Приют странника

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Приют странника » Будущее » Те, что ищут забвения в чистом вине...


Те, что ищут забвения в чистом вине...

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

Время действия: 2011 г., 25 июля.
Место действия: ФИО, планета Сетх, континент Орофоджу, заповедник Фа`ти Айе, Сопорис.
Действующие лица:  Ольгрейн Лейт Эйо, Шангхар Дхаран Джеро.

http://sg.uploads.ru/gpE3U.jpg

+1

2

Тьма... Тьма, наполненная неясными жуткими образами, ползущими, перетекающими, подкрадывающимися. Эти тени, они подкрадывались все ближе, желая забрать его душу, отнять его сущность, высосать его до донышка, оставив лишь бесполезную оболочку. Эти тени давили, расплющивали, заставляли тяжело стонать, почти выть в голос от невыносимой тяжести, от боли, от беспомощности. Но главное от боли. Физическую боль можно терпеть. Можно заглушить лекарством. Но как заглушить боль, когда болит сама твоя суть? Ты сам? Оставалось только завывать от невыносимой муки, мечтая одновременно умереть и убить своих мучителей. Освобождающее пламя вскипело бешеным ураганом, испепеляя врагов, но в то же время опаляя жаром его самого...
– Шангхар! – чей-то могучий рев прямо в ухо. – Шангхар, проснись! Возьми себя в руки! Шангхар!
Удар по лицу прилетает, как кувалда, едва не сворачивая челюсть, но зато вырывает из удушающего кошмара... Чтобы осознать, что кошмар творится уже наяву – спальня горит. Более того, горит ложе, с которого его пытаются стащить.
– О, Вишакхна!! – Джеро подрывается с горящей постели, скатываясь с нее вместе с Медведем...

***
Запах гари витает в воздухе навязчивым скверным амбре. И эту вонь не в состоянии перебить даже запах крепкого, как сталь, кофе, чашку которого Медведь только что поставил перед носом Джеро.
– Так больше не может продолжаться, – любовник роняет слова тяжело и веско. – Ты едва не убил нас обоих. Я не особо пекусь о себе. Мне стоит лишь уйти. Но однажды ты сожжешь сам себя.
– Я не хотел, – руки, лежащие на столе, сжаты в кулаки. Нос почти утыкается в чашку с крепким ароматным кофе, но Шангхар не слышит его запаха, он слышит лишь вонь гари.
– Да, не хотел. Но ты себя не контролируешь. Засыпая и погружаясь в кошмары, ты теряешь контроль.
Дхаран лишь яростно зашипел, взмах рукой и кружка с кофе улетела прочь, разбившись о стену и залив все на своем пути черным напитком.
– Тебе нужна помощь, – Медведь, как всегда, раздражающе невозмутим. – Я договорился с Совами. Они в любой момент готовы тебя принять.
Тигр вскакивает, отшвыривая стул:
– Последнее, чего мне не хватало, это чтобы меня считали сумасшедшим!
– Ты и так сумасшедший, – раскрутить этого парня на эмоции почти невозможно. – И тем более это подтверждаешь, теряя контроль над своим даром. Ты должен поехать, Шангхар, ты вроде не трус. Признай уже, что тебе нужна помощь.
Джеро беспомощно опускает вскинутые в протесте руки...

***
Он мог сколько угодно пытаться обманывать себя, но это не помогало. Окружающие были правы – он перестал владеть собой. Будь его дар каким-нибудь банальным, все было бы ничего. Его даром был огонь. И несколько пожаров, произошедших по его вине, ясно доказывали – парень, ты не в себе, ты себя не контролируешь. И хуже всего, что Шангхар сам знал предел своих сил и понимал, что может сотворить куда худший кошмар, чем пара пожаров.
Стыдно. Жалко. Убого... Признавать себя больным было так унизительно... Но все же пришлось сдаться. Увы, Шангхар сам понимал, что с его даром удовольствоваться душеспасительными беседами с друзьями или матерью не выйдет. Пожар, когда они с Медведем едва не сгинули в разожженном им пламени, многое показал. Он перестал контролировать свой огонь. А на что способна эта мощь, он знал лучше всех. 
Да, это было стыдно. Но выбора не было, и Тигр приехал в Сопорис. Сдался на милость здешних врачей.

