Приют странника

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Приют странника » Былое » Норвегия. 930 гг. Таинственные огни долины Хессдален


Норвегия. 930 гг. Таинственные огни долины Хессдален

Сообщений 1 страница 27 из 27

1

Время действия: 930 гг.
Место действия: Норвегия, Долина Хессдален, территория между будущим поселением Ророс и Тронхейм (более 120 км), тайный склеп.
Действующие лица: Безымянный, Варг Хансен.

о локациях игры

Игра происходит по многим точкам древней Норвегии.
Долина Хессдален - мистическое место, где видят огни и многое сокрыто.
--
Поселение Хессдален - рядом с долиной.
https://soldats.club/wp-content/uploads/2018/06/derevnya-vikingov-_1_.jpg
Будущее поселение Тронхейм - в 120 км.
https://4.bp.blogspot.com/-xzG3sMSbHLg/VGUsXW1CfoI/AAAAAAAATes/hMAz2nJyVLo/s1600/bau_stor.jpg
Территория между и рядом с вышеупомянутыми.

Любопытствующим:
Огни Хессдалена
Полетать над долиной можно тут (долго грузится)

0

2

Сегодня в деревне был небольшой праздник. Приехал купец и мелкие торговцы. Среди них были песняры, говорили, один гадатель тоже где-то бродил вместе с «караваном».
В центре селения на главном тракте расставились люди, бурлила жизнь, насколько это возможно говорить о таком небольшом по меркам людей третьего тысячелетия, поселении.
Кто-то зазывал, показывая диковинку – стекло. Было две маленьких греческих чашки. Дурь, как посчитали местные.
Южанам делать нечего. Лучше б стенки сделали такие, в щели дома вставили, – высказал мысль один.
Есть такое! – многообещающе выдал купец.
Вот что ж вы не привезли?
Люди углубились в рассуждения и рассказы. Было очень интересно, как оно там – далеко отсюда, где почти всегда жара.
Еще парочка молодых, только-только начавшие выходить хоть куда-то после рождения ребенка, углядели среди побрякушек занимательный амулет для ребенка.
Заклинатель, говорят, был сильный. А дядька с потусторонним видом сонно отвечал им, что дитятко в безопасности будет. Он им к завтрему руны вырежет, где надо и какие следует. Сам старикашка походил на дерево, которое ожило и забыло, зачем. Теперь, то ли ведя фотосинтез, то ли засыпая на ходу, мудрец иногда вещал что-то малопонятное, но так серьезно и забубенно, что все даже не злились на него. К тому же, все знали что он дела-то делает. Сказал, когда сажать – все отлично взошло. Сказал, когда поспеет – все тогда и поспело. Сказал – вылечит. Вылечил. А сонливость его – кто их, этих, разберет? Не такой уж у него и был скверный характер. Тут многие заклинатели и жрецы ходили. Некоторые отличались настолько крутым нравом, что даже не понимали многие местные, как те выживали. Нет, ну согласитесь, когда вас обхамили, взяли дико много денег, да еще и в целом смотрят на вас как на говно – мыслишка-то и проскочит. Даже если дела делает, как надо. Все равно. Вот, как раз один из местных кузнецов обсуждал такого вот колдуна, с лаконичными жестами. Бессознательно у него иногда сжимались кулаки и так.
Собственно... сейчас тут было много пестрого народа. Неподалеку уселся на дерево ворон. Каркнул деловито и продолжил с интересом смотреть.
Ребятня убежала носиться – все дела уже сделали.
Наступил небольшой перерыв в делах и рутине. Народ собирался почесать языками да поразвлечься.
[AVA]https://avatars.mds.yandex.net/get-pdb/218133/e5750161-efc3-4da2-b468-532f7875f309/s1200?webp=false[/AVA]

+3

3

Тихий щебет птиц снаружи и, в противовес ему – чье-то омерзительное карканье заставили Варга открыть глаза. Невольно сморщившись, Хансен потер виски и потянулся. Несмотря на такое пробуждение, день обещал быть довольно увлекательным. Не так часто их небольшое поселение посещают торговцы. Можно будет изучить разные диковины, привезенные с дальних берегов. А еще говорят, там и предсказатель будет. Игры разные, лакомства для ребятишек, и прочее. Хотя во всем этот разнообразии Варга интересовал именно предсказатель. Ему, как никогда, необходимо было пообщаться с кем-то более мудрым, почтенным… Получить совет…
Руны уже какой день не показывали ничего определенного. Прочитать можно было лишь нечеткие, размытые картины грядущего будущего. Это было неправильно. Предчувствие надвигающейся беды где-то в глубине души не давало Варгу покоя. Еще его покойный отец говорил: «Неопределенность – это самое страшное зло». Прав был тот или нет, Хансену пока выяснить не довелось, ни с чем подобным он раньше не сталкивался. Да и в древних свитках речь не шла ни о чем конкретном.
Отбросив в сторону медвежью шкуру, Хансен поднялся с лежанки и подошел к грубо сбитому деревянному табурету, на котором стояла бадья с родниковой водой. Умывшись, викинг некоторое время всматривался в свое отражение на водной глади, до тех самых пор, пока оно не исчезло. Разве так бывает? Или это какой-то знак, который Варг по неопытности своей, еще не мог понять?
Хансен вспомнил, как вчера Эрика говорила о том, что над Хессдаленом снова летали странные огни. Яркие настолько, что ослепляло. И, на это раз, они опустились даже ниже, чем обычно. Как говорится, руку протяни, и ты достигнешь недостижимого.
Прошлепав босыми ногами к столу, Варг допил воду из огромной глиняной кружки и потянулся к холщевому мешочку с рунами.
Карканье за окном стало особенно пронзительным, после чего оборвалось на полутоне. Как будто птица отправилась в Хельхейм. Туда, откуда не возвращаются. Совсем нехорошо, совсем. Рука Варга невольно дрогнула и одна из рун выскользнула из неплотно завязанного мешочка, улетев куда-то под лежанку.
Выругавшись, Варг зажег лучину, понимая, что солнечного света, проникающего через щели в бревнах, явно недостаточно. Поиски были недолгими, но символ на руне заставил сердце храброго воина забиться быстрее. «Смерть».
Смерть только ему или всем? Явно грядет что-то страшное. Неужели боги гневаются на них? Может, стоит их задобрить, принеся жертву?
Хансен натянул штаны и рубаху и вышел на улицу, полный решимости найти провидца.
Если бы все было так просто. Люди, уставшие от тяжелого физического труда, вовсю радовались и не упускали случая перекинуться со своим конунгом парой-другой фраз, или же, показать разные диковинки.
Стекло у Варга уже было – дань уважения за определенные заслуги… А вот миниатюрная ударная машина заинтересовала Варга чрезвычайно.
Наши оружейники достигли наивысшего уровня мастерства в изготовлении подобных, – вежливо произнес торговец.
Удержавшись от шутки про игрушки для мальчишек, Хансен повертел деревянную поделку в руках, представляя, как та будет выглядеть в натуральную величину. Различия были, и существенные, в сторону повышения боевой мощи. Возможно, следовало задуматься об улучшении собственных катапульт.
Могу я к вам обратиться? – Варга весьма настойчиво подергали за рукав. – У меня есть кое-что… что вам пригодится.
И что же мне пригодится? – резко переспросил конунг, оборачиваясь.
Узрев перед собой сморщенного, похожего на печеное яблоко старца, он учтиво кивнул, приветствуя и одновременно извиняясь за грубость. Быть непочтительным по отношению к людям, дожившим до глубоких седин, значило проявить неуважение к предкам.
Глаза Варга стали ярче неба в солнечный день, когда он узрел свиток, сжимаемый морщинистыми руками. Он не был предсказателем, но точно знал, что там найдет ответы на некоторые из своих вопросов.

[NIC]Варг Хансен[/NIC]
[STA]Где кончается безумие и начинается реальность?[/STA]
[AVA]https://www.pouted.com/wp-content/uploads/2017/02/platinum-blonde-2.jpg[/AVA]
[SGN]Был он воин и мистик, чудовище и святой, лис и сама воплощенная невинность, меньше, чем бог, но больше, чем человек.[/SGN]

Отредактировано Джереми Самптер (16-05-2019 16:02:24)

+3

4

Кто-то торговал кореньями, кто-то – ягодами. Несколько торговцев с солониной косо поглядывали друг на друга, рождая первые мысли о конкуреции и уникальных торговых предложениях. Шла торговля и праздность по селению – до сенокоса еще оставалось много времени, животных угнали пастухи на пастбища, а каких-то новых дел не предвиделось.
Некоторые зазывали к себе, другие молча стояли, со спокойным видом.
Ворон, сидевший раньше поодаль, подлетел, видимо, осмелев. Птица с интересом наблюдала. Вела себя прилично. Не каркала. Разве что иногда переливалась своим непростительно ярким иссиня-черным оперением. Ворон щелкнул клювом, все-таки каркнул, взлетая ввысь. Конунг вышел из избы, отправляясь на поиски чего-то. Ворон, будто бы наблюдал за ним, иногда направляя голову куда-то еще. Поворачивал ее набок, потом – на другой. Наконец, заметив, что на него слишком много обращают внимания, перелетел на дуб, чтобы его никто не тронул. Священное же дерево. Вот и нефиг. Врановые – умнейшие существа.
Карррр! – выкрикнул ворон и получил грозное шипенье старца. Он тут не был против, просто стоял, отдыхая после прогулки к дому на отшибе. Там его просили руны начертать для скотины. Приплод чтоб побольше был.
Ишь, не балуй! – сказал он, сверкая искорками глаз. Несмотря на возраст, старик был крайне живенький, хоть и безумный видом. Он быстро выхватил взглядом молодого конунга. Присел поближе, на пенек, посматривая на юношу, достал из котомки свиток. Ворон опять каркнул, как-то по-особенному.
Кр, – будто бы одобряя выбор старика.
Да понял уж... – будто бы нехотя сказал дед и, ссутулившись, пошел на перехват.
– Могу я к вам обратиться? – подернув за рукав юношу, спросил он, и добавил: – У меня есть кое-что… Что вам пригодится.
И что же мне пригодится? – резво ответил паренек. И извинился.
Старик расплылся в улыбке. И протянул свиток.
В крайний час севера, когда Луна будет молодой в темном небе, найди то, что искал, – сказал старик пожелание от ворона. Ворон, сидевший на дубе, оказалось, подлетел совсем близко и пристально глядел на Варга. Каркнул тихо, будто бы весело. И сверкнул своими черными глазами.
[AVA]https://pp.userapi.com/c847219/v847219137/215141/4IJRuPBkoI0.jpg[/AVA]

