Приют странника

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Приют странника » Будущее » Особенности национальной охоты


Особенности национальной охоты

Сообщений 31 страница 47 из 47

31

[dice=7744-1:6:0:Степень офигения Посла. 1-2 – удалось сохранить контакт с ГОРНом и контратаковать. 3-4 – контакт потерян, Посол обескуражен, контратаки не будет. 5-6 – бессознанка]

Бальдр, вопреки ожиданию ярла, не напал, а начал выводить недавних противников на разговор. Засомневался ли он в своих способностях справиться с двумя или в нем вдруг проснулся голос разума – как знать. Асмунд истолковал это по-своему, моментально включив посольскую привычку переходить от боевых действий к дипломатии, как только это становится возможным. В данном случае это означало только, что стремительного броска из-под руки телохранителя не последовало, однако больше ничего в Лангеланне не поменялось – ни холодный, прищуренный, взгляд, ни отдающий сталью голос.
Поубавь свой гонор и вспомни, кто ты есть. Если честный арий – место твое в общем строю, если же...
В состоянии вотана даже резкий и короткий замах казался плавным движением танца, и Асмунд успел-таки разглядеть летящий к лицу кулак Рагнара и одновременно с этим понять, что собственная рука запаздывает блокировать удар на какую-то сотую или тысячную долю секунды. Единственное, чего понять он не успел – как? почему? – это была именно рука Бриньюльфа, которому к тому моменту он начал доверять чуть ли не больше, чем самому себе. Резкая боль разлилась по лицу одновременно с ослепительной вспышкой, белее царившей вокруг белоснежной равнины, и сразу за этим наступила темнота. Единственная мысль, мелькнувшая напоследок, была о том, что во всей этой картине что-то было нестерпимо неправильным и невозможным – то ли этот самый снег, то ли предательский удар Харальда.

Отредактировано Асмунд Лангеланн (14-09-2018 19:52:33)

+4

32

Но пришла зима, холодны небеса,
Под покровом вьюг пролетает век…

Кажется, навсегда плоть Имира укрыл саван – мягкий, пушистый и смертельно холодный. Кажется, всегда, едва ли не от начала времен, Исгер Лиутрад Аннар Дален шёл по этой бескрайней… почти бескрайней равнине – горы-то, кажется, и совсем не приближались, стояли застывшими серыми валами у самого горизонта. Белесый пар изо рта таял в воздухе, беспощадно отнимая тепло с каждым выдохом. 
И сама уже, словно снег, бела,
Но я буду ждать тебя все равно…

Кто его тут ждет? Кто их ждет? Почему надо идти? Ответы терялись в сияющем мареве, колком от малиновых, зеленых и желтых искр, вспыхивающих в медленном, качающем ритме волн зимнего моря, всплывали из памяти прочно забытыми или никогда никем доселе не выпетыми словами.   
Только белый снег – стал весь белый свет…
Ослепительно сверкающий, он был глубоким и рыхлым от мороза, ноги коченели, Арну казалось, что он бредет по снежной целине мучительно медленно. Или медленным был мир вокруг? Цепочка глубоких вмятин-следов тянулась уже на пол-поля, фигурка легко одетого скальда терялась на нем, наверное… если смотреть с высоты. Но было ли кому оттуда смотреть? Жили ли здесь боги… то есть другие боги, кроме синеликой Хель?
И сама уже, словно смерть, бела,
Но я буду ждать тебя все равно…

Нога снова ушла в сыпучее-белое-смертельно-холодное по колено, Ис моргнул, и за движение века опять все изменилось, будто его перенесло, телепортировало в то место, куда он так трудно и долго брел. Или словно в мгновение ока вокруг него развернули другую панораму. Одни боги знают почему, но он знал, что это не хитровые… вывернутая голограмма, а действительно реальность, что небо, снег, оказавшиеся вдруг куда ближе горы – настоящие. И ярл, Элг и Бальдр – более чем реальны.
Они, в отличие от окружающего …всего, не молчали. Гул их голосов не был ровным, он перебивал, пробивал скачками пиков на шкале несуществующего эквалайзера накатывающие раз за разом строки, хотя звучавшие под этим небесным пологом, почти видимые из-за слетающего с губ пара слова собратьев во плоти Арн различал хуже. Слов опять было слишком много, и это безмерно раздражало Аннара. Ярл (да ярл ли он вправду?..) неуместно-лицемерно-подозрительно-некстати вещал, будто на собрании старейшин, Бальдр огрызался задорно, как мало битый салажонок только из зигогейра, и лишь умница-Рагнар молча сделал неообходимое – развернулся, да заткнул кулаком фонтан красноречия. Сказать, что Исгер это одобрил – все равно, что не сказать ничего, он крепче зажал кровившее плечо, и в наступившей наконец тишине поймал здравую мысль, что коли-ежели господин Лангеланн от мощного хука (вот она, школа Скари, ай, как видна!) рухнул, что твой сноп, значит, никакой он не ящер в обличье. У ГОРНа бы и голова не мотнулась от такого. А раз так…
Элг, Хоук, нам к тем горам надо, – вымолвил Арн хрипло, мотнув светловолосой головой на невысокие и теперь недальние вершины. – Там пещеры могут быть, – ему ли не знать, он в хагалазских подгорных норах два года ныкался. – Да даже если нет – от ветра укроют. Берем ярла – и туда. Здесь околеем все.

