Приют странника

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Приют странника » Окрестности » Розарий мадам Полины


Розарий мадам Полины

Сообщений 31 страница 40 из 40

1

http://s7.uploads.ru/dzlCi.jpg

0

31

Движения хвоста, того, что заставило распластаться по дорожке, Рагни не видел. Не мог увидеть. Не успевал среагировать. В картине мира это поставило точку. Голова в кустах – бум. Только зубы щелкнули. Если кто подумал, что Бриньюльф заткнулся, так нет. С дыхания сбился – да. На длину вдоха. Так что попытка прекратить акустическое воздействие не удалась. Может, оттого арии изначально и пели такое, что ГОРНам это было не по нраву? Стилистически?

Пример боевой песни ариев|Закрыть

Ни шага назад, а только вперед, – убей его, убей!!
Вены сталью обнимут плечо, вперед, только вперед;
Кровью наполнят плечо-горячо, убей его, убей!
Бей, коли, в горло вгрызись, – зубами, рукой, клинком;
Жизнью за жизнь, одну за сто, – убей его, убей!!

На деле же пение ритмически задавало скорость и глубину дыхания, не позволяя вынырнуть до срока из вотана, утягивая на самое его дно. Распределяя силы и строго дозируя усилия. На каждый слог. Звук-слог-действие. Слова маловажны.
Вот и сейчас Бриньюльф встал. Так быстро, как только мог. Пять шагов? И цель видна. И ничего не останавливает. Нож перекочевал обратно, в правую, а арий пошел в атаку.

Неслучившееся|Закрыть

В море соли и так до черта...

Рагни же думать не успевал. Незачем. Нервная система наглухо заблокировала все, кроме рефлексов. Инстинкты же, вместе с рефлексами требовали одного. Простейшего. Невыполнимого.
Пальцы сжимаются на монаршьем хвосте, чем бы он ни был. Рефлекс. Один из древнейших – хвататься. Еще со времен летающих на ветках предков. Упал – схватись. Держи, не отпускай. И Рагни держал. Держал, впечатавшись в землю. Держал, когда зубы клацнули. Держал, едва не захлебнувшись воздухом вместе с песней. Аж дух сперло. Плевать! Держать! Зацепиться за неровности пальцами, прижать локтем, пропустив вдоль бока... хвост. Точь в точь корабельный канат моряки. Только тут уж ни моря, ни каната. Зацепить коленом, словно оседлывая. Укрепиться. И только тогда – укусить, перехватывая нож в обратный хват. Сам хвост не интересен. Он уж точно не жизненно-важная-часть-тела. Достаточно глянуть на то, как его готовы сбросить ящерицы. Бесстыдно. Перед каждым.
Но хвост, это говорил инстинкт, как любая другая часть тела, крепится к туловищу.
А на туловище – шея! Именно к ней, перехватывая намертво зажатое, тянулся арий. Полз, упираясь в гравий дорожки. Полз и дергал на себя с упорством вцепившегося в гусеницу муравья.
Падай же!
Ну!
Падай!!!
Отобрать пойманное у Бриньюльфа можно было сейчас, пожалуй, лишь выломав руки.

Отредактировано Рагнар Торнбьёрнсен (04-05-2012 09:41:55)

+4

32

Врагу не сдаётся наш гордый "Варяг"... (с) Грейнц
Эту песню не задушишь, не убьёшь...(с) Новиков