+3

5

Варг замер, широко раскрытыми глазами глядя на старца, и повторил предсказание слово в слово, раскладывая его на части и тут же вникая в суть. Молодая Луна будет через день. Времени остается не так много.
Опомнившись, что выглядит просто неблагодарной скотиной в глазах старца, конунг учтиво поклонился и аккуратно взял свиток.
Двери моего дома всегда открыты для тебя, – учтиво произнес он. – В любое время дня и ночи ты желанный гость.
Поклонившись еще раз, Варг укоризненно покосился на птицу.
Не каркай тут мне, – строго произнес он. – А то накаркаешь еще чего. Знаю я вас, парящих с ветром.
Птица была красива, до такой степени, что Варгу даже захотелось прикоснуться к сияющим на солнце перьям, переливающимся разными оттенками черного. Но Хансен себе этого не позволил – слишком много было народу, слишком… в общем, всего слишком. Да и сам ворон выглядел довольно умным для обычной птицы. Вернув взгляд, конунг отвернулся и, попрощавшись со старцем, спрятал свиток в холщевую сумку. Его он изучит позже – когда утихнут гуляния. Ибо сейчас ему точно не дадут покоя, поднося либо дары, либо заморские диковинки. Да и, несмотря на праздник, было еще достаточно вопросов, требующих вмешательства Хансена. Однако, ничего из этого не помешает ему побродить по ярмарке.
Немного отвлекшись, Варг даже не заметил, куда делся старец. Как будто перешел в другой мир. Хотя с него станется. Ведь сам же нашел Варга, сам отдал свиток и предсказал грядущее. Как будто знал…
Конунг еще некоторое время побродил между рядами, и добравшись до самого последнего, в восхищении замер у загона с лошадьми. Изящный длинноногий жеребец, склонив морду, внимательно смотрел на него шоколадными глазами.
Возьмите, не пожалеете, – обратился к нему торговец. – Этот конь был рожден специально для такого, как вы. Доблестного и могучего воина.
Хансен протянул ладонь и провел ладонью по морде подошедшего к ним ближе жеребца. На ощупь – будто самая мягкая в мире ткань. Варг не знал ее названия, но его, еще будучи ребенком, укутывала в подобную мать в длинные суровые зимы. И ему сразу становилось тепло и уютно.
И что я с ним буду делать? Это животное падет в первую же нашу зиму, просто не переживет холодов. Да и по виду он не очень вынослив.
А вы опробуйте его в деле, конунг. Это животное очень выносливо, и совсем не боится сильных морозов.
Варг задумчиво посмотрел на коня, потом на торговца, потом опять на жеребца. Последний покорно склонил голову и будто бы ждал своего приговора. Определенно, сегодня странный день. Может, не нужно отказываться от того, что само плывет в руки?
– Я согласен, – кивнул Варг, перелезая через ограду раньше, чем торговец успел отворить ворота.
Подхватив повод, он, буквально взлетел на спину жеребца.
Седло… – начал было торговец, но махнул рукой, увидев, как его лучший конь, неся на своей спине конунга Хесдаллена, перемахнул через изгородь и, спустя мгновение уже превратился в черную точку. – Варвары, – тихо, чтобы не услышал никто посторонний, проворчал он. С этих викингов станется и сжечь его за неуважение.
Хансен гнал жеребца так, что ветер в ушах свистел. Деревья проносились мимо с невероятной скоростью. Когда же конь пересек небольшую речушку, поднимая фонтаны брызг и окатывая его с ног до головы, Конунг весело и задорно рассмеялся, на какое-то время почувствовав себя беззаботным мальчишкой, свободным от каких бы то там ни было обязательств.
Жеребец оказался идеально послушным и, по сравнению с привычными для северной земли лошадьми, быстрым. Еще и иноходцем, что считалось большой редкостью. Пожалуй, торговец был прав – этот конь подходил ему идеально. Возвращался Варг уже легкой рысью, постепенно переходя на шаг. Теперь уже можно было не торопиться.
Я назову тебя Тарк, – слезая и оглаживая взмыленный бок жеребца, произнес он, передавая повод конюху.
Конь фыркнул и переступил с ноги на ногу, будто подтверждая свое согласие, что заставило молодого воина улыбнуться. Да что там говорить, он даже не торговался, без разговоров заплатил назначенную цену.
Конунг, – окликнул собиравшегося было уйти Варга торговец. – Лошади этой породы отличаются от остальных тем, что могут спокойно находиться в местах силы.
Варг коротко кивнул, давая понять, что услышал, и быстрым шагом направился к себе. Если торговец говорил правду, то это делало Тарка еще более ценным в глазах Хансена. Как правило, лошади артачились и ни в какую не желали идти в места сосредоточия силы, даже управляемые самыми умелыми всадниками.
Отрезав себе огромный кусок жареного мяса, ломоть хлеба и налив эля, конунг вышел на улицу, прихватив с собой свиток. Устроившись на широкой скамье, он отпил ароматный напиток и тут же усмехнулся, услышав карканье.
Опять ты? – беззлобно проворчал он, отрезая небольшой кусок мяса. – Может, хочешь? – спросил Варг, протягивая лакомство на вытянутой ладони.

+3

6

Ворон послушно следил сегодня за Варгом весь день. Он перелетал с дерева на дерево. И никто не трогал ворона. Ни одно домашнее животное на него не вякало, не порывалось.
Кхрррр! – тихо прошипел черный-черный ворон. Темнело. Он, конечно, хотел. Птица осмелела. Подлетела к Варгу близко-близко. Юноша отщепил кусочек дорогой еды. В глазах будто бы что-то засияло, но это бликовал чей-то костер. Удивительный ворон. Зеркально-чистый. Прямо вот как игрушечный. Но телом был массивен. Он моргнул третьим веком, продолжая свой танец шеей, наклоняя голову в разные бока, разглядывая Варга. Может – влюбился?
Тем временем, к моложавому мужчине подошел кто-то. Тихо-тихо. Ссутуленная фигура распрямилась, когда стала достаточно близко к Варгу.
Открыл свиток? – с интересом или волнением подумал старик. Или даже он был взволнован. Может, опечален.
На самом деле, ворон весь день указывал ему на этого парня. Предсказатель не знал до конца, что им вело. Это ощущение внутри давно преследовало его. И ворон. Всегда. С годами только менялись вороны.
Они всегда со мной, – произнес вдруг старик, скорее озвучивая то, что роилось внутри него, чем иначе. И сделал шаг поближе. Он не напрашивался. Но и не вел себя скромно – его пригласили. Он присел рядом, так как стоять в его возрасте было даже как-то неприлично перед собой.
Следует за мной, или ведет... – отчего-то начал старик. Уже ощущал свой возраст, он видел в молодых людях свое продолжение. Мужчина был какой-то слишком чистый. Обычно, виденные им раньше, были к этому возрасту изрядно истрепанными. Этот был необычен.
Ты умел или удачлив? Твое лицо не носит следов битв, – поинтересовался старик своим собеседником.
[AVA]https://pp.userapi.com/c847219/v847219137/215141/4IJRuPBkoI0.jpg[/AVA]

+3

7

Конунг улыбнулся краем губ, когда ворон взял кусочек мяса.  Неторопливо, чтобы не испугать, он пальцами другой руки провел по спинке, удивляясь гладкости перьев. Великолепная птица. Красивая. И как двигается… А глаза ворона… Просто два бездонных океана, погружаясь в которые, нет никакой надежды выплыть обратно.
Ты ведь непростая птица, да? – ласково спросил Варг. – Совсем непростая…
Скормив ворону еще кусочек мяса, он собирался было открыть свиток, как подошел старец.
Всегда? – эхом отозвался Варг, бросив беглый взгляд на старика. – Возможно ли такое, чтобы ворон вел?
И, переведя взгляд на птицу, он понял, что да. Возможно. Ибо это особенная птица. Неземная даже…
Скорее умен, – пожал плечами конунг. – Да и удача пока идет со мной рядом. Плечом к плечу. Но ты не думай, отец… У меня есть шрамы, пусть лицо ими и не изуродовано. Я доблестный воин.
Хансен замолчал, отрезав себе кусок мяса и медленно его пережевывая. И вдруг спохватился… Негоже такому почтенному старцу доедать за ним.
Подожди, я сейчас, – проговорил конунг и ушел в избу.
Привычное всем мясо, хлеб, эль… Немного поколебавшись, Варг достал с полки сыр, завернутый в холщевую тряпицу и отрезал кусок. Еще яйцо. То, что легче будет жевать.
Раздели со мной стол, – просто произнес Варг, протягивая старику блюдо и кружку с элем.
Не удержавшись, он улыбнулся ворону и перевел серьезный взгляд на прорицателя.
Ты ведь знаешь, да? Знаешь многое… Скажи, как предотвратить смерть? Как избавить от нее собственный народ?
Варг понимал, что задает вопросы, на которые никто не сможет дать однозначного ответа. Эта битва точно не старика, и не его ворона. Только его.
Развернув свиток и машинально откусив от хлеба, конунг с головой погрузился в изучение начертанных там символов.

+3

8

Ар! – выдал ворон, усевшись на крышу дома. Он слегка нахохлился, демонстрируя важность. Себя.
И вот так восседал, пока люди внизу вели вечернюю беседу.
И скромен, – добро подколол старик, пользуясь возрастом и тем, что с такими, как он, никто за шутки ничего не делает. Будь они ровестниками, получил бы ножом в живот, вполне. Или хотя бы оглоблей. – У нас доблесть не шрамом отмеряли, а живыми, вернувшимися, - сказал старик, не назидательно, а скорее делясь особенностями деревень. Мол – в этой соломой крышу стелят, а в той – сеном. Понятно, что смесь так или иначе похожа. А вот разница есть. И только Скульд* покажет её.
Я знаю меньше, чем хочу; больше, чем желаю и столько, сколько пойму, – пространно и таинственно отвечал старик, откусывая еду.
Он поблагодарил мужчину и еще немного пожевал, не слишком спеша. Вечер только начинался, а ворон настойчиво торчал тут, явно указывая, с кем говорить и быть. Он не в первый раз следовал велению этого семейства птиц. Старик ощутил былую в его молодости ноту. Это удивительное ощущение, зовущее, будто сквозь мрак. Кажется, ворон присматривал нового человека.
Неужели его путь окончен? Вдруг стало неприятно. Хотя это ощущение отступило. Внутри было спокойно и радостно. Он видел тысячи судеб. И сейчас, испугавшись, что его нить закончится, вдруг понял всю красоту, с которой Норны плетут, связщывают и отрезают нити. И над его нитью Скульд еще не занесла ножниц. И он будет идти дальше. А вот гостеприимный мужчина...
- Ты внимателен, – выдерживая долгие паузы, чтобы прожевать пищу, отвечал старец. – Твоя судьба сложна, кажется, она на грани.
Но как предотвратить волю сестёр** тебе может открыться. Хоть…
– старик глянул украдкой на ворона. Тот почти крякнул, сверкнув синим в глазах. Этот знак старик знал хорошо. Испытание. Юноше грозило внимание того, что скрывается за чернотой этой птицы. Того, что он не знал, как назвать. Того, кто любил задавать три вопроса. – ...тебе предстоит необычная судьба, – честно сказал он. Расположенный к гостеприимному хозяину, он был благодарен.
Хотел бы я тебе помочь, но не выйдет, – признался он, с некоторой усталостью и грустью.
Но про твой народ отвечу... вскоре.
Отложив пищу, старик уставился вверх, к еще не выглянувшим звездам. Ворон, театрально каркнул, раздражая местных.
В глубине темнеющего неба, появились узоры, видимые лишь старику. Узловатые и злые. Кривые и красные. Синие и витиеватые. Разные и сплетенные. С севера шла волна тишины, в черных тонах. С юга и юго-запада – красная пересекающаяся... угловатая и единая. С востока была тишина, но светлая и глухая. На западе царила брань. Все сплетались, кольцом захватывая и отступая, чтобы схватить опять.
Старик заговорил.
Грядет не лучшее время. Тот, кто отказался от различий, сплотился под одним отцом, бесчинствует и обращает. Это надолго. И они разберут мир на новый лад. Раскроят ткань и сплетут один цвет. Будет долго и медленно все происходить. Но грядет и не остановится. Будет кровь под ногами и кровь на руках. Но будет и благо. Вижу, что в этой песне будет новое начало для тех, кто забыл былое.
Почесав бороду, провидец хмыкнул. Он бы и хотел точнее говорить, но узоры бывали неясны.
Это предсказание длиннее ста лет, – нашелся он. – Мне кажется, тут и вовсе на тысячу лет.
Старик сам удивился масштабу. Вот так ждешь мелочь... ждешь... а тут – нате.
Зло покосившись на ворона, Старик продолжал:
Короче, на твой вопрос ответ простой... – и он вдруг поменялся в лице, голос стал ровным, далеким. – Чтобы задаваться вопросом о себе – нужно быть человеком. Чтобы задаваться вопросом о других – конунгом. Чтобы услышать ответ – нужно прийти. Чтобы ответить – не быть... человеком.
Старик видел какой-то круг.
Вижу круг, кольцо, в которое может войти человек. Но выйти может как человек, так и нет. Туда можно прийти, но человек оттуда может и не выйти. Начертанное высечено, но неопределено. Ты можешь не пойти. Можешь не дойти. Можешь войти. Можешь выйти. Но, если пройдешь – не выйдет человек. А почему, как или где – суть загадки. Решишь – выберешь. Выберешь, когда решишь, но узнаешь, что разгадал загадку – только когда сделаешь выбор.
Глаза, искрящиеся интересом, уставились на Варга. Старику было интересно наблюдать как мужчина среагирует.
А еще интереснее было ворону. Птица, вовсе уселась старику на плечо, делая непростительно похожим на Всеотца. Правда, глаз у провидца было ровно на один больше, чем у Одина.
Еще есть одно. Дважды ты столкнешься с загадкой. Во второй раз так будет, как предсказал. В первый – если разгадаешь, войдешь и сможешь увидеть настоящую загадку. Вот про нее и говорил: как сделаешь выбор, разгадав загадку, тогда только и поймешь, что загадка была. Всё.
И принялся есть дальше, неотрывно следя за конунгом.