Отредактировано Исгер Дален (16-09-2018 00:56:57)

+3

33

Если ты честный арий... – а вот эти слова чуть ли не свели на нет все то, что Асмунд говорил до этого. Уж Бальдр-то знал, что он честный арий, а вот с самим Асмундом надо было разобраться.
А сам ты... – договорить не успел: то, что телохранитель сделал с послом, заставило Бальдра изумлённо поднять брови. Он окончательно переставал понимать, какие фоморы здесь творятся. Вроде же все было логично, если так можно было подумать, но сейчас… Арий тряхнул головой, пытаясь выстроить в голове хотя бы какую-нибудь четкую схему дальнейших действий.
Ясно же, что если посол ещё был готов говорить, то стоящий перед Григом Рагнар был сейчас этакой темной лошадкой. Стало понятно, что драться с ним за посла нет смысла, чтобы там не вопил воитель внутри, желающий хорошей драки. Все-таки слова Асмунда сделали свое дело, заставив усомниться. Слишком уж неожиданно Бальдр оказался в этом месте, о котором были смутные воспоминания. Так же, как и о том, кто представился Исгером. Кстати, а почему тот вроде то рядом, то где-то не здесь?
Снова мотнул головой, избавляясь от жужжания назойливых мыслей, вносящих сумятицу. Кажется, ему сейчас была нужна чёткая команда, что делать, такая чёткая, чтобы он не сомневался, а просто последовал и все.
И что дальше? – спросил он у Рагнара, словно раздумывал, признавать или нет того главным. Но тут появился Исгер, разъясняя, что делать дальше. И с его словами пришло осознание мороза, заставляющегося ежиться от холода. Раньше он не замечался из-за того, что все внимание было на цель, но стоило расстерять внимание, как сразу окружающий мир взял своё.
К горам, так к горам. – Бальдр развернулся было и сделал первые шаги, но что-то заставило обернуться и внимательно посмотреть на Исгера. Те слова про струны не давали покоя. Кровь на плече будоражила, хотелось ещё пустить, но вместо этого Григ оторвал кусок подола, подошёл и криво перевязал рану Исгера.
Идёмте, – он развернулся поспешно, снова сосредотачиваясь на горах. С послом пусть разбирается тот, кто его вырубил.

