черные камни планеты в строю товарищей. Они чувствуют, знают, понимают все. И что доспехи сверхмощные до волшебности их теперешнего, растерявшего все секреты технологий, восприятия, тогда совершенно обыденны, и в невероятно великолепной чеканке, легкости кевлара, начиненности датчиками, стимуляторами, механикой, позволяют им вершить дела потрясающей мощи. И что бьются они всей армадой за правое дело, дело истины, света, справедливости, а враги их хитры, подлы, зверски жестоки и вероломны. И что возвышающиеся меж их рядами, так же сияющие в великолепных доспехах ГОРНы – умные военачальники, благородные рыцари, великодушные правители.
Тут принц, конечно же, подправил картинку, исказив и адаптировав для большей красоты и мощи воздействия. Подкоректировал внешний вид ГОРНов, сделав его ближе к легендарным богам ариев, а вот мысли тогдашних питомцев не сколько не правил, ведь тогда те реально боготворили, верили и повиновались своим Создателям.
И историю высадки на Землю влил в мозги программируемых – преследуемые многочисленными врагами, те пришли сюда спрятать бесценный артефакт, залог всего лучшего, светлого и процветающего в мире, «грааль» жизни и добра, в общем штуку, не познаваемую простыми ариями, но офигительно важную и серьезную.
А уж дальше действо развернулось по всем законам голливудовского жанра – небеса разверзлись и посыпались корабли врагов – мерзких, безжалостных, пакостных и отвратительных, и завязалась кровавая мясорубка, и бились, и погибали арии, являя чудеса храбрости, искусности, силы и доблести. Но враг теснил их. И тогда благородные ГОРНы сокрыли своими телами артефакт и применили наимощнейшие оружие, прямо армагеддоноподобное, изничтожив и врагов, и себя, похоронив в себе ценность в недрах планеты. А верных ариев последней силой выкинули за пределы атмосферы, позволив спастись вне Земли, перенеся в корабли.
Но не рассчитали ГОРНы вероломство врагов, а те захватили корабли с ариями, пытали и мучали их сутками, неделями, месяцами, переписывая память тех, вливая в разум выживших яд ненависти к Творцам, горькие семена обманной свободы и независимости, стирая всю историю.
И Асмунд, Исгер, Бальдр прожили за мгновения передачи все эти дни мучений и ломки, каждое мгновение, как в реальности. Чтобы впечаталась вся история обмана всей яркостью и истинностью, чтобы Откровение было выстрадано ими и запечатлено.

Только Рагнар избежал этой передачи, остался неперекроенным, и не по небрежности или собственной неподатливости, как он мог посчитать, а для того, чтобы стать врагом, изгоем, силой, с которой бороться, иначе арии бы не приняли новую идею. Вместе с нею был нужен и большой враг, и малый, так уж они были устроены. И возлагалась на плечи умницы Рагнара тяжелая ноша, ноша все помнящей и понимающей Кассандры, которую никто не слушал бы и ненавидел.
Но ясновидцев – впрочем, как и очевидцев -
Во все века сжигали люди на кострах.
(с)
Дарилась ему чаша страданий, непонимания и разъедающее душу осознание обмана. Биться лбом в стену глухоты, убеждать, развенчивать, и не быть понятым и принятым. Тонуть в недоверии и презрении.

Отредактировано Атраморс (30-09-2018 14:28:16)

+4

35

Сайва не шутит. Сайва, приятель, спросит – и надо успеть ответить,
Рагнар о своей особенной стойкости или там избранности не думал вовсе. Может быть потому, что себя-нить-задачу не потерял. И не нужны были ему пещеры. И никакие снега ему были не страшны. А по недосмотру, милости, коварству или же подачкой слабому - того ему было не важно. Обидно, конечно, когда не как с равным, да только арии того равенства в борьбе не знали, кроме одного закона: когда неприятель против тебя воевать пошел, тогда и уравнял себя с тобою. На одну доску поставил. А раз уж ты с ним воевать полез - сам виноват, не говори, что не дюж, а в кузов полезай.
Он вовсе не должен был доказывать, что выживет. Он только обязан был многократно окупить свою жизнь. Арий-вотан не только идет умирать, он идет получать яростное удовольствие от этого процесса. И это удовольствие было на самом кончике пальцев, почти что здесь, так что шагнул Рагнар в белопенную стену вотана с головою не потому, что думал или не думал о чем-то, а потому, что должен был.
Выслушал Исгера, поддерживая оседающего Посла, но не поворачиваясь к товарищам ни боком, ни спиною - самое место для ярла было между спиною рагнаровой и тем самым деревом, - надежное и не дающее врасплох застать, если вдруг ярл снова начнёт чудить.
Сощурился на слова Бальдра, дождался завершения тем движения.
И ударил того. Коротко. Сильно, в самое основание шеи.
Потому что вотан, он не про честь, а про эффективность. Про цену, которую своей Родине отдать надо, раз уж помирать решился.