___________________________
* Скульд – третья и самая младшая из Норн, отвечает за долг, будущее
**Имеет в виду Норн
[AVA]https://pp.userapi.com/c847219/v847219137/215141/4IJRuPBkoI0.jpg[/AVA]

+4

9

Старик не мешал, и Варг с головой погрузился в изучение начертанного на бересте узора и рун. Для того, чтобы понять некоторые ему не хватило знаний – нужно будет более тщательно изучить древние книги, начертанные то ли жрецами, то ли прорицателями, добытые Хансеном всеми правдами и неправдами около года назад. Он займется этим ночью, чтобы никто не смог помешать. Но и сейчас было понятно, что здесь зашифрована карта. И что-то еще… Вот только что? Этого конунг пока понять не мог.
Место силы… Место куда боятся заезжать даже самые бесстрашные воины. Но воины – самые обычные люди. Варг же обычным не был. Он точно знал, что пойдет туда, чтобы найти ответы. Как-то давно, когда он еще был безусым юнцом, они с отцом посетили подобное место. Глубоко, конечно же, не зашли, но чувство единения с чем-то необычным, непостижимым, огромным по сути своей, осталось. И это чувство юный конунг до сих пор хранил в самом дальнем уголке своего сердца.
Я скромен, да, – улыбнулся Варг, весело сверкнув глазами. – Только вот перед тобой что-то…
Оборвав себя на полуфразе, он устремил взгляд на ворона, любуясь ладной птицей.
И тут же замер, вслушиваясь в слова старика. Конунг знал, что нельзя торопить, что нужно быть терпеливым и ждать… Возможно долго, возможно, что и до утра. Если старец не устанет раньше. Главное – успеть до полной луны. Как оказалось – времени не так уж и много.
Посмотрев на небо, когда старец заговорил снова, и не увидев на нем ничего для себя примечательного, Варг откусил кусочек мяса, просто слушая… Сто лет, тысяча лет – эти числа не говорили ему совершенно ни о чем. Здесь бы год прожить – и ладно… Кровь, переделка мира – так было всегда, и так будет. Касалось ли предсказание конкретно их поселения? Скорее всего, нет…
Нужно прийти, – повторил Варг. – Прийти в место силы, туда, куда указывает карта.
Но как можно не быть человеком? Он же человек… Викинг… Воин.
Конунг призадумался, глубоко так. Неужели там с ним произойдет что-то, что изменит его навсегда? Превратит в неведому тварь, которую все будут сторониться до скончания веков, или же просто сожгут на костре? Да, Варг слышал подобные легенды… Много легенд. О неприкаянных душах, отверженных всеми, о странных порождениях, появляющихся только в то время, когда на Землю спускается туман…

Еще слова, словно тяжелый груз, легли на плечи Варга – по всему выходило, что он должен пожертвовать собой, стать кем-то противным его собственной природе. Что там, в этом круге? Кого он там найдет?
Бесконечное множество вопросов, ни на один из которых нет ответа.
Стоит ли все это того, чтобы узнать, какая именно гибель грядет? У Хансена был только один ответ – однозначно стоило. Он должен спасти поселение даже ценой собственной жизни. Несмотря на явный страх в глазах, Хансен коротко кивнул.
Я готов отправится туда, где найду ответы, – твердо произнес он. – И готов сделать правильный выбор. Тот, который принесет процветание и мир в Хесдаллен. Тот, при котором мои люди будут в безопасности.
Варг не добавил ничего про себя, потому что в его душе поселилась глубокая уверенность, что как раз он в безопасности и не будет. Но это было не важно.
Поднявшись, конунг проводил взглядом ворона, сорвавшегося так резко, будто бы за ним гналась сама Хель. И даже направление полета птицы указывало на то, куда ему предстоит отправиться. Ну что ж, значит, так тому и быть.
Дождавшись, когда старик закончит трапезу, Хансен убрал блюда и кружки.
Если хочешь, можешь разделить со мной и кров, – учтиво предложил он с легким поклоном. – Я буду в избе.
Налив себе еще эля, конунг уселся за стол, обложившись свитками и книгами. Нужно было понять, о чем идет речь в оставшейся части.

+2

10

Старик постоял, глядя на темнеющее небо. Вздохнул. Он чувствовал, что в этой деревне что-то случится. Скоро. Он слышал, как по земле движется что-то. Стало зябко. Ясно было без всяких предсказаний, что пора уходить. Завтра. А пока... неспешно дожевав предложенную пищу, провидец зашел в избу.
Ладная, в целом, даже удобная... Но как юноша в ней сидел и что-то разглядывал – загадка молодости. Старик мельком увидел узоры и, мгновенно поняв их, ужаснулся внутри. Он уже видел эти злые изображения. В круге перед самым концом пути были знакомые ему изогнутые, будто начерченные когтями чудовищ узоры. И все линие были идеальными. Нереальными.
Шумно вдохнул старец и отважился.
Этот язык опасен, конунг, – сказал он. Но понимание было также ясным: не отступит он. Заело парня. Ему бы деву красивую под стать, да детишек, да войско... Эх...
Но вижу, ты не отступишься. Создано это не людьми, не верю что ими. Так и смотри не при людском светиле. Тут не просто так Луна обведена.
Он указал на третий знак, с семиконечной звездой.
Не нравится мне этот Валькнут... Он тут как приманка в ловушке. И убийством грозит и дарами. Но чем именно – не говорят. Красная нить – нить живых. Синяя – мертвых. Цвета Хель.
Но серебро...

Он замолчал, крепко задумавшись, вглядываясь в узоры. Было и самому старику интересно. Но путь его лежал дальше. Ворон, пусть и покинувший его, явно далеко не улетел. Да и не будет он без предупреждения. Не первый он в роду. И не последний. Это он тоже ощущал. Хотя и странно. Что-то в видениях поменялось. Будто рассказчик вдруг увлекся чем-то, и говорил все также складно, но теперь уже не тебе, а кому-то еще. Просто ты – подслушиваешь. Это бы и было неприятно, но самооценкой завышенной старик не страдал. Ворон отучил их от этой дури. И еще в юности его научили старшие что так мыслить – путь к страданию.
И змей. Битва с силами здесь – битва без меча. Так можно, умерев, попасть не в ту часть чертогов, куда следует смелому конунгу, – не удержавшись, еще посокрушался он.
На улице все утихло. Явно наступила ночь окончательно и деревня заснула. Уставшие звуки ночи расцветали. Скоро взойдет яркая Луна. Еще не полнолуние, но завтра будет именно оно. Старик ощутил, как ему пора спать. Уточнил,, где именно, сложил в котомку что-то из мешочков за поясом. Расчесал бороду, волосы дорогим гребнем. Ну не сворует же Варг у него их?
И, довольно скрутившись, вдруг задумчиво нарушил тишину.
А ты сказки знаешь про те узоры на кругах?
И запел тихо, старый мотив (слушайте видео внизу*), традиционный для северян. Только он пел совсем не ее... Старик начал, как обычно, с зазывания, указания, напоминания. И вдруг пошел в неведомую даль... Он рассказывал о том, как давным-давно-подавно, далеко, далече дико, было море многих мыслей. Были нити разных жизней. Были все они едины. Но однажды – расщепились. Кто пошел на север виться, кто-то свился сам на запад. А кому-то даже было, на юга смотаться ниткой. Был и тот, кто на востоке, растянулся под восходом. Были многие там нити. Но одной там не хватало. Было в ней ничто не важно. Но одной там не хватало.
Так, рассыпались вне нити.
И прошел по миру гомон.
Стали расплетать интриги,
Стали заговоры строить,
Стали лежа на покое,
Учинять бесчинства каждый.
Были те, кто посмелее.
Были те, кто осторожней.
Каждый воевал немного.
Но взбесилось море мыслей.
Каждого хватало в волнах,
Каждому нашлась пучина.
Уцелели только дети,
Пуще прочих осторожней.
Были дети те стары все.
Были каждый – бесконечны:
Знать они не знали слова,
Что людей в ночи пугает.
Знать они не знали слова,
Что раздор их успокоит.
И узнать решили тотчас,
Слово то, и то значение,
Что раздор их успокоит,
Восстановит море мыслей.
И пошли искать от центра,
Где какая нить упала.
Кто из них с чем переплелся.
И нашли они без меры
Всех различнейших видений.
Но пошли они и дальше,
Чтобы видеть за пределы.
И нашли они собратьев,
Что искали по-другому.
Каждый из детей Начала,
Записал свое видение.
Записал и не осмыслил:
Как же может быть иначе?
Каждый из детей Начала,
Видел разные виденья.
Кто из уцелевших видел,
Как начнется песнопенье
Кто-то, видел как из сотен,
Миллионы появятся.
Кто-то слышал, как у ветра,
Народиться новый возглас.
А кому-то ощущалось,
Как тепло будет в светиле.
Видели те дети много.
Слышали те дети – больше.
И однажды – записали.
Каждый так, как сам придумал.
Кто пришел сюда – на Север.
А другой – сокрылся в Юге.
Был ли третий – не скажу я,
Не скажу и о четвертом.
Знаю только о двоих я.
Каждый начертал рисунок.
Одному в рисунке важно,
Чтобы дать простор началу.
А другому важно в ночи,
Разглядеть: родит ли дева,
Что зачать не начинала.
Посмотреть, как кошка ходит
Шумной поступью тревоги.
Углядеть, правдиво ль это.
И узрев – не удивиться.
Дети те жестоки были.
И без устали крутились.
Стали больше великанов,
Освещая взглядом небо.
Стали меньше мошки мелкой,
Что над озером летает...

И старик, почти засыпая, сказал:
Нет, не допою всю. Помню, что они стали чертить свои мысли, чтобы собрать все в то, чем было изначально. Но чертили они, для себя. А не людям.
И старик уснул, мирно засопев безо всякого храпа.
А на улице раздался через некоторое время зовуший крик ворона. Он будто информировал: «Взошла Луна».
[AVA]https://pp.userapi.com/c847219/v847219137/215141/4IJRuPBkoI0.jpg[/AVA]

+2

11

Варг допил эль и налил себе еще. Не иначе как с помощью богов, он смог хоть немного, но уловить суть изображения на свитке. Конечно, до полного понимания было еще далеко, но даже и такие крохи могли помочь в самый критический момент.
Не людьми? – Хансен посмотрел на старика. – А кем же? Хотя откуда тебе это знать… Много тех, кто были до нас, много кого будет после нас, как и тех, кто сейчас рядом с нами. И не все они добрые. В этом мире куда больше зла.
Конунг даже и не знал, говорит он все это сам себе, или же старику. Да и не важно это было. Их мир был жесток ко всем без разбору и несправедлив к слабым. И сложно было изменить хоть что-то. Людям это было просто не под силу.
А вот советы старика заинтересовали Варга чрезвычайно. В них был ключ к пониманию. Как и предостережение. Предостережение Варг напрочь проигнорировал. И так было ясно, что он не в гости в дружественное поселение едет. Как там говорится – чему быть, того не миновать. Это значило, что завтра ему предстоит отправиться в путь, желательно тогда, когда солнце будет в зените. Тогда он и на местности успеет осмотреться до темноты, и не придется долго ждать появления ночного светила. Все же неизвестно, как долго людям можно находиться в местах силы и попросту не лишиться рассудка, даже таким, как сам Варг.
Аккуратно сложив книги и убрав свиток в сумку, конунг устроился на кровати, полностью погружаясь в песнь, которую вдруг затянул старик. Многое было ему непонятно, но остальное пробралось в душу и свернулось там тревожным колючим клубком, заставляя чувствовать себя неуютно, неправильно. Значит ли все происходящее то, что свиток попал к нему не случайно? Что это чья-то преднамеренная воля? Злая или добрая, Хансен не знал. Да и вряд ли божественные создания мыслили подобными абстрактными категориями. Но, если как сказал старик, все это чертилось не для людей, то какой в этом всем смысл?
Расспросить прорицателя уже не удалось – старик мирно спал на своей кровати. К самому конунгу сон так и не пришел. Слишком много было мыслей в его голове, слишком громко каркали за окном вороны. Тревожно каркали. Видимо, им тоже не спалось. Покрутившись еще немного, Варг плюнул и, как и был – в одних штанах – вышел наружу.
Легкий ветерок запутался в волосах конунга, ласково ероша и тут же сменил направление, легким касанием тронув листья растущей неподалеку яблони. Тут же в воздух поднялось несколько воронов и, немного покружив, уселись обратно.
Что-то вас слишком много стало, – пробормотал Варг. – Да еще и ночью. Странно.
Небольшой огонек появился над видневшимся вдалеке лесом, а следом за ним и второй. Конунг замер, затаив дыхание. Еще никогда такого не бывало, чтобы огни появлялись две ночи подряд. Все складывалось одно к одному, однозначно указывая на то, что Варг сделал правильный выбор.