***
Белый цвет. Чертов белый цвет! Видят Предки, но уже через месяц Джеро начал скучать по чертовым цветным рыбкам на Амрите! Скучать по Амрите! Да это просто ваааабще! Да это... Это... Этому слов просто нет! Один этот сраный белый цвет! Может для Сов этот не просто монохромный, а тупо одинаковый интерьер и казался кайфовым, но Предков ваших загрызи, можно было и подумать, что для других это станет невыносимым! Просто бесячим!
Во всем Сопорисе было лишь пара помещений, хоть как-то разбавленных другим, кроме белого, цветом. И именно в них и предпочитал зависать Тигр. Да, Совам надо было отдать должное – лютые кошмары, выжимавшие мозги Тигра, отступили. Ему стало значительно легче. Но зато теперь бесил белый цвет.
– Да что ж вы так на нем зациклены, а? – пробормотал Шангхар, беспалевно, движением руки сбрасывая на пол очередную белую вазу с белыми цветами. И тут же сделал вид, что он не при делах, отходя в сторону.
Мысли крутились о чем-то о своем. В воспоминаниях о прошлом, в печали о том, что не сбылось. И вдруг отблеск чужой, но такой знакомой ментальным окрасом, пойманной мысли.
– Ольгрейн?! – Шангхар тут же, не задумываясь, потянулся к пойманной мысли. – Олли?! Ты? Ты здесь?
Одновременно Тигр обозначил для друга свое место.
– Олли?! – найти друга в этом месте было просто бесценно, и Тигр боялся, что обознался.

+3

3

http://sh.uploads.ru/6Bhu3.jpg

Модульный диван, естественно, белый, как все здесь, но, слава Совооким, не белоснежный, а приятного оттенка домашних сливок, был уютным, не просто мягким – пухлым, словно облако, и убаюкивающим. Хотя, если не лгать самому себе хотя бы, второй консорт леди Амат, урожденный Эйо, сейчас вообще придремывал везде, где сидел дольше получаса... а здесь, на крытой веранде одного из верхних этажей бывшего домена Сов, он уж точно дольше получаса «дышал свежим воздухом», ожидая брата, и... то и дело смаргивал сладкую дремоту. Рано из ванны вынулся, что ли?.. Но доктор сказал «в морг»… в смысле – Фло сказал «пора», значит, выловили Оли из подогретой водицы Озера душ, и... теперь можно спать в кровати, или, вот, кемарить на диванчике, устроив под поясницей и плечами гнездо из подушек. Некоторые из них и вовсе серенькие, счастье-то какое. А ковер из шкуры коровьей на зеркальном полу – вовсе бело-черный! Явный признак того, что у него лично в этом бесконечно-белом месте дела пошли на лад.
Нет, бывший совиный лорд на здешнюю белизну не обижался, не сетовал – слишком хорошо знал Тьму потому что. Правда, чтоб он сам когда еще жил в сплошь белых стенах!.. 
Здесь, на рекреационной галерее «новых ярусов» Сопориса вообще наблюдался робкий закос под лофт – вон балки стальные, такие прямо индустриальные, – Ольгрейн, кое-как все же проморгавшись, потянулся к ближайшей пальцами, не достал, зато поехал с диванной спинки вместе с подушками, чуть виском к стене не приложился, зашипел сквозь зубы большой рассерженной… совой, сел прямо, вернее, снова устроился полулежа, свободно и расслабленно сцепив кисти замком на животе, а ноги, скрещенные в лодыжках, возложив на журнальный столик из массива коротко нарубленных и плотно склеенных веток, отчего возмущенно качнулись витые бамбуки в высокой стеклянной вазе – природные мотивы в интерьере тоже присутствовали. Ну куда ж дуэнде без матери-природы… особливо хворые дуэнде.
А у кого-то неподалеку ваза не устояла, судя по звуку бьющейся посуды… фарфор, пожалуй, не стекло. И судя по направлению этого звука – в коридоре, параллельном веранде. Точно, там же на столиках консолях лилии стояли, белые, само собой, и в белых вазах, глазурованных, но практически без росписи, c тонким золотым ободком по краю, разве что.
Обалдеть, – ухмыльнулся привскочивший было Оли, укладываясь обратно. – Она сколько там себе мирно стояла – тыщу лет, полторы? Пожалуй что, с тех самых пор, как это замок стал Чертогами потерянных, не иначе. А сегодня кому-то подвернулась, везуха кончилась. Эй, неведомый друг, кокни и другую, чего она теперь без пары будет бедовать?..
Он безадресно подумал, просто так, в пространство, не ожидая ответа...
...и все же получив его – мысленно окликнули, узнавая, по имени, сперва полному, потом сокращенному – четко, громко, будто в шаге за спиной стоял… Тигр?.. – совиный лорд даже оглянулся, опять вывернувшись в сидячее положение из розвальней подушечных, но, конечно, никого не увидел – стол, на котором иногда накрывали к обеду для тех выздоравливающих, кто сумел сюда добраться, был пуст, на стульях никто не сидел, и даже Мтандао, ни дна б ему, над полом не зависал, космы свои дымные распуская. Стало быть, не его штучки, правда Шангхар?..
Шангхар? – негромко и недоверчиво окликнул  Лейт. – Шани, ты? – бывший лорд Эйо грузновато поднялся-таки с дивана, но столик и край лежбища своего обогнул изящно, как положено большой ночной птице, и в коридор выглянул-вышел беззвучно, вертя головой и окидывая его взглядом сразу весь.
Тигрище, и ты тут! – радоваться этому, конечно, не надо бы – увидеть знакомого в Месте-Куда-Никто-Не-Хочет-Попасть – сомнительный весьма повод для радости, однако… – Да, Тьма, неужели?
А Дхаран и не изменился совсем за эти девять месяцев… это Оли будто помолодел лет на двести. Да-да, воплощенная любимая шутка орионцев о том, почему дуэнде так долго живут и хорошо сохраняются: волосы только-только отросли еще, осунулся, похудел – почти два месяца в искусственной коме и водной невесомости – тот еще способ сбросить вес.
Ты давно тут? – сам-то факт, что лорд Джеро тоже «тут» подлетевшего к другу Ольгрейна совершенно не удивлял: Тигра так плющили два с четвертью века, что в Сопорисе он не оказаться попросту не мог.   