В общем-то, если учесть _что_ пел Бриньюльф – неудивительно, что Лиза не воодушевилась. Хотя – не особо и обозлилась, стоит признать. В целом – не очень-то яркие эмоции она испытывала в данный момент.
Когда голова Стража зашуршала в кустах – недолго, увы, как раз на время погружения, так сказать, в колюче-зелёную мешанину веточек, листьев и цветов, - Лиза сделала несколько мягких шагов назад, разрывая вновь дистанцию между ними на те самые пять шагов, и поза её выражала стоический покой и почти кротость. Лицо – миролюбивое удивление, которое, впрочем, было слегка подпорчено почерневшей и уже потрескавшейся кровью, потёками полосующее светлую кожу.
Скальд поднялся с целеустремлённостью и упорством непарнокопытного млекопитающего – мула. Что характерно – петь он не перестал.
Любопытство приближалось к критической отметке – той самой, за которой начинался уже академический интерес, хотя, в сущности, захватывать этого ария на флагман, с целью разобрать на составляющие и полюбоваться на такое удивительное и целеустремлённое в безумии своём создание было бессмысленно. Хотя бы по той причине, что это делалось и не раз – ещё в самом начале порабощения этой очаровательной в своей дикости расы. Всё было почти очевидно, но, как  в случае с каплями воды – от экземпляра к экземпляру попадались некоторые уникальные дополнения или особенности. Это-то и привлекало.
И снова нож в руках у Стража, и снова он вступает в заведомо проигрышный бой. Хвост извивался за спиной Лизы, вычерчивая в гравии замысловатые узоры, и тихо скрежетал о плоские камушки садовой тропы. В момент сближения – по телу девушки словно прошла волнообразная судорога, и хвост – опять же, сбоку-снизу-вверх, - устремился с неуловимой быстротой к той руке мужчины, что сжимала нож. Ударить – но не пронзить насквозь. Ей просто не хотелось лишней крови и повреждений… нет, этот субъект ей был нужен по возможности целым и невредимым…

+4

33

Мозг ария несостыковок не фиксировал. Не задавался вопросом «почему легкие камушки поранили ее до крови, а удары нет?» Он только отмечал – это далось, это не удалось, это (например, швыряние камней в лицо, которых бард при очередном падении надрал полный кулак) – эффективно (и, подойдя ближе, он снова их швырнул – в глаза, туда, где попадание было, визуально, конечно, результативным), а вот нож – неэффективен. Кажется.
Обучение при полном погружении. Кажется, о такой полноте этого самого погружения инструкторы Берканы могли только мечтать. В кошмарном сне, от которого просыпаешься седым.
Движения хвоста ящерицы он не увидел, он только услышал, чудовищно обостренным вотаном слухом, разделявшим своё пение и чужие шорохи, услышал, что хрустевший где-то за ней гравий (нервничает, тварь!) перестал хрустеть. Может поэтому в этот раз времени на реакцию было немного больше – не настолько, чтобы убрать руку, но ровно настолько, чтобы развернутъ острие, лезвие и сам нож вовне. И если его сил недостаточно, пусть она сама!!
Рагнар не уклонялся, он нападал. Слова «защита» в растворенном вотаном сознании не было.

Отредактировано Рагнар Торнбьёрнсен (04-05-2012 11:24:13)

+4

34

Меж тем, хвост устремился к нервному узлу на локтевом сгибе руки Стража, что сжимала рукоять ножа, за счёт резкости порыва и хлёсткости соприкосновения просто «отключая» конечность ария пониже плеча.
Новая горсть камней ужалила «кожу», часть, достигнув цели, поранила тонкие веки, но на зрении ящерицы это едва ли сказалось хоть как-то.
Но обе руки (собственно, как и ноги, и, конечно же, голова) ящерицы были свободными… для того, чтобы встретить атакующего ария жёстким заслоном. Не раздробить рёбра – но пружинисто оттолкнуть от себя бушующего и, можно сказать, оборзевшего вкрай нордика.
Хвост же, как водится, вернулся на исходную позицию – за спину принцессы, и вновь устроил шелестящую пляску на камнях.
Напористый, целеустремлённый, самоуверенный в этом боевом безумии… прекрасный представитель своего народа и класса, безусловно. И если бы не целесообразность его пребывания на Земле, рядом с «лёжкой» Древних, Лиза наверняка не отказала бы себе в удовольствии всё-таки прихватить его с собой… просто, как домашнюю зверушку. Но, увы, на данном этапе это не представлялось возможным.
По объективному счёту времени прошло совсем немного, но эта пляска уже слегка приелась ГОРНу, да и, в общем-то, для самого ария «вотан» не нёс ничего хорошего, истощая его во всех смыслах.
Ледяной «коготь» возник в мозгу Рагнара, и воздействие на имплант приобрело совершенно иной характер – форсирование полного, а не частичного «отключения» сознания Стража, с последующим едва ли очень приятным пребыванием в беспамятстве.