+3

12

Тот самый ворон сверкнул чем-то в темноте. Слабый блик от ночного светила был таким же лунным, как серебро. Птица подлетела к мужчине и присела на забор у него. В клюве, как оказалось, ворон что-то держал. При рассмотрении это оказался маленький кристалл, чистый, как вода. Он слабо бликовал. Октаэдр, почти идеальный, слабо отполированный. Ворон подозвал к себе, и дал в руку Варга камень. Посмотрел, словно с интересом, и, раскрыв крылья, взлетел, чтобы опуститься уже на крышу.
Камень был на ощупь тепловатым, хоть и влажным, как топаз.
Ворон, разумеется, каркнул. Поглядел на Луну, словно намекая. И, взмахнув шумно крыльями, улетел опять в сторону склепа. Другие птицы не реагировали, хотя вроде как и были с ним одного вида. Этого ворона прочие старались не замечать. Он был для них чужим.
Так и было, эта птица была крайне необычной. Хорошо, что в те времена не было ученых, а время скроет, какие дивные изменения были проведены с организмом этого пернатого.

Ночь расцветала тьмой, Луна, безобразно яркая, почти слепила. Ее свет касался торса парня, делал рельеф еще четче. Тишина нависла над селением, даже птицы поутихли. Они-то знали, зачем прилетели, и пока время не настало для пира. Падальщики не гнушались прилетать заранее.
В поле, в дне пути отсюда, мирно спал лагерь людей, чьи помыслы раскрывали причину появления стаи врановых. Скоро они приблизятся настолько, что... Варг читал знаки верно. Но Старик не указал ему, почему ранним утром, как просохнет роса, двинется в путь, через леса. Почему Старик выберет самые тернистые и узкие тропки. Почему пойдет дважды по дорогам духов – тропинкам животных в лесу. Старик понимал, что нечто воинственное и опасное приближается к селенью.
Но пока что он спал. Спали почти все. Кроме этого безумного молодого мужчины.
Щеголяющего своим голым торсом по деревне. Драугров он, чтоль, соблазняет? – подумали бы девки, если б не спали мирно по своим домам. Или, может, Варг ищет встречи с потусторонней силой?
Последнее было верно.
Осмелиться ли он?
[AVA]https://i.pinimg.com/originals/1e/4d/85/1e4d85982931ab7b4ca3013e68852809.jpg[/AVA]

+3

13

Варг подошел к ворону, с благоговением принимая дар. Приподняв ладонь, он рассмотрел кристалл. Крайне необычной формы, он, казалось бы, излучал какую-то таинственную энергию.
Конунг аккуратно сжал кристалл и посмотрел прямо в глаза ворону.
Благодарю тебя, – тихо сказал он, посмотрев прямо в глаза птице.
Зачем был нужен подобный дар, Хансен пока не знал. Но был уверен, что рано или поздно решение придет. Проводив ворона взглядом, Варг решил прогуляться по поселению в надежде, что столь желанный сон наконец-то придет к нему. Некоторые жрецы говорили, что ночной воздух этому очень способствует. Но Варгу не помогло и это. Слишком много тревожных мыслей в голове…
Забылся в беспокойном сне юный конунг только под утро, когда Луна уже начала отступать, поддаваясь напору дневного светила. Отступила, но только на время. Скоро придет и ее черед.
Пробуждение было странным… Варг балансировал на грани яви и сновидений. Перед ним одна за другой вставали картины жестокой расправы. Много крови и тела, всюду тела… женщины, старики, дети… И стена огня. Ненасытного, злого, пожирающего все на своем пути.
Конунг резко сел на кровати, свесив ноги вниз. Что это еще такое? Да, он читал руны, знал некромантию, но дар провидения ему был не доступен. В том же, что эти видения скоро воплотятся в реальность, у Варга не было совершенно никаких сомнений.
Старик, – тихо позвал он, поднимая голову и осматриваясь.
На этот раз совет было получить не от кого. Его гость ушел.
Ну да ладно. Знаков было достаточно, и Варг надеялся, что сможет правильно все истолковать.

Сборы были недолгими. Лишь только самое необходимое. Не в длительный поход по чужеземным странам он отправляется, в конце концов. Оседлав Тарка, Варг, подобно ветру, умчался навстречу своей судьбе. Дорога была легкой, будто бы кто специально выстлал ее для конунга, будто бы его ждали там, куда он направлялся. Возможно, так оно и было. Вот только кто его ждал? Или что? Этого Хансен не знал… Пока не знал…

Перед лесом Варг остановился. Спешившись, он раскинул руны, считывая грядущее. По всему выходило, что заходить в место силы было опасно. Будущее самого конунга становилось при этом туманным и неясным. Будто бы его судьба тесно переплетется с чужой. Это было нехорошо… Но Варг впервые в своей жизни проигнорировал подсказку. Взлетев в седло, он медленно тронул поводья, побуждая Тарка двигаться. Жеребец, поначалу заартачившийся было, покорно побрел вперед, лишь все громче фыркая по мере приближения к нужному месту и нервно прядая ушами. Торговец оказался честным до боли. Тарк, несмотря на то, что явно боялся, покорно вошел в место силы и замер, повинуясь команде своего хозяина.
Варг достал карту и внимательно в нее всмотрелся, определяя, куда же дальше ведет его путь. По всему выходило – то, что он ищет, находится в самом центре сосредоточия силы. Ну да и ладно. Путь был неблизкий, и не мешало бы сделать небольшой привал.
Жуя вяленое мясо конунг пытался уловить хоть какой-то звук… шум ветра, голоса птиц и зверей… Но не тут-то было. Вокруг стояла абсолютная, непроницаемая тишина.

+3

14

Так, медленно, вечерело.
Птиц не было, тишина становилась глубже, по мере того, как продвигался человек внутрь. Он шел к старым валунам, шел мимо мха. Вдалеке виднелось то место, куда вела Варга и карта... и судьба? Кто знает. Может быть. Может быть, чья-то злая воля? Судя по затишью и общей волшебно-напряженной атмосфере, местные обитатели замерли в ожидании. Чтобы не спугнуть, не напугать. Или не выдать себя? И если второе предполагает пугливую тайну, то первое...
Оно предполагает, что идет охота. И охотится не конунг, а на конунга.
Ворона нигде не было видно. И не слышно.
Только там, в конце пути, когда он нашел нужную поляну, что-то вроде шелохнулось. Похожее на птицу. Будто она только что взлетела. Наверху колыхалась ветка.
Впереди вроде как что-то виднелось. В овраге и мхе, между деревьев. Там было много травы, кажется, даже камни.

Когда конунг дошел, его взору предстала заброшенная конструкция прошлого. Камни, поглощенные мхом за век, виднелись далеко не все. Конструкция – а это явно была она – казалась покосившейся, но стояла прочно. Камни-мегалиты, малая версия Стоунхенджа, точно не являлись календарем – слишком мало места было. Не было ложбинок, не было камней-указателей. Справа вроде как был вход... Темнота, будоражащая в такой тишине, казалось, обещала что-то. Она звала и манила.
https://pp.userapi.com/c847216/v847216699/20756d/fUOb7f4KUWI.jpg
Внутри, правда ничего особенного-то и не было. Малая комнатушка, наполовину в земле, скупо освещенная через специальные щели. Поросшая растительностью мозаика выцвела частично, но сохранила свое величие. И, занимательное повторение внизу. Пол, на поверку, оказался мощеным. Круги с мелкими насечками.
Мозаика, хоть и блеклая, хоть и в полутьме, содержала круги, как в свитке. В центре – был уже узор с Валькнутом. И два ворона его окружали. У правого – глаз был инкрустирован красным камнем. У левого – синим. Внизу, где сходились крылья, было отверстие странной формы. В круге. Ровно как свитке. Точно такой же узор, только без нитей. И без руны. Как раз там, где сейчас красовалась дыра.
[ava]https://pp.userapi.com/c851420/v851420104/121d0c/8BHN2I6DZS8.jpg[/ava]

+3

15

Уловив краем глаза какое-то движение, Варг вскинулся было, но тут же успокоился, поняв, что обитатели этого странного места ему не угрожают. Пока…
Тишина… давила. Благо Тарк, которому тоже, видимо было не по себе, эпизодически громко ржал и стучал копытом, разбивая звенящий холод на мельчайшие осколки. И Хансен был ему за это благодарен. Так он чувствовал себя живым, все еще самим собой.
Не так много времени прошло, когда конунг достиг-таки своей цели. Стреножив Тарка и разведя небольшой костерок, он сделал факел. Необходимо было более детально рассмотреть вход в пещеру и то, что внутри, до того момента, пока на небосвод не выйдет ночное светило. Он должен был знать, куда ему предстоит отправиться. При дневном же свете все казалось не таким жутким.
Немного потоптавшись у входа, Варг вдохнул полной грудью воздух, пахнущий свежестью, и решительно вошел внутрь.
Свет факела разогнал по углам неясные тени, и конунг замер,  рассматривая небольшую комнатушку. Как оказалось, темнота, сгустившаяся у самого входа, оказалась лишь обманкой. Внутри было гораздо светлее, видимо, из-за специальных щелей, дающих доступ солнечным лучам. Но, даже несмотря на это, факел оказался большим подспорьем. Варг смог хорошенько рассмотреть мозаику. С благоговением прикоснувшись кончиками пальцев к узору, конунг отступил на шаг назад. В голове тут же сложилась цельная картина, и Хансен, достав из небольшого мешочка полученный от ворона кристалл, вставил его в отверстие.
Тихо заскрипела потревоженная человеком дверь и с мучительным стоном открылась.
Эту черноту не смог разогнать даже свет от факела конунга. Абсолютную, непроницаемую… И Варг отступил – ненадолго, до тех самых пор, пока не взойдет Луна. Именно при ее свете он должен будет спуститься.
Когда Хансен вышел наружу, уже вечерело. Оставалось ждать не так уж и долго. Пережить бы только спокойно эти часы. Но молодой мужчина не удостоился этой малой милости. Постепенно лес затянуло белесой дымкой, сомкнувшейся вокруг поляны плотным кольцом. Внутри что-то шевелилось все в той же абсолютной тишине, и можно было рассмотреть очертания каких-то фигур, пока смазанные и нечеткие, но Варг был уверен, что вскорости они станут видимыми даже его человеческому взору.
Крепко сжав рукоять меча, конунг обошел поляну по кругу. Видения обрели более четкие очертания – невероятно красивые мужчины с острыми ушами и копытами вместо ступней, изящные волки, будто бы сотканные из тумана и очаровательная призрачная дева, манящая Варга к себе. И тишина была разрушена нежным девичьим голосом… Язык, на котором пела дева, конунг не знал, но песня так и манила его к себе, будто бы опутывая паутиной. Зачарованный, Хансен сделал первый шаг, и тут будто бы огонь охватил его с ног до головы. Вздрогнув, конунг пришел в себя, отступая.
Ни в коем случае нельзя переступать границу, лесные духи и прочие существа коварны и очень опасны. Варг не обладал достаточным количеством знаний, чтобы справиться с ними, поэтому просто отступил к костру. Фигура, поняв, что добыча ускользнула, раздраженно зашипела и трансформировалось в жуткое нечто, при виде которого воина пробрала дрожь. Ничего подобного в их мире не существовало… Всадник, восседающий на странном звере, больше похожем на умертвие, чем на живое существо… Детальнее Варг рассматривать не стал, боясь растерять всю свою решимость. А что, если там, за дверью, его ждет что-то еще более жуткое? Еще более омерзительное?
Все оставшееся до восхода Луны время конунг просидел у костра, внимательно рассматривая карту и изучая символы. Это помогало отгородиться от шорохов и ворчания, то и дело доносившихся со стороны леса. Варг уже успел было пожалеть о том, что дневная тишина покинула сие скорбное место, как карта вдруг засветилась и взору мужчины предстали светящиеся символы, проявившиеся поверх карты… Варг не знал, как трактуются многие из них, но он точно был уверен в том, что время пришло…
Поднявшись, он успокаивающе похлопал Тарка по крупу.
Я вернусь, – т вердо пообещал он жеребцу. – По крайней мере, постараюсь, - исправился он, развязывая веревки. Во всяком случае, жеребец сможет уйти отсюда, когда наступит рассвет. Обрекать на гибель столь великолепное животное было бы попросту бессердечно. Стреноженным же у него не было никаких шансов уйти от хищников, во множестве водившихся в здешних лесах, если хозяин не вернется.
Отбросив в сторону зажженный было факел – в комнатушке оказалось довольно светло – Варг вошел внутрь. Присмотревшись, он понял, что это светятся глаза двух воронов, нашедших свой приют в дивной красоты мозаике… Но Хансен понимал, что рассматривать диковину нет времени. Решительно подойдя к двери, конунг немного поразглядывал ступени, круто уходящие куда-то вниз, и сделал свой первый шаг в неизвестность.