+2

34

Посол поддавался, счищая с себя, как слои с луковицы, все защитные барьеры, все выдуманные поколениями отрицания, все казавшиеся им непроходимые блокады, обнажая сердцевину созданной расы. Открытое пространство, в котором плавал незавершенный, покореженный имплант. Доверие истинного творения к своему Франкенштейну. Это бы было трогательно до слез, если бы другие творцы были у ариев – чистые, преисполненные всех достоинств, высокодуховные, гуманистичные и благодарные. Но достались им ГОРНы – грязные, преисполненные недостатков, бездуховные, эгоистичные и неблагодарные засранцы. Самое забавное, что высокоморальные, только мораль то у расы специфическая.
И эта нежданная обнаженность еще и усугубилась беспамятством. Вот уж Рагнар удружил, так удружил. Принц аж подавился мгновением сладкой благодарности. Вот уж все благие намерения ведут в ад. Не сложно было понять, какой глубинный мотив дернул руку ария, и впечатал ее в скулу посла. Только эффект это дало совсем неожидаемый. Асмунд стал еще более податливым и покорным ретранслятором. Остатки возможных еще защитных барьеров критичности пали, распахивая девственное поле для программирования.
И ГОРН загрузил. Мощнейшее видение, смывшее своим напряжением, своей наполненностью, целостностью, призывом, кристальной честностью, накалом и катарсисом все снега, окружающие ариев. Раскрытый разум посла сгенерировал в себе и передал пакетом сопереживания и Исгеру, и Бальдру всю картину новой реальности и нового знания.
Молодость Земли, лавовые кратеры, химическая гарь в воздухе, осколки на орбите, впоследствии сросшиеся Луной или выбившие ложа под океаны в теле планеты, черные платформы спекшихся камней, и спускающиеся из красных небес могучие корабли. Асмунд, Исгер и Бальдр стали полностью включены в реальность происходящего. Это они, в воспеваемых теперь только в балладах и закрепленных в легендах только за богами великолепных доспехах, выгружаются на черные камни планеты в строю товарищей. Они чувствуют, знают, понимают все. И что доспехи сверхмощные до волшебности их теперешнего, растерявшего все секреты технологий, восприятия, тогда совершенно обыденны, и в невероятно великолепной чеканке, легкости кевлара, начиненности датчиками, стимуляторами, механикой, позволяют им вершить дела потрясающей мощи. И что бьются они всей армадой за правое дело, дело истины, света, справедливости, а враги их хитры, подлы, зверски жестоки и вероломны. И что возвышающиеся меж их рядами, так же сияющие в великолепных доспехах ГОРНы – умные военачальники, благородные рыцари, великодушные правители.
Тут принц, конечно же, подправил картинку, исказив и адаптировав для большей красоты и мощи воздействия. Подкоректировал внешний вид ГОРНов, сделав его ближе к легендарным богам ариев, а вот мысли тогдашних питомцев не сколько не правил, ведь тогда те реально боготворили, верили и повиновались своим Создателям.
И историю высадки на Землю влил в мозги программируемых – преследуемые многочисленными врагами, те пришли сюда спрятать бесценный артефакт, залог всего лучшего, светлого и процветающего в мире, «грааль» жизни и добра, в общем штуку, не познаваемую простыми ариями, но офигительно важную и серьезную.
А уж дальше действо развернулось по всем законам голливудовского жанра – небеса разверзлись и посыпались корабли врагов – мерзких, безжалостных, пакостных и отвратительных, и завязалась кровавая мясорубка, и бились, и погибали арии, являя чудеса храбрости, искусности, силы и доблести. Но враг теснил их. И тогда благородные ГОРНы сокрыли своими телами артефакт и применили наимощнейшие оружие, прямо армагеддоноподобное, изничтожив и врагов, и себя, похоронив в себе ценность в недрах планеты. А верных ариев последней силой выкинули за пределы атмосферы, позволив спастись вне Земли, перенеся в корабли.
Но не рассчитали ГОРНы вероломство врагов, а те захватили корабли с ариями, пытали и мучали их сутками, неделями, месяцами, переписывая память тех, вливая в разум выживших яд ненависти к Творцам, горькие семена обманной свободы и независимости, стирая всю историю.
И Асмунд, Исгер, Бальдр прожили за мгновения передачи все эти дни мучений и ломки, каждое мгновение, как в реальности. Чтобы впечаталась вся история обмана всей яркостью и истинностью, чтобы Откровение было выстрадано ими и запечатлено.

Только Рагнар избежал этой передачи, остался неперекроенным, и не по небрежности или собственной неподатливости, как он мог посчитать, а для того, чтобы стать врагом, изгоем, силой, с которой бороться, иначе арии бы не приняли новую идею. Вместе с нею был нужен и большой враг, и малый, так уж они были устроены. И возлагалась на плечи умницы Рагнара тяжелая ноша, ноша все помнящей и понимающей Кассандры, которую никто не слушал бы и ненавидел.
Но ясновидцев – впрочем, как и очевидцев -
Во все века сжигали люди на кострах.
(с)
Дарилась ему чаша страданий, непонимания и разъедающее душу осознание обмана. Биться лбом в стену глухоты, убеждать, развенчивать, и не быть понятым и принятым. Тонуть в недоверии и презрении.

Отредактировано Атраморс (30-09-2018 14:28:16)

+4

35

Сайва не шутит. Сайва, приятель, спросит – и надо успеть ответить
Рагнар о своей особенной стойкости или там избранности не думал вовсе. Может быть потому, что себя-нить-задачу не потерял. И не нужны были ему пещеры. И никакие снега ему были не страшны. А по недосмотру, милости, коварству или же подачкой слабому - того ему было не важно. Обидно, конечно, когда не как с равным, да только арии того равенства в борьбе не знали, кроме одного закона: когда неприятель против тебя воевать пошел, тогда и уравнял себя с тобою. На одну доску поставил. А раз уж ты с ним воевать полез - сам виноват, не говори, что не дюж, а в кузов полезай.
Он вовсе не должен был доказывать, что выживет. Он только обязан был многократно окупить свою жизнь. Арий-вотан не только идет умирать, он идет получать яростное удовольствие от этого процесса. И это удовольствие было на самом кончике пальцев, почти что здесь, так что шагнул Рагнар в белопенную стену вотана с головою не потому, что думал или не думал о чем-то, а потому, что должен был.
Выслушал Исгера, поддерживая оседающего Посла, но не поворачиваясь к товарищам ни боком, ни спиною - самое место для ярла было между спиною рагнаровой и тем самым деревом, - надежное и не дающее врасплох застать, если вдруг ярл снова начнёт чудить.
Сощурился на слова Бальдра, дождался завершения тем движения.
И ударил того. Коротко. Сильно, в самое основание шеи.
Потому что вотан, он не про честь, а про эффективность. Про цену, которую своей Родине отдать надо, раз уж помирать решился.