http://s8.uploads.ru/rh83q.jpg

[AVA]http://s3.uploads.ru/orVRX.jpg[/AVA]

Отредактировано Ольгрейн Лейт Эйо (21-06-2019 02:15:09)

+4

4

[AVA]https://pp.userapi.com/c855620/v855620281/7ca09/_-QDtB4ilLU.jpg[/AVA]
– Я, лорд Эйо, я, – в мысленном голосе урчание, явно пропитанное удовольствием от встречи. Ну, вот теперь их двое, теперь они здесь не одиноки и... упаси Предки, чтобы этим двоим ничего эдакого в голову не пришло. А могло бы. Скуку больничную разогнать, например. А уж способы разгона эти двое, по всем статьям вроде как не совместимые, а на деле славно друг друга дополнявшие, могли придумать весьма своеобразные, даже можно сказать, извращенные.
– Привет, Совыч, – Шангхар радостно оскалился, сгребая друга в объятия тяжелых лапищ, даром, что не выглядел массивным, а силищи было хоть отбавляй. Ольгрейн, конечно, и сам не был обделен комплекцией, но все же такой хваткой похвастать не мог. Услышав, как Сова задушено засипел, Джеро разжал руки, поубавив обнимательного энтузиазма. – Рад тебя видеть.
Тряхнул за плечи и отпустил, наконец.
– Пару месяцев, – ответил на вопрос и тут же задался своим, который и озвучил:
– А ты тут что делаешь? Помнится, когда я тебя последний раз видел, ты был вполне себе доволен и счастлив. Я-то думал, ты там уже детишек нянчишь, а ты оказывается, в Чертогах прохлаждаешься, бездельник эдакий.
Шангхар с той бесцеремонностью, которую прощают только кошачьим, подхватил Ольгрейна под локоть, уводя его к ближайшей террасе, подальше от белого цвета, поближе к пейзажу за окном.
– Или это тебя жена, змеища подколодная, довела? – тот факт, что супруга Ольгрейна была леди клана Змей, стало для Тигра неистощимым источником подколок. – Так мозги вынесла за это время, что ты в Сопорис сбежал? Говорил я тебе, что это скверная затея. 
В голосе звучало обычное тигриное ехидство, но за этим тоном мысленными вопросами плавало беспокойство:
– Почему ты здесь? Что произошло?
В последний раз они виделись в день прибытия на Сетх. Шангхара встречала мать, лэри клана Тигров. Ольгрейна же ждала будущая супруга, леди Аноис. Никаких особых церемоний не было. Обнялись, Джеро стукнул Олли кулаком в плечо, с обычной своей язвительностью пожелав не осрамиться на супружеском ложе, да на том и расстались. Но выглядел Совыч здоровым, бодрым, и даже веселым – шутка ли, вернуться на Сетх! Джеро в самом деле думал, что тот вполне себе неплохо устроился, и нате вам. Счастливый второй консорт проводит время не в поместье супруги, а в Сопорисе! В месте, от упоминания о котором у любого дуэнде холодок побегает.
То, что он сам здесь оказался, Тигр полагал вполне логичным и объяснимым, хотя и очень досадным и даже обидным. Было бы странно, если бы у него не сдвинулась крыша. После того, что он пережил на «Амрите», у кого угодно сдвинулась бы. И в его случае делать вид, что все в порядке, не лучший вариант. Но Ольгрейн? Сову не ломали так, как его, хотя и доставали своей чертовой вивисекцией, внизу он не сидел, да и вообще с точки зрения орионцев считался вполне безобидным. Прессинг, конечно, и его придавил, но чтоб настолько?
– Так что стряслось? – спросил Шангхар уже вслух, останавливаясь у перил, поворачиваясь к Олли и пытливо вглядываясь в его лицо. – Выкладывай, Совыч.