+3

16

Красивое существо оказывается не тем, чем кажется. Живое – мертвым. Мертвое – живым?
Видения вокруг были и средством проверки намерения и подсказкой.
Темнота, густая, как кисель, окутывала юношу. Шаг. Еще. Он двигался по прямому коридору, Довольно гладкий, он, тем не менее, был наклонным, уходил вниз. Вдали послышался звук капель воды. Легкое гудящее шуршание. Тьма, которая раньше почти пыталась залезть Варгу в голову, пробраться в легкие, войти в каждую его часть, будто бы передумала забирать человека. Расступившись, она показала, что вдали лестница... вниз. Там был виден слабый свет, синий, как лунный.
У лестницы красовался сияющий круг из свитка. Как навигационная точка. Но без второй особенно не понять, куда идти. Координаты хорошо бы строить по двум точкам, так и масштаб будет виден.
Узор на свитке светился и сейчас. Варг был в центре малого круга без узора – сейчас это и стало видно. Серебряная нить шла и дальше, сквозь все, не исчезая. Но ее путь виден только под Луной. Почему? Синяя или красная нити не светились.
То что казалось прекрасным, под Луной окажется уродливым умертвием. Но если – наоборот?
https://pp.userapi.com/c848624/v848624297/19b1bd/AcrHfKq0DD0.jpg
Пещера неожиданно светлела, вместе с очевидной близостью воды. Варг увидел сияние. В нем не было особенной магии, ибо все волшебство заключалось в светлячках. Ну и некоторых светящихся субстанциях. Вода, в идеальной тишине, была идеально гладкой, как зеркало. Прозрачная настолько, что даже в темноте можно было увидеть дно в неглубоких местах.
Но куда же пойти? Налево? Направо? Впереди виднелась только углубление-арка в стене пещеры, ведущая в никуда. Светлячки, тем не менее, явно любили эту стену. Они, как дорогой, концентрировались и копошились там, почти касаясь воды. Или пытаясь утопиться. Внизу что – было не видно. Дно там явно было, по меньшей мере, метра на полтора, если не на все три.
Лишь когда Варг догадался посмотреть карту, он понял, что красная нить пролегала вправо по новому ночному узору кругов с нечитаемыми знаками.
Синяя – шла  налево. Со сталактита над конунгом капнула вода. Просочившаяся сквозь кремниевую породу, она, как по заказу, стукнула в макушку. Символично, хотя и бесполезно.
Даже при свете насекомых, куда вела левая или правая дороги, было совершенно не видно. Чуть ниже что-то блестнуло. Камень, который открыл дверь сверху, каким-то чудом оказался тут. На самом деле он просто прокатился по желобу внутри еще вечером и покорно ждал своего часа. Там же, в нише, как оказалась, была запрятана лодка. С одним веслом, раскрашенным в цвета Хель (половина синяя, половина красная). Цвета были подобраны такие светлые, что хватало света чтобы различить их. При свете Солнца, эта красота бы заиграла омерзительными розово-голубыми полосами... Ух...

Стоило лишь парню коснуться воды, как все переменилось (видео об эффекте).
Воды подземелья демонстрировали то, что позже, через без малого тысячу лет, станут звать биолюминисценция... вокруг руки засияли мельчайшие создания, освещая не только руку, но и дно. Они как цепной реакцией освещали добрый метр вокруг парня мягким светом. Шлейфом они оставляли след за движением руки. Вдали упала капля воды с потолка, и рябь из световых кругов разошлась по водной глади.
Ну что ж... По какому пути пойдет конунг?
[AVA]https://pp.userapi.com/c846018/v846018231/210cac/91chFECvsk0.jpg[/AVA]

+3

17

Варг медленно спускался вниз. Было темно, но не настолько, чтобы мог потребоваться факел. Кроме того – сияющий круг указывал ему направление. Словно путеводная звезда в безлунной ночи, в бесконечной тьме, он манил его своим светом.
Добравшись до самого низа, Варг опустился на одно колено и аккуратно коснулся воды кончиками пальцев. Та моментально засветилась… Создавалось впечатление, что он своей ладонью привел в действие какой-то странный механизм, какую-то магию. Погрузив ладонь глубже, Варг прикрыл глаза. Вода была теплой, манящей, ласковой… Хотелось окунуться в нее с головой, чтобы она смыла все… беспокойство, тревогу, грусть… Очистить тело и душу... Но стоило ли это делать? Воды коварны и непредсказуемы, особенно неизвестные.
Вытащив ладонь, он покосился на светлячков, но они как раз были самым нормальным во всем этом. Видимо, за это и можно будет зацепиться, когда реальность окончательно растворится в происходящем.
Развернув карту, Варг внимательно на нее уставился. Собственно, все уже было и так понятно, без нее. Но он привык все проверять несколько раз. Три пути, и только один правильный, его путь. Конунг не сомневался ни секунды. Он уже все для себя решил. И пусть страшно, но он должен это сделать… должен узнать.
Прихватив кристалл, конунг уселся в лодку. Она была довольно… странной что ли. Ничего подобного Варг никогда раньше не видел. Слишком высокие борта, слишком широкое дно, слишком тяжелая – все слишком. Как будто не из его мира. Кто знает – может так оно и было.  Зато весло… Конунг с благоговением взял его в руки, вознеся мысленные почести самой Хель. К царству мертвых следовало относиться с уважением.
Поначалу было довольно непросто, но Варг все же приноровился, умудряясь по дороге рассмотреть и саму пещеру, и опустить ладонь в воду с совершенно невозмутимым видом наблюдая за тем, как появляется сияние. Это было восхитительно. Сюда стоило возвращаться снова и снова ради одного только этого чуда. Хотя, может магия со временем исчезнет? Угаснет? Этого молодой мужчина не знал.
Сколько он плыл, конунг не знал – вести счет времени в этих стенах было довольно-таки непросто – но его путь был легок. Нужно было лишь следовать знакам, ни на йоту не сворачивая с пути. До самого конца.
Понимая, что обратно тоже нужно будет возвращаться, Варг затащил лодку на более-менее сухое место, и зашел в комнату. Символы, такие же, как и на карте, были повсюду. И еще склеп.
Хансен с шумом выдохнул. Честно говоря, он и сам не знал, что ожидал здесь увидеть. Ну не свиток же, в котором будет записана его дальнейшая судьба и судьба поселения. Это было бы слишком просто.
Знаки были похожи на те, что на карте, но совсем ни о чем не говорили конунгу. Может быть, дело было совсем и не в них. Оставался склеп.
Открыв крышку, Варг от неожиданности подался назад, избегая странной белой пыли, высыпавшейся из усыпальницы. Впрочем, его тревоги оказались напрасными. При более детальном рассмотрении он понял, что это всего лишь соль. Но зачем ее нужно было засыпать в склеп? Или это такой способ сохранить тело усопшего человека? Хансен наморщил лоб. Довольно странный способ.
Подняв наконец взгляд на саму усыпальницу, Варг понял, что не человека. Люди такими не бывают. Нет, странное создание походило на человека, мужчину. Но вот цвет кожи и прочее…  Интересно, как давно он здесь? Скорее всего давно. Вон как высох… Любопытно, мертвый он или живой? Да конечно, мертвый… Разве живые такими бывают?
Завороженный, конунг поднял ладонь и легко коснулся пальцами щеки существа. Непонятное ощущение, но не неприятное. Мертвецы, все же, были иными. И что ему теперь делать? Где искать ответ? Варг тщательно осмотрел склеп  и не нашел ничего такого, что могло бы дать ему ответ. Но он был уверен – отгадка здесь, только он пока не может ее найти, не может увидеть.
Кто же ты такой? – тихо спросил конунг, снова приближаясь к мумии. И замер, увидев, что щека существа сияет.
Восхитительно, – прошептал Варг, понимая, что сейчас он совершит самую кощунственную вещь в своей жизни. Но ему хотелось знать, как это будет ощущаться. Прикоснувшись губами к щеке создания, он тут же отступил. Все было, как он и предположил, а именно «восхитительно».

+3

18

В пещере капала вода. И с открытием склепа вода стала капать сильнее. Будто что-то запустило механизм, призванный размочить высушенное тело в вертикальном склепе.
Капля упала на руку создания и, вопреки здравому смыслу, осталась на коже, сравнительно быстро впитываясь. Иссушенная плоть откликалась едва заметным свечением. Капля за каплей, тело напитывалась влагой, но ничего не менялось.
Существо сделало странное действие. Неожиданное для Талека, который все еще глубоко спал этой частью своей души. Большей частью. Малый кусок души в кристалле, как пусковой механизм, завибрировал, засветился. Он рвался в телу. И сообщал Варгу без слов – приблизь. Притяни. Стоило лишь ему приблизить кристалл достаточно, как он рассыпался в прах, освобождая слабый поток энергии, влетавшей в иссушенные ноздри, пустые глазницы, будто бы вообще без глаз. В уши... в щель рта, образовавшуюся от дегидратации.
Запуск механизма пробуждения сознания состоялся. Корабль, спрятанный здесь же, инициировавший повышение влажности, повысил капель с потолка. Светлячки стали сиять сильнее, как по чьему-то приказу. Света хватало теперь, чтобы разглядеть лицо создания в склепе. Оно было изрисовано каким-то узором, тонкими линиями темного цвета. Узор шел под мантию, был на руках, на шее. Корабль удивленно смотрел сенсорами за этим поцелуем, размышляя над дистанцией между некромантией и некрофилией. Когда Хозяин проснется, он передаст это воспоминание ему. Едва пробуждаясь, лирианцы довольно уязвимы. Варг точно не угрожал ничем. Неподалеку было малое войско, которое также не могло причинить вреда пещере, тягаться с кораблем.
Пробужденный и пугливый вербальный ум
Кто ты?
– Чего ты хочешь?
– Зачем ты здесь?