На возможность заметить то, что Посол очнётся:
[dice=3872-1936-3872-3:6:3:на реакцию на ярла]
На удар Бальдру:
[dice=5808-1936-7744-3:6:3:Бальдру]
На то, чтобы успеть сосредоточиться на действиях Исгера, если они будут:
[dice=5808-1936-11616-3:6:3:защита]

Отредактировано Рагнар Торнбьёрнсен (30-09-2018 15:05:03)

+2

36

Когда кажется, что все стало уже более менее связываться, когда стало понятно, как действовать дальше, снова случилось что-то.
От пришедших в голову картин Бальдр аж застонал, хватаясь за виски и на какое-то время теряясь во времени и пространстве.
Мучительная боль от пыток разлилась от макушки до пяток. Григ не соображал, что все это происходит лишь в его голове. Память заботливо все перенесла и на физическое тело, заставляя изогнуться и взвыть от той боли, которая иллюзорными волнами прошлась по всему телу.
Арий помнил, что от них пытались узнать, где артефакт, но ничего не добились: отдавать ценность, завещанную богами – еретичество, отречение от божеств, за что те никогда не простят.
И новая вспышка боли, такой яркой, такой опасной. И губы искусаны до крови.
Здесь и сейчас не существует белой пустыни. Есть только палачи и длительная, вечная пытка.
Однако, несмотря на то, что разум творил всякую хрень, меняя реальность и понятия, тело ария оказалось натренированней разума, и попыталось уйти от удара Рагнара. Но совсем чуть-чуть запнулось, замедлилось от очередной волны воспоминаний, от того, что мозг считал, что оно сковано, связано и неподвижно. Именно поэтому удар пришелся ровно в висок, спасая Бальдра, накрывая сознание спасительной темнотой, выключая кино и унося измученное сознание из боли в тишину и темноту. Однако, Бальдр, находясь на грани сознания, успевает понять, что он должен найти артефакт. Достать его, и с его помощью отомстить тем, кто заставил его чувствовать себя беспомощным. И тогда боль им покажется сладкой.

[dice=9680-1936-1936-3:6:3:на уворачивание от удара Рагнара]
А потом Григ просто падает в снег, затихая.

Отредактировано Бальдр Григ (21-10-2018 22:18:43)

+3

37

Послу же в этот момент очень хотелось с натужным стоном выдать сакраментальное «Что зааа…?», поскольку прожитая «жизнь» при всей своей мучительной реалистичности с трудом утрамбовывалась в голову. Как они тут оказались? Вроде им удалось сбежать с хорошо охраняемого крейсера… чьего, кстати? Смутный образ врага плыл и менялся, не желая складываться во что-либо вразумительное. И эээ… сколько им в общей сложности лет, если сейчас он с гораздо большей четкостью помнит молодость земли?
Все эти попытки логически упорядочить новые воспоминания были закончились на коротком резком движении Рагнара, которым он свалил Бальдра. Как, почему он был не с ними (ведь он же всегда был с ними, всегда защищал спину Посла), когда успел сменить сторону и успел ли — все это могло и подождать, а вот действовать надо было сейчас, пока ярл окончательно не лишился своей дружины.
Притворяться бессознательным не имело смысла — Бриньюльф  наверняка успел заметить, и Лангеланн поднялся, быстро, насколько смог. Его шатнуло, — ну чтож, пусть так, воспользуемся, пусть Рагнар думает, что Послу куда хуже, чем есть на самом деле. Как бы там ни было, а драться с дроттином насмерть он не собирался — вырубить, скрутить, а там уже разбираться, что к чему и кто на чьей теперь стороне. Еще раз шатнувшись, уже намеренно, ярл замахнулся левой отвлекаюшим движением — снизу и наискось вверх, под подбородок.
[dice=7744-5808-1936-3:6:0:отвлекающая атака]

+2

38

Я слышу узких могил, могил вкрадчиво-тихий зов,
Ветра бездомного крик над перекатом валов,
Ветра бездомного дрожь в закатном огне,
Ветра бездомного стук в створы небесных врат,
И адских врат, и гонимых духов жалобы визг и вой...