+2

5

Нет, Лейт и не думал ни секунды, что Тигр за этот почти год хоть что-то растерял, бодрость там, ехидство или силушку богатырскую. О да, силища тигриная, что тут, заберет в охапку – аж кости трещат, хотя и не гора горой, а вполне себе стройный и гибкий молодой мужчина, весь, правда, свитый из стальных мускулов. И, нет, ни секунды Лейт не помышлял, будто Тигр всерьёз вознамерился реализовать излюбленный среди лордов Сетха (поголовно добрых приятелей и родичей, так или иначе) способ убийства при встрече – задушить в объятиях. Нет-нет. Даже когда начал похрипывать в этих лапищах, явно предназначенных больше для сворачивания шей, чем для обнимашек. Вот… Тигр же, отпустил же!
И я рад! – мигнув от энергичного встряхивания за плечи, «Совыч» охотно повелся из коридора обратно на веранду – там белого меньше, деревья листьями шумят, дождь собирается, им в открытые окна пахнет… и диваны, опять же, удобные, обсиженные. – Значит, ты, получается, сюда приехал, как раз после того вскоре, как меня в ванну макнули, – задумчиво хмурясь, протянул Ольгрейн, с совиной точностью и грацией огибания древесных стволов, коряг и прочих лесных препятствий держа курс на тот самый, облачно-мягкий предмет мебели, с которого взлетел пару минут назад. – Вот я почему тебя не почуял… – сделал он логичный вывод, радостно плюхаясь в подушки, еще не успевшие остыть от тепла его большого и вроде бы неуклюжего тела, все же очевидно менее рыхлого, чем прежде. Над этим надо было работать – срочно набирать потерянный в водной нирване вес. – Хотя я бы тогда кого угодно не почуял, причем даже в соседней комнате – так хреново было.
Оли признавался честно и безбоязненно, ибо велик ли секрет – в Чертоги потерянных даже Совы попадают в качестве постояльцев, только когда уж совсем край. Вот, кстати, и объяснение лучше не надо – на первый… слой:
Все Совы делают это, – бывший лорд Эйо скромнейше, застенчиво даже опустил длиннющие густые ресницы и пожал широкими плечами – мол, сам же знаешь. – Погостить время от времени в бывшем клановом гнезде – нормальная участь для любого из нас. Ну и я не мог не. – Оли улыбнулся, тоже застенчиво и еще не поднимая ресниц, сильнее расслабляя плечи, позволяя им обвиснуть. – Детишек пока нет, а Змея, не Змея… это, в общем, не при чем, просто… сколько там того мозга было.
Он сокрушенно вздохнул, взглянул на Шангхара, улыбнулся несмело, почти болезненно – вот, дескать… что поделать. Даже не среди дуэнде доверие – чаще не дар, а плата за верность и преданность, и лейтова маска слабого и болезненного тюфяка сейчас была до непристойности правдива, она была реальным лицом, демонстрировала истинное положение дел, подобно тому, как раз в сутки и сломанные часы показывают реальное время с точностью до секунды.
Понимал ли это лорд Джеро? – светло-карие, с желтизной, большие глаза второго консорта леди Аноис Амат миг один смотрели вопросительно. Потом бывший Сова потупился и неловко завозился на диване, до крайности напоминая буривуха в вольере у ближней стены.
Ты-то сам не женился? А то вдруг. Я же два с лишним месяца, считай, отсутствовал на грешной земле, витал... в белом свете, а когда вынулся... сам знаешь, сюда новости редко доносят. 
[AVA]http://s3.uploads.ru/orVRX.jpg[/AVA]