Три вопроса.
Три голоса.
Три мира.

Пришелец этого не сказал. Слабый голос, незнакомый и неживой. Он звучал то ли в пещере, то ли в голове конунга. И три вопроса будто бы зависли.
Соль под ногами юноши немного хрустела. Ритуал начался.
Юноша хотел отстраниться от... людей? Пока было мало возможности. Помог корабль. Юноша выстроил дистанцию, из-за ранга, из-за прошлого... Что было в прошлом? Кто? Нет, Талек сейчас не мог даже задать этот вопрос кораблю. А корабль не уделял внимание этой ветке мыслей среди энграмм памяти.
Но мужчина хотел также и спасти. Абстрактных близких... подчиненных... Хотел поменять и быть достойным правителем... корабль передавал, что мог пробуждающемуся сознанию пришельца. Неспешному пока что уму. Его едва хватало на что-либо одно.
По пещере отключалось освещение лишних путей. Светлячки перелетали, выстраиваясь по всей протяженности маршрута парня. Он еще мог убежать.

Хотя любопытства, с неожиданной ноткой влечения к мумии, было слишком много, чтобы он убежал даже от полноценного нашествия умертвий. Наверное, даже восставший драугр не остановил бы его. За счет свечения стало видно ровное дно со ступеньками и ровной дорогой. Глубина не обещала быть большей, чем по шею Варгу. Справа была площадка, похожая на большой бассейн. Древнеегипетский символ вечности был не ясен Варгу, хотя свечение у стены с бассейном «ключа перерождения», возрождения, жизни и прочие значения были бы очень кстати. И какой придурок догадался разместить в Норвегии этот знак?
В разуме конунга возникали и исчезали странные картины-видения. Видения далеких звезд. Он видел дальше, чем мог понять. Он видел образы химических реакций. Сияние сжигаемых планет. Взрывы новых звезд и течение времени. Слабо, едва уловимо. Совсем неясные образы, словно слабый дым в темноте, проносились где-то на задворках сознания.
Проносились и увиденные образы с Земли. Пирамиды Египта, мгновения ритуалов, иероглифы. Строение Стоунхенджа, золотые серпы. Нерушимые врата шумеров...
Маленький вулкан. Большой океан... Кристаллы растворяются в воде. Волны истирающие берега за сотни лет. Смешанно, издалека, картины менялись, как полузабытые воспоминания (ссылка на видео-визуализацию на фрагмент 4:20)

+3

19

Варг не двигался, улавливая происходящие изменения – повысилась влажность и, капли воды, до этого лишь лениво стекающие вниз, закапали так часто, что конунгу даже показалось – он попал под сильнейший летний ливень, насланный на него в назидание богами. А может, это существо в усыпальнице и было богом? А Варг своими действиями его оскорбил? И теперь должен понести наказание. Что ж… он был готов, так скоро, как получит ответы.  И если уж его все равно ждет кара, то можно же…
Конуг аккуратно, кончиками пальцев, провел по странным линиям на лице… Странным, но смотревшимся на удивление правильно и коснулся сухих губ. И снова отпрянул, с недоумением оглядевшись.
Кто ты?
Чего ты хочешь?
Зачем ты здесь?
Странное существо не шевелило губами, так откуда голос? Сам Варг так уж точно молчал… Или это все видение? Или же именно то, к чему он стремился столь долго?
Варг выпрямился и, гордо вскинув голову, произнес:
Мое имя Варг, я конунг поселения Хессдаллен и оттуда же родом. Я пришел узнать о своей судьбе и судьбе своего народа. Мои руны предвещают смерть. Так ли это? Могу ли я спасти свой народ?
Ответа не последовало, но конунг его и не ждал, по крайней мере, так сразу. Он чувствовал, что непонятное ему нечто изучает его, присматривается. Неужели ему интересна жизнь какого-то там викинга? Да и как оно может узнать о его жизни. Однако Хансен был уверен, что может, вытащив все до самых мельчайших подробностей. Но если ему нужно, то Варг был не против. Свой страх он оставил за входом в эти чертоги.
И наконец он увидел путь. Первый шаг был осторожным, но более конунг не колебался. Тщательно изучив незнакомый ему знак, он отошел к нише, напоминающей небольшой прудик и коснулся ладонью Анкха – ключа всего сущего – перерождения, жизни…
Как Варг смог удержаться на ногах, когда его голову заполнили видения, он и сам не знал. С широко раскрытыми глазами, погрузившись в глубины своего разума, он смотрел и смотрел. Одно было ему непонятно, другое – пугающе, третье и вовсе заставило его тихо застонать от ужаса и после – восторга. Неужели все это – реально? И чем он удостоился чести видеть подобное величие?
Сменялись эпохи, одна за другой, будто бы ведя обратный отсчет календаря, приближаясь к интересующей конунга точке. Ошеломленный увиденным, Варг машинально водил пальцами по водной глади в неком подобии медитации. О подобной практике он читал в одной из древних книг, привезенных из-за моря.

И вот его поселение. Мирное, никому не желающее зла. Варг будто бы смотрит на все это со стороны и одновременно является участником. Чужое войско, слишком большое, для Варга и его отряда. И нападение – коварное и внезапное, не оставляющее ни единого шанса на спасение. Смерть, разрушение и огонь. Конунг скрипит зубами, в бессильной ярости наблюдая за тем, как гибнут воины, как убивают стариков и насилуют женщин, как сгоняют в клети детей. Он видит собственную смерть…
Очнувшись, Хансен смаргивает раз, другой и четко осознает, что времени мало, что он может не успеть вернуться… Но шанс есть, мизерный, но все же, если их не застанут врасплох. Если они выиграют, тогда он вернется сюда и отдаст долг.
Ты отпустишь меня? – шепчет конунг, и серебряная нить, указывающая направление, становится ответом.
Выбравшись из воды, Варг опускается перед склепом на одно колено.
Я благодарю тебя, – чинно произносит он, наклоняясь к устам существа. И легкое касание губ  скрепляет договор.
Обратный путь ясен и чист. И конунг не тратит много времени на то, чтобы выбраться наружу. Верный Тарк ждет его. И остается только мчаться, мчаться быстрее ветра… Иначе не успеть.
Кажется, даже сами лесные духи готовы в этот момент уступить дорогу юному конунгу.

+3

20

Корабль задумчиво наблюдал эти приставания к Талеку и удивлялся. Он никогда не думал, что лирианец в иссушенном виде может вызывать такое влечение. Будь он ориентирован на секс, как существо, попробовал бы узнать у хозяина приемы для такого... пассивного и эффективного соблазнения.
Когда местный житель ушел достаточно далеко, пещера закрылась. Путь до помещения с отмокающим хозяином перекрыла стена, воссозданная щитом. Теперь, попасть сюда можно было только нырнув в воду, зная маршрут. С интересом отслеживая диспозицию войск, корабль тем не менее заботился о хозяине: он щупами аккуратно извлек его и поместил в бассейн с водой, чтоб тот отмокал, чтобы клетки напитались жидкостью и плоть восстановилась, пока просыпается сознание. Взял пробу ДНК со щеки. Сияющие «лапы» корабля озаряли склеп и узоры символов лирианского и других языков.
Ворон не передавал новых данных, но улетел от Старика, вновь кружа над селением. Стая соплеменников предвкушала пищу.
Сама птица, а точнее, органическое устройство, четко транслировало события.

Пришелец едва коснулся разума человека. Такой пылкий и отгороженный. Его поступки были смелыми, отважными. Брал ответственность на себя, защищал этих существ. Видеть розовокожих и желать их спасать... ценой своей жизни? Ведь конунг понимал, несмотря на свой нрав, что несется в ловушку. Он мог остаться. Он выбрал вернуться человеком. Красный путь.
В целом, как и ожидалось.

Но понимание существовало нерушимо. Это создание все еще может перестать существовать как человек. Генетический анализ показал, что организм вполне пригоден. Для изменения подходил этот сосуд.
Было крайне удобно, что расстояния были малыми в эту эпоху. Эпоха дерева и металла.
Маленькие создания в порыве жадности шли на селение. Отчаянный юноша несся не жалея коня. Неотвратимо, как и многое в их жизни, приближался момент невозврата.
Варг – это всего лишь имя. Набор звуков, которое не отражает ничего, кроме выбора, сделанного до тебя, – отголоском пронеслось в голове конунга.
Конунг – это всего лишь название. Указание, обязанность, долг, – вторил другой голос, пока тот пробирался сквозь чащу.
Хессдален – место твоего рождения. Не более, чем случайность, – отвечал третий.
Кто ты? – спросили трое.
Он желал знания... но действовал так, что желал иного.
Он желал избавления, а несся спасать тех, от кого ушел уже очень давно. Люди – занимательные существа.

А битва приближалась. [AVA]https://avatars.mds.yandex.net/get-pdb/218133/e5750161-efc3-4da2-b468-532f7875f309/s1200?webp=false[/AVA]

+3

21

Варг не жалел ни себя, ни коня. Если он опоздает, уже ничего не будет иметь значения. Но он помнил свое обещание, данное странному созданию и скрепленное поцелуем. И он сделает все, чтобы вернуться. Конунг не привык нарушать данное кому бы то там ни было слово.
Слова раздались в голове конунга не то чтобы совсем уж неожиданно, но заставили его невольно вздрогнуть, наклонившись как можно ближе к шее Тарка.
«Всего лишь имя, всего лишь название, случайность», – повторил Варг. – «Почему случайность? Разве не боги определяют предназначение?»
А если нет? Если все гораздо сложнее, чем представляет себе конунг. Мысль была кощунственной, но после увиденного в пещере, Варг даже не стал заострять на ней особого внимания.
Я человек, – помедлив, пробормотал он. – Самый обычный человек. Но это мы обсудим позже, после битвы.

Время утекало, словно песок сквозь пальцы.  Варг пришпорил коня, уже полностью концентрируясь на текущей задаче. Все остальное – потом.
Весь покрытый пеной Тарк пролетел сквозь въездные ворота, испугав парочку игравших неподалеку ребятишек,  и резко затормозил, повинуясь Хансену.
Эрика ко мне, – резко бросил он паре сидевших на лавке перед избой мужчин, угомонив вставшего на дыбы жеребца. – Срочно.
К избе уже начали подтягиваться любопытствующие. Еще бы, не каждый день конунг носится по поселению, как оглашенный. Значит, пришла беда. Точно беда. Ведь воронье слетелось… Сейчас Варг все скажет…
Конунг? – подошедший ярл учтиво поклонился и вопросительно посмотрел на Хансена.
Грядет битва, большая битва, Эрик, Времени мало. Раздели отряд. Часть воинов пусть уведет женщин, детей и стариков в убежище. Возможно, Хель пощадить их. Всем остальным – подготовить ударные машины, закрыть и усилить въездные ворота, занять позиции на стенах.
Но, Варг, все тихо… Окрестности пус…
Звук хлесткой пощечины оборвал ярла на полуслове и разрядил гнетущую тишину. Не больно, но обидно.
Конунг мигом преобразился – из изящного хрупкого юноши в сурового воина, закаленного множественными походами.
Ты осмелился мне перечить? – сжимая ладонь на эфесе меча, вопросил он. – Я знаю, что будет, я видел это. Видел, что нас ждет, если не поступим так, как я говорю.
Эрик опустился на одно колено и склонил голову, отдавая себя на милость Варга.
Наказание будет потом, как все закончится, – отрезал конунг. – Сейчас каждый человек на счету.