Боги! – глядя на Бальдра, отрывающего лоскут от форменной футболки с длинными рукавами (только арий на такой фокус способен, плотный трикотаж спортивной формы псевдоволейболиста – это не ситец тебе какой, не холстина даже, хрен его оторвет любой человек голыми руками, без ножниц или хоть ножа, но железные пальцы ария на какие только чудеса не способны), Ис не сразу понял, что товарищ вообще делает, не говоря уж, зачем. Однако Исгер ведь отродясь был тугдумом, что с него взять, и соображал медленно. Зато, зачастую, верно. Может, просто ошибок сделать не успевая – все вокруг менялось быстрее, чем он успевал понять. В бою бы это ни разу не мешало, там все на инстнктах да навыках вбитых, думать не надо, так и эдак некогда мироосмыслением заниматься, пока станешь выстраивать действительность в уме, она тебя испепелит десять раз. Сейчас вот, правда, Арн успел помыслить – на перевязку времени нет, однако ж отпихивать не стал того, кто и чужаком уже вроде как зваться не должен. Раз помогает, стало быть свой.
Сойдет, пошли.
Исгер наконец отпускает собственное, кое-как обмотанное и стянутое тряпкой плечо. Подсыхающая кровь на ладони и пальцах стягивает кожу, надо бы хватнуть пригошню снега, стряхнуть его с перемазаной руки – все почище. Но лучше теплая рука лишнюю пару секунд, чем чистая.
Ветер взвился, хотя только что, миг назад, было тихо, воздух стыл в неподвижности. Холодно. Холодно. От потери крови еще холоднее – озноб просто шкуру сдирает, зубом на зуб не попасть.
Может, и поэтому очередной морок хоть и берет Далена в плен, но не целиком, не в силах он погрузить скальда в себя с головой, по маковку, залить и пропитать приторможенный как бы мозг бравурной симфонией образов, под трубные звуки ветра. Тело, говорят, умнее разума. Правильно говорят, вот сейчас это очевидно – никакие будто бы видные доспехи, явно драгоценные не только роскошеством, не в силах уберечь от стужи.
Ветер пронизывает до костей. Холодно. Холодно. Боги, как холодно, просто как в Ётунхейме… и в тоже время вокруг разворчивается самое настоящее царстве Хель. Красное небо, черные скалы-уступы. Красный берег, черное, как жирная смола, море. Это виделось уже, так же ясно, как сейчас. Две луны, великан, схватка… смерть?.. Тогда не было холодно. Тогда было жарко, сам горел азартом. А сейчас…
Кругом не только битва кипит, вообще огненные багрово-оранжевые реки, разбухающие ползком лавовые вязкие языки, должные пыхать раскаленно, нестерпимо горячо, опаляя лицо, а нет, нет. То есть холод ощущается жаром на мгновения, но аберрация не держится. Оттого и картинка вокруг никак не делается реальностью, остается мороком, чарами, уж точно не добрыми, несмотря на победный, ликующий смысл. А коли не вникается в них так, чтобы всей душой, самозабвенно, радоваться заданию, завоеванию нового мира, близкой, почти-уже-в-руках победе, и поражение, и гнев, и боль – все «вроде наше» только, без кипения собственной страсти.
Будто сон чужой вокруг. Желанный ли, грозный или пугающий… а призрачный равно: вроде и бьешься, и деву любишь, и все всерьез – а на самом деле лежишь колодой под одеялом, сопишь в три дырки. 
Страшно теперь
оглянуться: смотри!
По небу мчатся
багровые тучи;
воинов кровь
окрасила воздух –
Только валькириям
это воспеть!

Все происходит стремительно и в то же время тянется, кажется, веками, застывая в каждом кадре-миге. Секунд пять Арн стоял столбом и видел сразу и сон этот, со сражением, про которое песни не на века, на тысячелетия складывать впору, и явь, как ему мнилось – со снежной равниной… которая смертной равниной для них четверых станет, если грезить о славе и утратах.
Идем! – фантомная боль везде, в каждой части тела, топит настоящую, та незаметна, но перевязанная рука тяжела и будто перевешивает здоровую, сковывает движение, перетягивает торс, оттого Арн промешкал всего на мгновение, не успел – пальцы схватили воздух вместо предплечья нового собрата, который мешком заваливается в снег от пушечного удара в челюсть. – Элг, зачем?..  – клуб выдохнутого пара почти скрывает лицо дроттина.

Отредактировано Исгер Дален (20-11-2018 17:29:26)

+2

39

[dice=3872-1936-1936-3:6:3:на противодействие Послу]

О многом надо сказать. О том, что их тут дурачат. О том, что ему, Рагнару, со стороны заметно, как меняется мотивация иных ариев. О том, что здесь не без ГОРНа. А может, и еще о чём, только Бриньюльф не успевает, развернувшись к ярлу, чтобы того за спину снова задвинуть, чтоб не лез в опасное, чтобы.... Много что. И от того же ярла в челюсть словить. Всерьез, не шутливым размахом, а тем ударом, что дикого кабана на бегу может остановить.
И иногда останавливает, как сейчас вот останавливает Элга.
Зато можно слов не тратить, – успевает подумать Рагнар, когда мир расцветает фейрверками.
С ног Бриньюльфа не валит, только загоняет в защитную стойку, да заставляет назад шаг сделать. Чтоб второй раз быстро не огрести.
Нужно стоять и Рагнар врастает ногами в чужую землю.
Закрывается.