+3

35

Харальд только разогнался, почти уверенный, что он опять «не попадет», арий влетел в подставленные руки, плечи, ноги и хвосты со всего возможного при таких расстояниях разгону. Запланированный короткой встречный удар ножом не вышел за неимением послушной желаниям руки, но с левой он все же попытался: плечом, локтем, грудью – сбить с ног, ушибить, повергнуть – ровно так же ребенок стремится растоптать паука или противную жабу – от испуга. От страха. Не контролируя себя вовсе.
Правда Рагни досталась слишком большая ящерица для затаптывания – с тем же успехом можно было пытаться сбить с ног гору или скалу. Скорее скалу, потому что горы... мягче. Это нордик осознает, уже кувырком покатившись по дорожке. Встать! В голове туманится, но разве же так – можно? Стоять! Ты живой, ты дышишь, значит, еще не все сделано. Ты можешь сделать еще – стоять!
Ледяному, сковывающему мозг оцепенению бард противится неумело, но упорно, совсем не принимая его как должное, не скатываясь в него с желанием и поспешностью, словно в вотан: оно противоречит всем его нормам, рефлексам, всему, чему его только учили, самой его сути – не спать!
Нужно встать! Подобрать под себя руки, упрямо вгрызться ступнями в гравий, и даже успеть приподняться, прежде чем провалиться совсем. И не до выручивших камушков, а глубже, словно в бесконечное парение – как на орбитальном корабле.

+3

36

Арий упал… не то, что бы прямо к ногам принцессы, но было видно по его скрюченно-отчаянной позе, что именно это он и хотел сделать. Мягкие, чётко очерченные губы на мгновение поджались, когда Лиза оценивающе смотрела на ту агонию, которую он порождает сам в себе, как изо всех сил стремится к тому, чтобы – да наплевать, пусть даже разорвать собственные мышцы, сухожилия, кожу! – но вновь приблизиться к ней, вновь вцепиться ей в глотку…
Тихо выдохнула, продолжая вгонять всё глубже в сознание Бриньюльфа этот самый «коготь» космического холода и пустоты…
Оценила взглядом ту живописность, в которой Страж, по идее, должен был застыть прямо под одним из испохабленных кустов роз. Героически пал в неравном бою… вполне подходит для скальда, между прочим!
Обмякло поджарое тело, но ещё слегка подрагивали мышцы на спине и руках, выдавая всё ещё сковывающее его напряжение… уловки можно было не опасаться – не то состояние. «Вотан» бесхитростен и честен, что, по-своему, так же очаровывало.
ГОРН дождалась, пока тело белокурого воина не застынет вовсе, после чего, негромко цокая каблучками по камням, подошла к нему, и присела рядом с поверженным. Хвост по-кошачьи обвился вокруг ног на один виток, а оставшаяся изрядная часть его расслабленно улеглась в каменной крошке.
Славный… – проговорила негромко, естественно – для самой себя, и, протянув ладонь, коснулась пружинисто-мягких кудрей Стража. Затем – погладила, тем осторожным и почти ласковым жестом, который был вполне свойственен этой «коже». Собственно, сейчас она позволила себе поддаться этому самому «порыву», и с отстранённым интересом отмечала, что это можно было бы назвать даже приятным – вот так гладить «по шерсти» это бессознательное и свирепое в пробуждении создание.
Однако же – бросать его в планах ящерицы не было, и она, с видимым сожалением отстранившись от обморочного скальда, поднялась, вытаскивая из сумочки типичный земной смартфон, набирая номер вызова охраны Приюта. Хвост, тем временем, уже вновь «сворачивался» под юбкой, скрываясь от возможных посторонних глаз, и дополнительно сверху прикрывался иллюзией.