Отредактировано Ольгрейн Лейт Эйо (08-07-2019 19:53:57)

+3

6

[AVA]https://pp.userapi.com/c855620/v855620281/7ca09/_-QDtB4ilLU.jpg[/AVA]
Почему не почуял, экий вопрос. Да Тигр сам никого не почуял, он ничего, кроме запаха гари, не ощущал.
Меня самого в ванну макнули, едва я порог здешний переступил, – сообщил Джеро. – Меня так трясло, что вся эта их декоративная шушера, – он кивнул на плетеный из веток стол, – загоралась, когда я просто мимо проходил. И только в ванне это потушить смогли. Когда я совсем отключился.
Шангхар нахмурился, уставившись через перила на кроны деревьев.
Это было правдой – к тому моменту, когда его привезли в Сопорис, его силы совсем вышли из-под контроля. Дхаран задыхался от неимоверных усилий сдержать прущий наружу огонь, и вода тех самых ванн стала благословенным даром, похоронив под собой раздирающее пламя, причиняющее адскую боль из-за попыток его сдержать, словно охлаждающий контур ядерного реактора, успокаивая бешеную энергию, готовую разорвать и носителя, и все окружающее.
Джеро стиснул зубы. Признаваться в своей слабости было так горько и обидно. Не смог сам, не справился... Из ванны он вышел недели через три. Куда более спокойный, уравновешенный, способный контролировать свой дар. И все равно, чувствовал себя униженным. Кому нужен такой как он, кто не может держать себя в руках, кто вынужден прибегать к помощи здешних мозгоправов? Кто теперь пойдет за ним – неполноценным, увечным, покалеченным? Кому нужен инвалид? И что с того, что увечность его – это военная травма, полученная во вражеском плену?
Шангхар, как и Ольгрейн, спрятал глубоко внутри истинную боль, на поверхности оставив эдакую чисто кошачью пофигистичность, типа «я кот, я всегда шикарен», ну, подумаешь, хвост намочил, ерунда какая...
Но зато он слушал друга. Слушал и слышал то, что оставалось спрятанным, хорошо завуалированным. На то ведь и друзья, чтобы видеть и замечать чуть больше. Совыч был искренен. Искренен в том, что чувствовал себя слабым, почти больным. Это Джеро ощущал на неком ином уровне, который бывает лишь между близкими друзьями. Нет, не телепатия, интуиция. Плохо было Совычу. Очень плохо. И фраза эта, беспомощно взывавшая о той самой помощи: «Сколько там того мозга было...».
Сколько? Да уж достаточно. Более чем, чтобы понять, что произошло что-то плохое. Да так, что пару месяцев в ванне лежал. Вот почему так постройнел и полегчал казавшийся всегда массивным Сова.
И было еще что-то. Была под слоями благостных объяснений еще одна истина. Которая пугала самого Ольгрейна, которая мучила его и терзала. Нет, ничто не заставило бы Шангхара обнаглеть и сунуться в разум друга, но даже не ментально, душой, чуйкой улавливал – все плохо. Куда хуже, чем выглядит.
Знаешь, что, Совыч? – тихо, но твердо проговорил Джеро. – Мне пиздеть в уши не надо, ладно? Я вижу, что у тебя пиздец полный. И дело тут совсем не в жене или детях.
Тон Тигра стал серьезным без тени шутки. А его грубоватые выражения только подчеркивали серьезность.
Рассказывай, Ольгрейн. Что с тобой произошло? Моя женитьба еще где-то далеко за горизонтом событий. Так что давай, Совыч, про тебя. Выкладывай. Не отстану. Сам знаешь.

+6


Вы здесь » Приют странника » Будущее » Те, что ищут забвения в чистом вине...