Подготовка была быстрой и успешной. Но бессмысленной. Это Варг понял в ту самую минуту, как только увидел вражеское войско. Им с ними было не тягаться. Слишком мало машин, слишком мало воинов. Но пусть битва состоится… Погибнуть с честью – самый лучший путь для воина.
Конунг – Харлен тронул Варга за плечо. – Мы готовы.
Варг повернулся – и оглядел немолодого уже мужчину с головы до ног. Но ни тени страха не было в его карих глазах. Его люди были готовы стоять до последнего, даже зная, что их ждет верная смерть.
Хансен снял лук с плеча…
Поджигайте, – коротко приказал он, достав стрелу. – И готовьте катапульты. Мы должны причинить как можно больший урон, пока они не приблизились к воротам.
Воины сражались доблестно, как и сам Варг, но их количество было неизмеримо мало. Даже кипящая смола, вылитая со стен, не особо спасла положение. Мощный таран разнес въездные ворота в щепки и чужое войско ворвалось-таки в поселение. Отбросив в сторону уже бесполезный теперь лук, конунг вытащил меч из ножен, бросаясь в самую гущу битвы. Напоследок он успел лишь помолиться богам, чтобы его люди успели добраться до безопасного места. Ведь рабство было куда хуже смерти.
Хансен видел, как падали его люди, иссеченные вражескими булавами и мечами, видел, как поджигали избы… Их теснили все глубже и глубже к центру поселения... Там, где совсем недавно были смех и радость, теперь были только боль и кровь.
Варг держался практически из последних сил. Раны, нанесенные ему врагом, были глубоки, и сквозь них уходила жизнь. Вот уже потемнели всегда ясные глаза… Но сдаться было невозможно…
Клинок к клинку, и противник повержен. Но внимание уже рассеяно… Удар, и конунг медленно оседает на землю…
Прости, я не выполнил своего обещания, – шепчет он, зная, что его услышат, и Варг погружается в спасительную тьму.

+3

22

Безымянный открыл глаза, наливающиеся силой. Со стороны могло бы показаться, что они скорее наполняют глазницы – занимательная физиологическая особенность. Переливы кожи становились отчетливее, но тело еще не полностью напиталось. Он походил на нечто среднее между иссушенным стариком, и тем, каким обычно предстает Библиотекарь перед другими существами. Корабль, молча собирая жидкость и формируя рекреационную область, передавал сигналы. Пора было выступать, иначе тело человека могло не справиться.
Вернее, не так – наступил момент вмешательства. Деревня Хессдален должна и будет сохранена. И другого выхода не было. Огни над долиной у этой деревни не просто так будут сиять тысячи лет.
Недовольно вставая, лирианец в мокрых ритуальных одеждах размышлял о средстве перемещения, и решил обойтись простым путем. Напитавшись от батарей корабля, пришелец вошел в открывающуюся дыру корабля и, без особенных сложностей или задержек, отправился на невидимой глазу людей машине к селению.
Подлетев достаточно близко, приземлился неподалеку и вышел. Все такой же мокрый, ибо в корабле продолжал напитываться, он быстро сох, ибо кожей впитывал влагу похлеще любого осушителя. Легкая капель с мантии, тем не менее, была.
В капюшоне, без маскировки, создание, шагающее неспешно, выглядело зловеще. Неровные длинные края мантии скрывали нечеловеческие ноги. Из капюшона торчали синие уши. Ши-переросток приближался неспешно. Воины со всех сторон оказались в замешательстве. Некоторые грешили на странноватый вкус пива. Некоторые думали, что их настигла злая сила, другие – что это какой-то знак. Битва, уже скорее напоминавшая осаду нескольких домов, замерла. Селяне толком не видели, что стало причиной, но для тех, кто видел – было загадкой будущее. Они не знали, пришел ли это какой-то из служителей потусторонних сил пожинать поверженных или спаситель. Хотя вид существа для землян не казался спасительным.
А существо из другого мира так же размеренно продолжало свое движение. Не сменилось ничего, даже траектория его плавного движения ровно к Варгу, лежащего в центре, на главной «площади», если этот клочок земли можно было так пафосно именовать.
Мантия колыхалась, а кожа с глазами засветились сильнее. Образ полнейшего спокойствия исходил от лирианца.
Дойдя почти до полуживого человека, он не встретил сопротивления. Но люди, поняв, что создание пришло по душу конунга, посчитали его скорее знаком, что эта тварь их, может быть, все же не тронет. Просто оно сейчас по своим делам пришло, сделает, и, если не будут мешать – уйдет. В целом, так и было. Лирианцу почти все равно. Он не видел смысла в этом войске, но видел смысл в селении. Похоже, помимо прочего, Варг питал нездоровую любовь к этим существам.
Лирианец доплыл в полной тишине – даже воронье не каркало – к телу. Склонился над ним, изогнувшись почти в поклоне. И вытащил сознание из мглы, ткнув пальцем в лоб павшего воина. А вместе с тем – поднял и тело в воздух телепатическим захватом. Варг воспарил, приближаясь к невидимому кораблю, открывающему шлюз. Там, поместив человека в регенерационный раствор, корабль подчиняясь замыслу хозяина, начал трансляцию сквозь обшивку. Варгу казалось, что он просто висит в воздухе. Хотя ощущения его ярко передавали чувство, что он весь погружен в воду. Но не задыхается. Утонул, воспарив...
Библиотекарь оглядел каждого, внимательно, задумчиво. Стало еще тише, хотя дальше, казалось бы, и некуда.
Чего ты хочешь? – спросил он Варга, уже открывшего глаза и лишенного болевых симптомов.
Но их потревожили. Воины решили, что с этим существом следует вступить в битву. Они ошалели, вруг испугавшись, что с ними расправятся. Не все, но ажиотаж, распространялся в воздухе. Кто-то из оборонявшихся закричал, мол: поделом! Что духи леса не оставят их!

От ужаса перед стоявшей близко тварью воин внезапно для себя закричал и ринулся с мечом на Талека. Но тот даже не обратил на него свой взор, пока человек не оказался непростительно близко. И тогда, с небольшого расстояния, Талек обнажил когти, явно начиная схватку. Светящиеся и длинные, они выглядели понятно и без слов. Воины выбрали свою картину мира.
Самый смелый идиот, вооруженный заговоренным мечом, измазанным ядом, ринулся в схватку, пытаясь ударить в грудь создания. Но смог только подойти достаточно близко, чтобы его схватили за шею и... обезглавили, непростительно легким и беззвучным движением. Кровь, алая, подсвеченная когтями, забрызгала мантию.

+3

23

Варг ждал странных видений, сопровождающих каждого странника в царство мертвых, возможно, даже боли, но ничего этого не было. Неужели он стал драугром, одним из неупокоенных? Бесчувственным и холодным, навевающим ужас на живых... Нет, такой участи для себя конунг точно не желал. Но, раз так распорядились боги, он со смирением готов был принять собственную судьбу.
Спустя короткое время к нему пришло совершенно другое видение – склонившееся над ним синекожее создание, частично сокрытое балахоном. Прекрасное видение. Или все это происходит на самом деле? Если вспомнить все те чудеса, что он видел в пещере… Вполне возможно, что это все-таки не сон. Да и существо странно походило на лежащее в склепе, только более живое, что ли. Не по человечески красивое, и с восхитительными ушами.
Варг дернулся, почувствовав себя в толще воды, отчаянно, в стремлении спастись, выплыть, сделать живительный глоток… И тут же замер, понимая, что ему ничего ни угрожает, что в этой воде можно даже дышать. Любопытно, каким образом это происходит? Наверняка не без участия существа в капюшоне. Что это за странное создание такое, которому подвластна магия воды и воздуха? Он спросит потом – если все-таки выживет.
Окинув взглядом поле брани, конунг невольно вздрогнул – столько невинно пролитой крови… Зачем? Ради какой цели? Ради добычи или же в стремлении навязать свою волю другим – люди были крайне жестокими и беспринципными по сути своей, причиняя боль подобным себе же.
Кстати, о боли… Варг прекрасно помнил, что получил множество ран – так почему же они не болят? О том, что он жив благодаря пробудившемуся в пещере созданию, конунг уже осознал. «Наверное, это тоже особая магия», – решил он.
Чего ты хочешь?
Хансен так и не понял, услышал ли он вопрос у себя в голове, или вслух… Такой простой вопрос… Такой понятный. Но ответить Варг не успел.
Широко раскрытыми глазами конунг наблюдал за мгновенной расправой над попытавшимися напасть на создание людьми. Это было прекрасно и страшно одновременно. Как будто сам бог сошел на бренную Землю с древнейших свитков вершить расправу.
Интересно, зачем подобному созданию нужен Варг? Что ничтожный человек может предложить? У конунга не было ничего, кроме него самого. Даже полученные знания сейчас казались жалкими и бессмысленными. Бесполезными. Разве что, его хотят наказать за слишком близкий контакт в пещере? Это было бы правильно – подобная дерзость непростительна. Варг и сам не понимал, что на него нашло, но совершенно ни о чем не жалел. По крайней мере, он умрет со знанием о том, каково это – чувствовать на своих губах вкус других, пусть и нечеловеческих, но все же.
Я хочу видеть, знать и понимать, – наконец нарушил он гнетущее молчание, воцарившееся над Хессдаленом, с вызовом посмотрев в странные глаза существа.
Больше никто не осмелился приблизиться к нему. Да и неудивительно. Мало того, воины, напавшие на поселение, начали медленно отступать, не сводя настороженных взглядов с создания в капюшоне. Варг точно знал, что молва о сражении разнесется далеко-далеко. Хорошо это было или плохо, конунг пока не знал, судить было сложно. Но поселение было спасено, и Хансен был готов заплатить предложенную ему цену.
Кто ты? – тихо спросил он. – И чего ты хочешь от меня?

Отредактировано Варг Хансен (03-06-2019 00:54:07)

+3

24

Лирианец посмотрел прямо в глаза Варга, ещё стоя посреди побоища. Наевшись ужаса и других сильных чувств, он смаковал удивление в ответ на пресечение разрушения деревни.
Вышел один, самый смелый. Хотя слово смелость трудно применять к кому-то, кого едва трясет, но человек был действительно смел. Он хотел узнать, где его конунг. Эрик, на пошатывающихся ногах, сжав руки в кулаки аж до крови, чтобы не убежать от существа, шагал навстречу.
Впрочем, Талек поначалу сделал было шаг в сторону человека тоже. Чисто проверить силу мотива. Эрик выдержал. Пришелец улыбнулся.
Да, – ответил он, своим, переливчатым голосом, на местном языке. Даже без телепатии был ясен вопрос: покинул ли Варг их навсегда?
Но, замечая как по-разному интерпретируют его ответ, пояснил, подлетая над землей.
Огни долины Хессдален будут сиять. Варг отдал долг, – изрек многозначительно синий альв, сверкнув глазами.
Талек, предвосхищая прочие вопросы, оторвался от земли и устремился к своему кораблю, скрываясь в невидимой сфере. Корабль, блеснул в небе, и, вместе с Варгом медленно стал подниматься вверх. Пришелец, сохраняя молчание, смотрел в невидимую для Варга панель. Тот ещё видел всё так, будто они с «эльфом» висели в воздухе. Неспешно, чтобы юноша успел попрощаться. Открылся вид на долину, на леса и мелкие поляны. Было видно, как разбегаются напавшие воины. Варг смог видеть их как подсвеченными. Часть картинки, когда они поднялись слишком высоко для глаза человека, корабль видоизменял. Например, был виден старик и его ворон – точками в лесу. Долина и все земли за ней были видны. И дальше. Дальше и выше.
Небо сверху, привычно яркое днем, неожиданно темнело. Пролетали светлые, слабые облака. Но там, за ярким голубым светом дня, оказывается, пряталась все более и более темная синева...
Даже – тьма. И она приближалась. Внизу была уже не долина, но страна, еще не соединенная. Континент. Все это было уменьшающимся клочком зелени в синем море, с белыми пятнами льдинок северного полюса и облаков... А сверху, во тьме, засияли звезды. И небо, ранее далекое, казалось, замерло в тишине, готовое раскрыться. В корабле висела абсолютная тишина.
Корабль запел гостю. Тишина космоса давила не меньше ощущения потерянности. Гравитацию никто отключать не планировал в капсуле, где «варился» гость. Хотя Талеку вполне было комфортно болтаться в воздухе. И он оторвался от невидимого пола, очевидно сверкая длинными пальцами синих ног, расслабленно двигая ими.
Тихая и заунывная вначале, песня-прощание, стала песней-колыбельной. Голоса корабля, нечеловеческие и похожие на людские, похожие на животых, похожие на природу и похожие на то, что Варгу даже не приходилось слышать. Это был вокализ, своего рода. Аудиально-телепатический вокализ.
На потемневшем фоне синяя кожа пришельца отчетливо демонстрировала сияние и переливы. Они замерли у самой кромки стратосферы. Земля – очевидный шар, была внизу. Вдали светило Солнце, но его свет не ощущался кожей. И другие сферы были видны сравнительно недалеко. Луна, сбежавшая двумя часами ранее за горизонт почти полностью, едва виднелась, будто выглядывая из засады.
Талек повернулся к гостю, сняв капюшон. Ощущение воды местами ушло, освобождая голову. Ее, в принципе не затронуло оружие.
Ты будешь глазами. Ушами. Воплощением, – ответил тот, кто никому не отвечает на эти вопросы, тоном, на границе между вопросом и утверждением. Талек, похоже, Варгу предлагал.