Отредактировано Лиза (04-05-2012 14:43:26)

+4

37

Служба безопасности, как ей и положено, ждать себя не заставила. Спустя не более пяти минут после вызова перед розарием лихо затормозил массивный белый джип, окончательно остановившись перед самой калиткой. Двери машины почти синхронно распахнулись, и трое мужчин покинули салон.
Охранники, на первый взгляд, были похожи друг на друга, что отлитые по одной форме оловянные солдатики. Все, как на подбор, немного выше среднего роста, одинаково крепко сложенные и подтянутые, с короткими стрижками. Полным сходство делали белая униформа, похожая на ту, что носят санитары. Сотрудникам СБ было негоже выделятся средь остального персонала Приюта, чтобы не нервировать пациентов, да и работать так было удобнее.
Калитка тихо скрипнула, пропуская мужчин на территорию сада. Старший группы тотчас же указал рукой направления подчинённым, и все трое двинулись в разные стороны, обследуя розарий. Ведь мало получить звонок, теперь среди всего этого переплетения розовых кустов и аллей нужно было отыскать само место происшествия.
На удачу охраны, долго блуждать не пришлось. Уже через пару минут, один из младших сотрудников заметил распростёртое на дорожке тело блондина. Коснувшись рации в нагрудном кармане формы, он отрывисто сообщил коллегам о находке и её местоположении, а после, резко ускоряя шаг, приблизился к телу. Скорее машинальным, нежели осознанным движением, он присел рядом с молодым человеком (а вернее арием, но откуда ж ему о том знать?) и перевернув того на спину, переместил руку на горло, в надежде нащупать пульс.

Отредактировано НПЦ (13-09-2012 22:07:45)

+1

38

Пульс был, точнее, было частое слабое подрагивание глубоко под пальцами охранника, пытавшимися его нащупать. Ужас все еще умело повелевал арием сильнее, чем любая страсть, входил глубже, чем любой любовник. «Обморок», глубокий даже для ария, для наблюдателя смотрелся скорее как глубокая кома. Или внезапный сон. Хотя так часто и отрывисто во сне не дышат.
Со стороны.
Изнутри же... вотан прост и бесхитростен, потому что идет из самого нутра, не преломляясь в реальность и не размениваясь на мелочи, не отвлекаясь на внешнее. И не прерываясь, пока не исчерпает себя, не выгорит изнутри, словно заполненная болотным газом полость – со взрывом, или словно торфяная капсула – многие годы тлея внутри. Вот и сейчас, разгоряченное недолгой схваткой тело не думало остывать, а сердце – успокаиваться, колотясь в груди часто, но совсем слабо – там, внутри, отрезанный от мира внешнего и все еще не осознавший этого, Рагнар боролся за каждое движение, отзывавшееся в лучшем случае судорожным подрагиванием кожи, а в худшем – вовсе никак. Настолько никак, что даже помешать себя трогать он не мог – только в глазах, распахнутых для череды кошмаров безумных образов, мелькнуло и пропало удивленно-детское, совсем открытое выражение. Словно в этой круговерти вдруг не то почудилось, не то примерещилось обманкой теплое, совсем родное касание.
Впрочем, шансов заметить этот промельк в полуприкрытых закатившихся глазах у охраны не было – липкий страх, послушный внешней воле, отпускал скальда, зaставляя расслабляться хотя бы физически.
Звон волынки шотландской в мечтах с собой уведёт

Отредактировано Рагнар Торнбьёрнсен (23-05-2012 23:12:46)