[dice=1936-1936-1936-3:6:3:защита]

Отредактировано Рагнар Торнбьёрнсен (23-12-2018 15:30:06)

+2

40

А ярл и не ожидал, что его отвлекающий удар будет столь удачным и в то же время так не к удаче ему – теперь Рагнар ушел в защиту и скрутить его в одиночку будет труднее. Хотя, почему в одиночку? Что это Арн снова аки Мировой Ясень застыл? Посол нахмурился – вот вечно-то указывать надо, где она, воинская инициатива? – и пока Рагнар отступал в защитную стойку, коротко взглянул на Исгера и так же коротко мотнул головой, мол, обходи сбоку, да и порешим дело. Сам же сделал шаг в другую сторону и тоже в обход — авось, да получится рассредоточить внимание дроттина.
Что ж ты, троллий сын, своих бьешь? – прошипел он, снова подобравшись и осторожно подходя на ту грань, с которой оба они – и Посол, и Рагнар, уже могли достать друг друга ударом. – За какой посул переметнулся? – и с этими словами в груди начала подниматься вполне себе не нешуточная обида и недоумение. – Кого б угодно другого заподозрил, но чтоб ты?…
И следующий выпад получается точно сам собой: куда более прямолинейный и без каверз, но с удвоенной силой.
[dice=3872-3872-7744-3:6:0:атака]

Отредактировано Асмунд Лангеланн (09-01-2019 22:46:05)

+2

41

Боги, да что вообще творится в этом «незнамо где»?! – после вулканически-лавового-победного апокалипсиса с их особо деятельным участием, уже и снежная пустыня начинала мниться мороком. Морозило, правда, неиллюзорно… и голова буквально шла крýгом – до черных мушек перед глазами и дурноты, да оседающий на наст Бальдр тяжел был уж очень рельно, руки оттягивал, вроде бы пустячнаая царапина опять закровила – рукав влажно потеплел.
Значит, они только вчетвером – настоящие, а все что вокруг – обман, навязанная картинка? – тугодум-Арн сейчас соображал еще медленнее, чем всегда, ему то казалось, что он открыл что-то крайне важное для всех, то чудилось, что он уже думал об этом минут пять назад.
Но не вскричал. А надо.
Поймав грозный начальственный взгляд от ярла, Дален нахмурлся. А товарища, что – замерзать бросить, пока у них там борьба арийских мальчиков и молодецкий мордобой, непойми ради чего, зато с ухарской бранью? Исгер цепко схватил привядшего после нокаута забияку-Бальдра за плечи, шумно сопя, попытался вздернуть его на ноги, но от внезапной слабости в коленях сам осел рядом с ним в скрипучую и рассыпчатую, белую до рези в глазах мягкость.
Синева неба стала темной, индигово-неровной, с выжженными будто пятнами, к горлу подкатило – аж до удушья и испарины.
Держать своего, держать той рукой, что цела, пусть она тоже слабая с чего-то, как у дитяти. Но держать, подпирать, не давать заваливаться Григу, упадет – замерзнет. 
И вскричать.
Раненой рукой Ис черпнул пригоршню снега, хапнул его сухим ртом, глотнул пронзительный холод, на несколько мгновений трезвея, коротким выдохом сплюнул-сдул с губ слипшиеся ледяные крупинки, прохрипел:
Не стыдно ли вам? Сами с собой арии мутузятся – в том ли слава, которой мы искали и ждали. Роковое противостояние с ГОРНами у нас, что ж радовать их междоусобицей?
Стало еще темнее, Арн задохнулся, захлебнулся дурнотой, в прорехи неба над ним просачивалась ядовито-муаровая зелень. Кажется, он видел это, уже упав навзничь.

Отредактировано Исгер Дален (24-01-2019 04:16:32)

+1

42

Подозрение, ярл, в тебе прозорливее. Вернее.
Вообще Рагнару разговаривать не хочется. Не той челюстью, что уже отхватила и, того гляди, ещё отхватит. Но молчать если, то действительно всё к драке сведется. Их с ярлом драки, потому как Исгер и тот, второй, уже полеживают, словно на привале, вставать не торопятся. И новый удар Рагнар встречает как должно, а вот сам бить не спешит, не с руки ему эта драка. Не хочет он её, не от скальдических даже исгеровых воззваний, а просто так, сердце не лежит.

[dice=3872-9680-3872-3:6:3:защита на следующий круг]
[dice=1936-7744-5808-3:6:3:хаки наблюдения за павшими собратьями]

Мне славы не надо. У меня одна цель – чтоб ты выжил. А коли для этого стукнуть надо – и впредь стукну.
Ссутулившийся, исподлобья глядящий нордик не шутит, совсем уж явно не шутит и, если надо будет, таки снова стукнет.