+3

25

Варг дернулся, пытаясь понять, сколько пространства для движения у него есть. Быть ограниченным в чем-то юноша категорически не переносил. Не так уж и много, на первый взгляд. Вроде никаких ограничений, но передвинуться Хансен не мог. Странно все это было… Необычно. Но да ладно – видимо, теперь придется привыкать, раз уж убивать его не собираются.
Отвернувшись от синекожего, Варг посмотрел на Эрика, который, несмотря на страх, хотел знать. Храбрый, невозмутимый – он будет достойной заменой самому Варгу. Почему-то конунгу казалось, что огни родной долины он увидит ой как не скоро. Если вообще увидит. А странного пришельца еще долго будут изображать на различных свитках и чтить как спасителя.
С жадностью впитывая картины происходящего, Варг следил за удалявшейся землей. Его родное поселение, леса и поля… Его мир.
Хансен был искренне благодарен существу за то, что он позволил проститься… А может, и не позволил… Вряд ли он мыслил теми же категориями, что и сам человек. В любом случае, конунг был благодарен, а большего и не надо было.
Конунг будто бы парил в воздухе, но страха уже не было. Это… эта… то, внутри чего он находился – он видел нечто подобное в видениях, которые ему показали в пещере. Корабли, которые могли путешествовать не только по воде, но и среди звезд.
«Это восхитительно», – подумал Варг, озираясь вокруг. Небесными светилами он мог любоваться бесконечно долго. Узнавая их с совершенно другой стороны… Такие знакомые и в то же время таинственные и странные…
И тут… Мелодия. Такая же, как и все остальное – необычная, не подходящая ни под чего, что ранее слышал Хансен, но от этого не менее прекрасная, ведущая к блаженной неге и покою.
И странное существо – похожее на человека, но вместе с тем и не похожее, но притягивающее взгляд, манящее, с чудесными ушками.
Воплощением тебя? – переспросил Варг.
Пытаясь избавиться от воды, от потряс ладонью и обреченно вздохнул. Кажется, пока само существо не захочет иного, он так и будет болтаться тут, словно петух в чане с супом.
Только теперь Варг понял смысл пророчества о том, что он уже не будет человеком, что он будет кем-то другим… Что ж… он готов был отдать свой долг.
Я буду… – тихо согласился он, для верности еще и кивая головой. – Глазами, ушами, воплощением. Всем, чем ты захочешь… Скажи, я останусь собой? Или меня ждет забвение?
Хансен и сам не знал, с какой целью задает подобные вопросы. Отдать долг было делом чести. Он уже давно все для себя решил. Но вот попросить о небольшой милости он мог.
Можно мне… – Варг помедлил, – к тебе прикоснуться? – наконец решившись, выпалил он.

+3

26

Неугомонное создание, несмотря на тяжесть состояния, трепыхалось и мешало кораблю. Посовещавшись на своем родном – телепатическом – языке, они решили. Варг смог увидеть внутренние стенки корабля, капсулу в которой плавал. Жидкость.
В ней, ранее невидимые юноше следы его же крови, нехотя перемешивались. И не только от дерганий парня, но и от... Энергетические и подсвечивающиеся белые гибкие щупы корабля, касались его тела, оплетая. Они касались ран, особенно той, смертельной, на груди. Юноша почти не ощущал своего тела – его рецепторы боли были попросту отключены.
Стены корабля, даже из капсулы, очевидно были живым существом. Неестественным и сияющим, как очень любили лирианцы.
Знаки на панели за спиной Талека, танцующиеся и сменяющиеся на разных скоростях – от медлительной до сверхбыстрой – танцевали в неясном узоре.
Несколько «окон» в космос корабль оставил, чисто из своего представления о прекрасном. Они продолжали движение, ускоряясь и уходя за пределы третьей космической скорости. Вскоре они покинут сферу Оорта, которую пока так даже не догадывались называть. Огромный, нереальных размеров Юпитер пронесся мимо них. Вторая из планет-септенеров на краю системы была сейчас слишком далеко, чтобы показаться в иллюминатор.
Будешь, – с непонятной полуулыбкой сказал пришелец. – Останешься собой? Нет. Но не исчезнешь. И уйдешь. Покинешь. Ты станешь чем-то другим. Считай это перерождением.
Варг был занимателен в своем рвении к телу пришельца. Корабль отодрал щупом нелепую броню и принялся расщеплять рубаху.
Скоро твое тело восстановим. Тогда – выйдешь. И сможешь, – отвечая на запрос о прикосновении, сухо сообщил он.
Тем временем, корабль просочился в гиперпространство. Картина в иллюминаторах сменилась на причудливый хаос красных, зеленых, синих и прочих цветов, многие из которых глаз человека просто не мог видеть. Пространство, живущее по своим законам, наполненное течениями, позволяло им пересекать расстояния, большие, чем можно было вычислить викингам.
А юркие щупы неустанно латали тело, разъедая ткань одежды. Они подлетели к аванпосту на границе нейтральных зон. Это был непримечательный спутник скудной планеты, к которой не проявлял интерес никто уже тысячелетия. Вырвавшись из причудливого не-космоса, они влетели в стену, прямо сквозь нее. База Древних скорее выглядела как кристаллический нарост, чем город. Это было строение далеких эпох, когда Библиотекари еще преимущественно строили из чистых кристаллов.
Будет больно.
Капсула частично отступила сверху, открывая окно в пространство корабля.
И глаза Талека, будто отдельные, устремились световым потоком прямо в лицо парня, вцепляясь в его глаза, проникая внутрь. Ощутимое жжение глаз, ушей, носа, рта и горла, заполонило все. Исчезали даже шансы подумать хоть о чем-то. Боль. Такая, что даже думать было нечем.
Древние умели делать нематериальное – твердым. Объект без массы, под их влиянием, превращался в острый нож. Сейчас реальной стала боль. У нее оказался цвет. У нее появился вкус. Она была реальнее всего. Даже замещая бытие, память или что-либо другое. Юноша ощущал, как его душу выжигает нечто, сильное, как молния. И он горел. Как зажигается сухое дерево от молнии.
Неизвестно, сколько прошло времени. Наступившая тьма длилась вечность или меньше секунды. Эти понятия перестали быть и игриво стерлись в извращенном и величественном испепеляющем прикосновении к сущности Варга. Разум очистился, проясняясь во тьме. В ничто рождалось Нечто. Оно было Варгом. И не было.
Талек, как эфемерное воспоминание, начинал обживать «луженое» первичным воздействием тело. Нервные пути перестраивались, корабль насыщал материальную часть новыми путями. Менялась физиология тела. Сделать из него почти ДАЛа – задача для целого комплекса. И, во имя оперативности – для нескольких Древних. Трое Наблюдателей кропотливо колдовали над телом, пока сознание металось во тьме. Но он там был не один. Часть Древнего проникла внутрь. Маленькая частичка, просто чтобы тот привык. Чтобы она поделилась знанием, умением, состоянием.
Тьма сгущалась, пока Нечто формировалось в ней.

Их было двое. Напротив Варга, как он помнил себя, появлялся Безымянный. Хотя Варгом это существо было уже не совсем корректно называть.
Они стояли напротив, во тьме.
Ты хочешь прикоснуться?
Боль уже ушла. Ушли почти все ощущения. Оставшиеся были лишь тенями прошлой яркости. Степенно набирали обороты. Разворачивались медленно – чтобы разум смог привыкнуть к полноте мира, доступного ДАЛу от рождения.
Древние знали, что психический шок – осложняет вселение. Поспешность – глупа в таком деле. Они не спешили.
[AVA]https://avatars.mds.yandex.net/get-pdb/218133/e5750161-efc3-4da2-b468-532f7875f309/s1200?webp=false[/AVA]

+3

27

Варг снова замер. Уже широко раскрытыми глазами разглядывая то, во что внезапно превратился небесный корабль. Наблюдать за яркими всполохами, будучи их частью было, конечно, занятно, но только теперь Хансен осознал, что они находятся все-таки внутри чего-то величественного, монументального. Колоссального, он бы даже сказал.
А вот вид странных щупалец или чего там совершенно не внушал никакого доверия. Кто знает, чего они там сейчас в его ране наковыряют? Дернувшись в очередной раз Варг попытался отползти, явно не осознавая, что все проводимые манипуляции ему же во благо. Нет, ну скажите на милость – позволить какой-то твари ковыряться в его внутренностях?  Поняв, что ускользнуть не получится, Варг с тяжелым вздохом подчинился. Кажется, здесь от него уже ничего не зависит. Может, они таком образом хотят знать будущее? Или же просто врачуют? Поди разберись тут…
-  Перерождение, - повторил Хансен, внимательно посмотрев в странные глаза существа,  и тут же смущенно отвернулся.
Он будет чем-то большим, чем сейчас. Это юноша точно уяснил, как и то, что его кишки точно не пытаются разложить затейливым орнаментом и поискать в нем знаки судьбы.
Варг коротко кивнул, подтверждая, что понял и принял, прикрывая глаза. Обилие всего нового, обрушившееся на него шквальной волной, уже начинало утомлять. Мозг человека попросту не справлялся с обрушившейся на него нагрузкой.
«Поспать бы», - тоскливо подумал Хансен, лениво перебирая пальцами в окружающей их жидкости.
Вот только, он был уверен – поспать ему придется еще очень нескоро. Если вообще придется. Хотя, разрешение на прикосновение было получено, и Варг уже предвкушал это… Разве что, став другим, он может просто не захотеть прикосновений… Это было бы печально…
В другую секунду все мысли начисто вымело из головы юного конунга.
– Будет больно… - сказал пришелец.
«Больно» было явным преуменьшением. Варг не чувствовал себя, не чувствовал ничего вокруг… Ничего, кроме разрывающей на части боли. Боль была всем… Он сам был болью. Бесконечной, всепоглощающей, обжигающей… Что может быть дольше вечности? И может ли? Теперь Хансен точно знал, что может.
Момента перехода от боли к безмолвию Варг не уловил. Казалось, сейчас он плавился в адских муках и тут же наступило безмолвие и полное спокойствие.
Рухнув на колени, Варг витиевато выругался на первом пришедшем на ум диалекте. Если б он только знал…
Сознание прояснилось, и он увидел…
Варг – его ли это теперь имя? Пусть оно останется его, как дань прошлому, решил человек… Варг осознавал, что в глубине его памяти хранится еще много чего, но пока для него слишком рано. Еще придет время… И он познает все окончательно… Сейчас же, было достаточно того, что есть…
Встав на ноги, он выпрямился и посмотрел прямо в глаза Безымянного.
- Хочу, - откашлялся Варг, делая первый шаг, постигая себя заново. – И прикоснусь, - без тени чего бы то там ни было, сообщил он. Просто ставя перед фактом.
Подняв ладонь, он неуверенно скользнул пальцами по линиям на лице… Сначала неуверенно, потом более решительно, уже не раздумывая о последствиях… Ему же дали разрешение… Да! Значит можно.
«Вот только в каких пределах оно действует» - задумался Варг и, решив, что убивать его точно не будут - после стольких-то затраченных усилий – приобнял восхитительное создание за талию, коснувшись его губ своими.

+2


Вы здесь » Приют странника » Былое » Норвегия. 930 гг. Таинственные огни долины Хессдален