На возможность заметить то, что Посол очнётся:
[dice=3872-1936-3872-3:6:3:на реакцию на ярла]
На удар Бальдру:
[dice=5808-1936-7744-3:6:3:Бальдру]
На то, чтобы успеть сосредоточиться на действиях Исгера, если они будут:
[dice=5808-1936-11616-3:6:3:защита]

Отредактировано Рагнар Торнбьёрнсен (30-09-2018 15:05:03)

+2

36

Когда кажется, что все стало уже более менее связываться, когда стало понятно, как действовать дальше, снова случилось что-то.
От пришедших в голову картин Бальдр аж застонал, хватаясь за виски и на какое-то время теряясь во времени и пространстве.
Мучительная боль от пыток разлилась от макушки до пяток. Григ не соображал, что все это происходит лишь в его голове. Память заботливо все перенесла и на физическое тело, заставляя изогнуться и взвыть от той боли, которая иллюзорными волнами прошлась по всему телу.
Арий помнил, что от них пытались узнать, где артефакт, но ничего не добились: отдавать ценность, завещанную богами – еретичество, отречение от божеств, за что те никогда не простят.
И новая вспышка боли, такой яркой, такой опасной. И губы искусаны до крови.
Здесь и сейчас не существует белой пустыни. Есть только палачи и длительная, вечная пытка.
Однако, несмотря на то, что разум творил всякую хрень, меняя реальность и понятия, тело ария оказалось натренированней разума, и попыталось уйти от удара Рагнара. Но совсем чуть-чуть запнулось, замедлилось от очередной волны воспоминаний, от того, что мозг считал, что оно сковано, связано и неподвижно. Именно поэтому удар пришелся ровно в висок, спасая Бальдра, накрывая сознание спасительной темнотой, выключая кино и унося измученное сознание из боли в тишину и темноту. Однако, Бальдр, находясь на грани сознания, успевает понять, что он должен найти артефакт. Достать его, и с его помощью отомстить тем, кто заставил его чувствовать себя беспомощным. И тогда боль им покажется сладкой.

[dice=9680-1936-1936-3:6:3:на уворачивание от удара Рагнара]
А потом Григ просто падает в снег, затихая.

Отредактировано Бальдр Григ (21-10-2018 22:18:43)

+3

37

Послу же в этот момент очень хотелось с натужным стоном выдать сакраментальное «Что зааа…?», поскольку прожитая «жизнь» при всей своей мучительной реалистичности с трудом утрамбовывалась в голову. Как они тут оказались? Вроде им удалось сбежать с хорошо охраняемого крейсера… чьего, кстати? Смутный образ врага плыл и менялся, не желая складываться во что-либо вразумительное. И эээ… сколько им в общей сложности лет, если сейчас он с гораздо большей четкостью помнит молодость земли?
Все эти попытки логически упорядочить новые воспоминания были закончились на коротком резком движении Рагнара, которым он свалил Бальдра. Как, почему он был не с ними (ведь он же всегда был с ними, всегда защищал спину Посла), когда успел сменить сторону и успел ли — все это могло и подождать, а вот действовать надо было сейчас, пока ярл окончательно не лишился своей дружины.
Притворяться бессознательным не имело смысла — Бриньюльф  наверняка успел заметить, и Лангеланн поднялся, быстро, насколько смог. Его шатнуло, — ну чтож, пусть так, воспользуемся, пусть Рагнар думает, что Послу куда хуже, чем есть на самом деле. Как бы там ни было, а драться с дроттином насмерть он не собирался — вырубить, скрутить, а там уже разбираться, что к чему и кто на чьей теперь стороне. Еще раз шатнувшись, уже намеренно, ярл замахнулся левой отвлекаюшим движением — снизу и наискось вверх, под подбородок.
[dice=7744-5808-1936-3:6:0:отвлекающая атака]

0


Вы здесь » Приют странника » Будущее » Особенности национальной охоты