+3

43

Да хватит мне уже голову морочить! – возопил Посол.
Противостояние, и правда, приближалось к роковому – вот уже минус два бойца, остались только они с Бриньюльфом, а на чьей стороне кто противостоял, так понятнее и не стало. Слова Исгера явно противоречили осенившему Посла видению, видение противоречило вдолбленным в зигогейре историческим реалиям, а те как-то не особо вязались с услышанным от Принцессы ГОРНов. Из всего этого винегрета могло следовать все, что угодно: что они на стороне ГОРНов, против ГОРНов и даже, что они за одних ГОРНов против других ГОРНов, к чему Посол склонялся, пожалуй, в наибольшей степени.
А ты не льсти мне, не твое это... – буркнул Асмунд недобро глядящему на него скальду. Не столько всерьез, сколько уступая своему желанию поворчать, когда дела шли не так, как ему хотелось. «Вернее»... «прозорливее»... знал бы он, какой у Посла в башке сейчас кавардак! С другой стороны, ситуация пока была не критическая. Рагнар, судя по всему, нападать не собирался, хотя приблизиться к нему хотя бы на шаг Лангеланн сейчас бы не рискнул. Тот новенький пострел, что покушался, как показалось Послу, на его жизнь, был без сознания. Да, Гарм его грызи, все очень даже неплохо шло, если не считать дурного морока и подправленной Брином физиономии. Разве что Исгер подозрительно быстро свалился – это вызывало беспокойство. Асмунд бочком-бочком подошел к нему, краем глаза все еще следя за телохранителем. Коснулся пальцами шеи – дышит, вроде. Оба дышат. Наведенный морок таял, сворачивался и опадал клочьями, открывая взору изрядно помятые кусты и освещенную фонарями беговую дорожку в стороне.
Ох... асы и альвы, ну за что мне это? – Посол поморщился и проморгался, очень надеясь, что уж эта мизансцена будет последней в цепочке, что бы там ее не вызывало – алкогольный бред, горновский гипноз или что-либо еще. Но, по крайней мере, теперь хоть что-то было знакомым и располагающим к более-менее уверенным действиям. А именно, бессознательных сдать на руки Скари, к новичку приставить охрану, самому вернуться в Избу и накатить. Дабы вернуть заигравшийся имплант к его привычному состоянию. А там уж и поразмыслить можно над произошедшим. Может, даже и не в одну голову. Интересно, что на все это скажет Бриньюльф? А пока что...
Вот что я скажу, довольно на сегодня руками сучить. Бери на плечо этого, как его... новобранца. А я потащу Исгера. Тут торчать – только лишние слухи плодить, в Избе разбираться будем, что и как.

Отредактировано Асмунд Лангеланн (30-05-2019 23:13:08)

+3

44

пока медведица ворчит, медвежата могут баловаться
Хватит, так хватит. Рагнар не то чтоб против – разве что тащить носящих этот ГОРНами навеяный морок в Избу не больно-то хочет, но раз старший приказал, так с приказом Харальду не с руки спорить было. Небось знает [уже] ярл, что делает. А вот за что... Ну, это они потом со Скари успеют обсудить – за что.
Иногда Бриньюльф совершенно искренне сожалел, что у них нет такой штуки, как, говорят, у богов есть – чтобы видеть то, кто что видел не так, как сам видишь, а как тот, второй-другой видеть мог. Вроде как его глазами.
То-то бы они сравнили быстро, что на самом деле случилось под этим странным деревом, ГОРНовским когтем меченным – потому что в просто морок Рагнар не очень верил. Совсем то есть не верил, если правду так сказать, – больно уж вразнобой ушли внезапно сотоварищи арии.
Однако спорить сейчас и впрямь не с руки было – руки пригодились для того, чтобы приладить незнакомого ария животом на плечо себе, словно большое коромысло перекинув того через плечо головой и ногами вниз, а задницей, значится, к небесам. От такой ноши Рагнар даже немного распрямился, став ощутимо выше, подпрыгнул, прилаживая ношу поудобнее, а затем и вовсе обхватил ношу-нордика за задницу, чтоб не сползала, и оглянул несколько потоптанный после молодецкой встречи куст. Исгера, еще недавно рассуждавшего о том, в чем же слава нордская, Рагнар послушно оставил ярлу, а значит сейчас, растеряв мигом сосредоточенность и хватку, обманчиво растерянно моргая светлыми ресницами, наблюдал за тем, как именно Трикстер надумает тащить Арна. Не то, чтоб он сомневался в Асмундовой мощи, скорее ему было любопытно, как именно другому удобно решить подобную задачку.
Вдруг научится чему. Полезному.