+2

39

– Живой. – в голосе охранника чувствовалось некоторое облегчение.
За труп службе безопасности Приюта пришлось бы отвечать по всей строгости – как не доглядели, чей квадрат, почему так медленно отреагировали на вызов, и так далее, и тому подобное. Человек, просто потерявший сознание, был гораздо меньшей проблемой. В причинах этой неприятности пусть разбираются медики, а дело охраны – доставить к ним пострадавшего.
Через минуту к мужчине присоединились его коллеги. Коротко обсудив ситуацию, решили немедля грузить ария в джип. Неудобство доставляло то, что подогнать машину непосредственно на место не представлялось возможным – за поломанные кусты и испорченные дорожки влететь могло не меньше, чем за мертвое тело. Так что парня пришлось тащить к калитке, благо от излишнего веса тот не страдал. Запихнув свою ношу на заднее сиденье, под присмотр младшего сотрудника, охрана расселась по местам и авто тронулось с места, сыпанув из-под колес гравий. У сотрудников СБ ещё оставался вопрос, кто сделал звонок, и отчего не дождался их приезда. Но, заниматься расследованием предстояло начальству, коли сочтет нужным.

>>> Дом Возрождения, Палата интенсивной терапии №3

0

40

2 октября 2010 г, после 18 часов

Номер Хорхе Альвареса Хавьера -->

Одетый в дорогую, но не особо примечательную куртку серого цвета, словно бы сотканную из прочных нитей паутины, Хорхе прошёл в розарий под красноватым светом заходящего Солнца. Свет струился по клумбам, кустам, фонтану и по самому мужчине, придавая прогулке странный кровавый оттенок. Нет, он не был неприятным - в сочетании с запахом роз это было даже интересно и завораживающе. Да и кровь была привычна для сеньора Альвареса-младшего...

[audio]http://pleer.com/tracks/11036616RrxM[/audio]

Душный запах помещения. Толстые бетонные стены подвала, покрытые кое-где капельками воды. Приглушённые крики. Он – юноша лет семнадцати, и консильери его семьи, идут по этим коридорам, оставшимся ещё с XVIII века. Это поразительное ощущение внезапного погружения в прошлое - вот только-только они летели сюда на вертолёте, в сопровождении охраны, с блестящими современными автоматами – а сейчас они идут по старинному кирпичу, оставляя за собой бетон начала коридора – в годы войны тут хотели сделать бомбоубежище, но не решились заходить далеко в катакомбы.
  На поясе у парня – небольшой ритуальный нож, с изящной рукоятью и чёрным клинком, покрытым рунами. У мужчины, что идёт слева от парня – старинный меч конкистадора, рукоять покрыта золотом. Как говорит наставник юноши, золотом инков. Единственное, что выдаёт дух современности кроме кроя одежды – пистолет в кобуре на бедре спутника Хорхе.
Под ногами – мох, в руке – зажжённый канделябр. На стенах есть электрические лампы, но...
Сэр Фейн, почему нельзя зажечь их? – тихо спрашивает молодой сеньор.
Так надо, – так же тихо отвечает мужчина, – Сегодня особенная ночь.
  Их путь длится ещё несколько минут, навстречу крикам, по проходам красного кирпича, который, казалось, веками впитывал кровь и крики пленных. Мимо решёток клеток и камер в стенах. Мимо бездонных колодцев. Мимо кирпичной кладки, таящей сотни секретов. Они доходят до стальных ворот, около которых стоит пара солдат личной гвардии отца. В их руках – погашенные электрические фонари. У них на поясах – кортики и пистолеты-пулемёты. По их неподвижным лицам скользят отблески огня на свечах. За их спинами - открытая решётка, на которой изображены странные старинные узоры.
  Мужчина и юноша входят внутрь.

Хорхе отрывает глаза от созерцания фонтана, по которому плывут розовые лепестки. Он поднимается со скамейки и идёт назад, мимо вертолётной площадки, к себе в номер.
Эта ночь пробудила в нём давние воспоминания. Воспоминания об Инициации.

Вертолётная площадка -->

Отредактировано Хорхе Альварес Хавьер (19-01-2017 01:08:28)

+1


Вы здесь » Приют странника » Окрестности » Розарий мадам Полины