+3

45

Асмунд же в этом смысле вряд ли мог чем-то удивить – приемы переноса раненных в космофлоте были стандартными, так что он проделал с Исгером почти то же, что Рагнар с новобранцем, разве что не так быстро и ловко. Подтянул обмякшего Арна к себе, подставил плечо под его живот, и распрямился, придеживая его одной рукой за бедро, а второй поймав свисающую за спиной руку. Благо, вотан, еще не отыгравший в крови, помог это сделать без особого труда и даже с некоторым достоинством. Обостренное обоняние уловило при этом запах крови – видать, Далену все-таки досталось, но куда именно, Посол в темноте не разглядел. В любом случае, в Избу надо было поскорее.
Пока они с Брином топали до нее, в груди посла заскребся червячок паранойи: от чего-то казалось, что некто так и сверлит спину взглядом оттуда, из кустов, оставшихся позади. Поэтому Асмунд всю дорогу помалкивал, несмотря на энное количество накопившихся вопросов. В Избе будут разбираться, при свете и выпивке. Но, как только впереди показались ее светящиеся окна, и Лангеланн с облегчением вздохнул, песня вотана быстро и плавно сошла на нет. Ярл почувствовал, что устал, причем быстро и сразу весь. Тело Исгера, отягощавшее правое плечо, перевесило окончательно, в результате Посла повело, и он, вяло ругнувшись, завалился вбок. К счастью мягко, чему способствовал газон и, в немалой степени, бедняга Арн.
Нет, все же отвратительная и жестокая штука – это земное тяготение! Кряхтя и тяжко выдыхая, Асмунд вытащил из-под Исгера руку и перекатился на спину. Чувствовал он себя так, будто старуха Ангброда старательно выстирала его своими крючковатыми руками, а потом еще и отжала, но приказать Стражу вызвать из Избы гордость все ж не позволяла. Не хватало еще перед всей дружиной засвидетельствовать свое бессилие. А тут еще Ис кровью истекает, вот засада!
Я тут подумал, не поменяться ли нам ношей, а, Бриньюльф? – ухмыльнулся ярл. – Оставь мне этого, а сам волоки в Избу Иса – кровью от него разит.

+2

46

Надо было бы ярла плечом подпереть, да Рагнар не успел, только сгрузил к двоим нордикам, из вотана вынырнувшим, третьего, да вдохнул-выдохнул. Его самого так просто уже не попускало и в этом, конечно, кроме самых очевидных последствий, было и определенное преимущество – например, в том, чтоб Исгера теперь взгромоздить на плечо, а подкидыша арийского крепко ухватить за щиколотку.
Пожалуй, обоих возьму, – решает Рагнар, оглядывая хитро ухмыляющегося ярла. А потом в глазах его сразу и вдруг загораются смешливые искры, и Бриньюльф, пряча рождающуюся усмешку, советует вроде как просто так, – а ты пока подыши.
К Избе он, несмотря на ношу на плече и утаскиваемого волоком Бальдра, которого Харальд честно старается головою по камням не бить, он уходит резво и почти что пританцовывая. Скрывать задуманное коварство Рагнар и не думает, просто скрывается в освещенном проеме двери.
Изба затихает настороженно, проглотив трех нордиков, моргает окнами, а затем взрывается хором могучих глоток, словно бы кто-то там забил в этой местной игре с мячом решающий гол.

– Аааааа!

Рождается где-то глубоко внутри, а затем дружина, едва ли не в полном составе, высыпается на крыльцо, замирает, высматривая ярла, а дальше набегает толпою и лавиной, обнимая, толкая, подбрасывая вверх, подхватывая на руки и на руках внося обратно, едва не приложив конунга челом об сруб светлицы.

– Аааааасмунд против ГОРНа дрался!

Качай ярла!

Раздается по окрестностям стоголосое эхо, а в Избе ярл тем временем идёт по рукам, словно братина, собирая радостные тумаки, тычки в плечо, объятия и лобызания.

Отредактировано Рагнар Торнбьёрнсен (26-06-2019 23:47:25)

+2

47

Приходить в себя не хотелось. Хотелось поглубже в темноту, где нет войны и картинок. Но пара случайных столкновений с камушками, да ещё долгое, протяжное, хоровое и такое знакомое «Ааааааа», пробиваются сквозь темноту, упорно зовя в мир.
Парень открывает глаза и смотрит на потолок. Внезапно... Ведь последнее, что помнит – бескрайние снега и... Горы? То место, что когда-то было родиной, но так ли это?.
Толпа рядом шумит, как прибой, вот только Григ слышит его через толщу воды.
И это хорошо. Любой слишком громкий шум спровоцирует в голове лавину. А её очень бы не хотелось. Зато, пока все чем-то заняты, можно попробовать встать.
Его шатает, но все-таки стоять можно. И даже прямо.
Нет палачей, нет белой пустыни, есть только толпа людей, с некоторыми он даже познакомился.
Вот только... только ответов, что с ними случилось, спрашивать не у кого. Разве только слово «ГОРН» отзывается в памяти расплывчатой картинкой.
Что ж, пусть все пока заняты, качают ярла, Бальдр же лучше посидит тихонечко в углу. Пока никто не стал ничего спрашивать.

+1


Вы здесь » Приют странника » Будущее » Особенности национальной охоты